субъекта, выдав мне краткую информацию:
“Хилл Билли.
Бывший торговец наркотиками.
“Шанс социального перевоспитания: субъект успешно прошел курс социального перевоспитания и реабилитации”.
— И вам не хворать, — хмуро протянул он, недобро посмотрев на меня. — А этот чьих будет? Я вроде заказывал одноместную палату. Без пассажиров.
Только сейчас я вспомнил, где слышал это имя. Хилл Билли был известным музыкантом. Не настолько, чтобы мелькать в телевизоре, но к этому он, скорее всего, и не стремился. Зато на всех крупных видеохостингах, его клипы собирали миллионы просмотров, сотни тысяч лайков и комментариев. А на концерты в разных городах приходили тысячи верных поклонников. И я прекрасно понимал причину этой популярности. В текстах песен, Билли противопоставлял свою персону остальному комьюнити. А в адрес коллег по цеху в текстах песен были в основном оскорбления. А вот то, что Билли раньше приторговывал веществами, да еще и сам активно их употреблял, стало для меня открытием. Хотя среди исполнителей этой музыки подобное не редкость. Взять хотя бы Беса, известного фрик-музыканта и основателя общественного движения “трезвая и злая молодежь”. Движение активно боролось с наркоманами путем тотального избиения самих употребляющих и мелких барыг. Как потом выяснило следствие, добытое в бою зелье борцы с наркотиками сбывали на улицах. А сам Бес, по слухам, от этого зелья и отъехал. Еще несколько исполнителей сейчас отбывают срок за сбыт. Потому как в их машине было обнаружено аж двадцать кило “пластилина”. И таких музыкантов были сотни. Кто-то садился, другие бежали из страны, опасаясь преследования. А этот, значит, исправился. Хотя хамит дядя. Не надо так.
— Ты это, дядя… За языком-то следи, — грубо посоветовал я, шагнув вперед. — А то так и в травму переехать недолго.
Хилл Билли замер, цепко всматриваясь в мое лицо. Но я спокойно выдержал злой взгляд колючих серых глаз.
Врач затравленно переводила взгляд с меня на бывшего дилера. А в ее глазах стремительно появлялся страх. Панический животный ужас, который разрастался и креп. Видимо, она была крайне плохим специалистом, и теперь не знала так пресечь стремительно нарастающий конфликт. Оно и понятно: девочка очень богатого и влиятельного дяди просто сидит в клинике на зарплате. Коммерческих пациентов ей не доверяют, вот она и работает с теми, кого сюда определили по приговору суда. Таким пациентам, как правило, плевать на качество медобслуживания. Лишь бы срок отбыть. Но и хорошей практики девочка, видимо, не набралась. И вместо того, чтобы вмешаться в ситуацию, просто впала в ступор. Растерянно стояла и что-то бубнила себе под нос. Я тем временем продолжал активно форсировать события:
— Ты что, ска, драться со мной хочешь?
Эта фраза и стала причиной решения конфликта. И вместо ответа на вопрос, Билли весело рассмеялся:
— Ну прости, пацан, если оскорбил. И в мыслях не было. Ты похож на одного моего хорошего приятеля. Даже изъясняетесь одинаково, — весело произнес он и протянул мне руку. — Денис. Но друзья зовут меня Хилл Билли.
— А приятеля, случайно, не Кирилл зовут? — тут же подхватил я тему разговора.
Исполнитель задумчиво потер ладонью подбородок, и в его серых глазах промелькнуло недоверие:
— А ты с какой целью интересуешься. Ты, случайно, не коп?
— Нет, — поспешно открестился я. — A что, похож? Так плохо выгляжу?
Последнюю фразу я сказал с тревогой, и Билли еще раз внимательно посмотрел на меня:
— Да не очень, — как-то неуверенно протянул он.
Серые глаза дилера все еще смотрели на меня цепко, с подозрением. И я решил развеять его опасения. Попытаюсь прикинуться другом Венедиктова. Авось прокатит:
— Я знал его товарища, — начал излагать я. — Хэппи, мир его праху. Хорошим он был человеком. Так вот Костя говорил, что Нико умеет…
“Навык втереться в доверие сработал успешно”.
“Вы смогли уговорить человека поступить так, как вам нужно".
“Навык Манипулятор повышен”.
— Нико много чего умеет, — тут же перебил меня Билли и покосился на стоявшую у входа Екатерину. И психоаналитик быстро поняла намек:
— Ну, я пойду, — пискнула девушка-доктор, и в ее голосе прозвучало небывалое облегчение. — У меня еще пациенты. Да и вам есть о чем поговорить. Я дверь прикрою, чтобы вас не беспокоили…
А в следующую секунду дверь палаты захлопнулась, оставив нас наедине.
— Очень хороший врач, — отметил Билли, глядя ей вслед. — Настоящий специалист.
— Понимаю, — кивнул я, прекрасно понимая, что парень оценивает даму исключительно с точки зрения внешности.
— А где, говоришь, ты с Хэппи познакомился? — тут же спросил меня музыкант?
— Я не говорил. Вместе сидели в двадцать пятой, на строгом. Там, где его и порешили.
При упоминании о федеральной тюрьме, Билли как-то помрачнел и замолчал. Видимо, исполнитель знал и покойного Венедиктова. Причем, скорее всего, они были близкими друзьями…
— Кирилл, говоришь, — наконец, ответил он.
— Ну да. Воропаев. Ты же знаешь такого?
— Впервые слышу. Но если мы говорим об одном и том же человеке, то мне он представился как Нико.
— Прямо как персонаж четвертой ГТА, — протянул я.
Билли расслабленно взглянул на меня. Настороженность его глазах медленно улетучивалась, уступая место добродушию.
— Ага, он тоже так говорил. Вы чем-то похожи. Не могу объяснить, но… — мой новый знакомый с подозрением уставился на меня. — Так зачем ты Нико ищешь?
— Помощь его нужна. Ищу человека, который умеет избавляться от ненужного хлама. Хэппи так и сказал: если будут вилы, найди Нико, он поможет. Так ты поможешь мне его найти?
— Охотно, — согласился собеседник. — Друг Хэппи — мой друг. Так вот: с ним мы познакомились пару лет назад. На пати покойного Беса. Знаешь такого?
Я задумчиво потер ладонью подбородок:
— Бес? Что-то знакомое? Это случаем не музыкант?
— Музыкант? — со злобой переспросил Билли. — Фрик он, а не музыкант. Но о мертвых либо хорошо, либо ничего. Так вот: на пати у этого клоуна Нико ко мне и подошел. Там и познакомились.
— А, — понимающе протянул я. — Теперь ясно.
Если Нико был на пати у Беса, значит, и с самим фрик-исполнителем и организатором общественно-молодежного движения он был знаком… Теперь смерть Беса от передоза перестала казаться мне чем-то необъяснимым. Скорее всего, Нико его и убрал. Причем по просьбе самого Хилл Билли.
— Хороший он мужик этот Нико, — продолжил исполнитель. — Такие нужны городу.
