Произошедшее вскоре еще одно событие потрясло жителей Кумера-Кроссинг не меньше, а даже больше, чем смерть Рут Маккуин, — неожиданно выяснилось, что Сара Демпси, главный врач местной больницы, родила ребенка в возрасте пятнадцати лет.
Сара! Горожане никак не могли поверить в это.
Каждый высказывал свое предположение, но практически никто не осуждал ее — Сара была одной из них, она родилась и выросла здесь, а теперь она их доктор, очень хороший доктор.
Отцом ребенка был назван Кайл Маккуин, которого все жители любили. Но тогда как такое могло произойти? Почему никто не заметил беременности юной Сары? Даже Руби Холл, главный источник местных сплетен и обладательница ушей, сравнимых по чуткости разве что со стетоскопом и способных уловить малейший шумок?
Какими только вымыслами не обросла эта новость, но почти никто не сомневался, что трагедия произошла не без участия всемогущей Рут Маккуин. Со временем стали известны некоторые достоверные подробности.
Рут сообщила совсем молоденькой и испуганной Саре, что ее дочка умерла по небрежности персонала роддома, а на самом деле ребенка Сары подменили другим младенцем, действительно умершим. Дочка Сары оказалась у чужих людей.
Пятнадцать лет Сара прожила с разбитым сердцем, при этом Кайл Маккуин, нынешний хозяин Уаннамурры, даже не знал, что в шестнадцать лет стал отцом.
И опять постаралась Рут. Она всегда косо смотрела на дружбу Кайла и Сары, которая с течением времени переросла в юношескую любовь. Все кругом понимали, что эта история не будет иметь продолжения — слишком велика социальная пропасть между молодыми людьми, а Рут Маккуин не зря слыла самым большим снобом во всем Аутбэке.
Отец Сары был стригалем овец в Уаннамурре, а мать — «бедная Мюриэль», как все звали ее после смерти мужа, — хозяйничала в местном универмаге.
И все-таки это была очень красивая и романтическая история любви. Жители были на стороне молодых людей, хотя и побаивались всемогущей Рут, которой принадлежал практически весь город.
Счастливой развязкой многолетней истории стала даже не предстоящая свадьба Кайла и Сары, а неопровержимое доказательство того, что их ребенок жив. После многих лет отчаяния это стало истинным чудом. Несколько недель в городе ни о чем больше не говорили.
— Похоже, моя история станет частью городского фольклора, — со слезами на глазах пошутила Сара. Из-за переживаний последних дней она вообще легко переходила от смеха к слезам. Лаура и Харриет были ее отдушиной и поддержкой. Все трое сидели в кухне Харриет и пили кофе с потрясающими маленькими пирожными, специально приготовленными ею.
— После такого горя, такой трагедии это действительно настоящее чудо! — воскликнула Лаура.
— И если кто и достоин его, то это ты, Сара, добавила Харриет, привычно скрывая за сдержанностью тона бурлившие эмоции.
Когда Сара и Лаура уже собрались уходить, Харриет взяла с Лауры обещание прийти на ужин в субботу вечером.
— Эван тоже придет. — Харриет многозначительно посмотрела на Лауру. — Я слышала, вы подружились.
Будучи уверенной, что Сара рассказала своей ближайшей подруге кое-что о себе, Лаура горячо сказала:
— После того кошмара, который я пережила в браке, Эван для меня — как целительный бальзам.
— Ты ему рассказала о Колине? — спросила Сара, бросив быстрый взгляд на часы — ей пора было возвращаться в больницу.
— Я расскажу. Обязательно расскажу.
— Ты должна это сделать, моя дорогая, — мягко заметила Харриет. — Что тебя больше всего пугает?
— Потерять уважение Эвана, — без колебаний ответила Лаура. — Я очень ценю его дружбу.
— А почему он может перестать уважать тебя? спросила Харриет, глядя на прелестную молодую женщину, стоявшую перед ней. Если Сара со своими золотистыми волосами напоминала ангела, то Лаура походила на героиню любовного романа. Каким надо быть мужчиной, чтобы обижать такую нежную и красивую женщину?
— Просто он решит, что я сама себя не уважала, раз так долго терпела подобное.
— Лаура, ты была жертвой! — В Саре мгновенно заговорил доктор.
— Все равно, я должна была вести себя иначе.
Должна была быть сильнее. Я не могу пока обо всем рассказать Эвану. Надеюсь, вы сохраните мой секрет.
— Будь уверена, дорогая. Но мне кажется, чем дальше, тем труднее тебе будет это сделать. Как ты думаешь, твой муж будет тебя искать?
— Обязательно будет, Харриет, можете быть в этом уверены. Каждый день я испытываю ужас, боясь увидеть его на моем пороге, но я учусь справляться с этим. И все-таки, если однажды Колин появится здесь, я не удивлюсь.
— У тебя есть друзья, Лаура. Ты уже не такая беззащитная, как раньше. Все, я должна бежать.
Моррис и так слишком долго держал оборону. Сара поцеловала Харриет, затем Лауру. — Кайл летит по делам в Аделаиду, поэтому не сможет прийти на ужин, а Моррис придет.
— Буду рада познакомиться с ним, — улыбнулась Лаура. Моррис Хьюз был помощником Сары в больнице и большим другом Харриет.
— Решено, — подытожила Харриет. — Уверена, мы чудесно проведем вечер. Я уже придумала меню.
Когда Лаура подъехала к дому, Эван разгружал свою машину. Она приветственно махнула ему, чувствуя, как по телу побежали мурашки. Есть люди, которым посчастливилось узнать настоящую любовь, но Лаура давно решила, что не относится к ним. И вот теперь это! Она влюбилась в Эвана, но по-прежнему связана узами с Колином, что делает ситуацию невыносимой. Да, он знает, что у нее есть секреты. Но не представляет, насколько они ужасны.
Лаура припарковалась и увидела, что Эван направляется к ней.
— Где ты была? — спросил он.
— У Харриет. Сара тоже забежала в свой обеденный перерыв, и мы выпили кофе. У Харриет потрясающий дом! Все эти штучки, которые она привезла из своих путешествий!
— Харриет — очень самобытная женщина, — согласился Эван, улыбнувшись.
— Теперь я поняла, почему она так тебе нравится — ты тоже очень незаурядная личность, Эван. От собственных слов Лаура смутилась.
— Хорошо, что ты вернулась. У меня кое-что для тебя есть.
— Что? — Зеленые глаза вспыхнули радостным любопытством. Как она будет существовать, когда Эван уйдет из ее жизни?
— Идем. — Он заметил, как радостное ожидание в ее глазах вдруг сменилось задумчивой печалью.
— У меня до сих пор еще остались те овощи и фрукты, которыми ты угостил меня, — предупредила она.
— Это не овощ и не фрукт, — ответил Эван, подходя к своей машине.
— А что?
— Сейчас увидишь. Оно живое, дышащее…
Рот Лауры приоткрылся от удивления.
— Ты окончательно заинтриговал меня. Ну что это, Эван?
— Отвернись.
