– Ну что, давайте знакомиться, молодой человек. Я ваш лечащий врач.
– Я знаю, – буркнул Стас, – Думаю, вы тоже знаете, как меня зовут, тем более что мы уже общались.
– Ну, наше общение происходило, когда вы были в состоянии ничего не понимающего овоща, и вряд ли это можно ставить в зачёт. Хотя, много интересного я узнал о вас тогда. Даже не ожидал. Я ведь давно жду встречи с вами, правда, никак не думал, что она будет столь драматична.
– И что же вы узнали обо мне? – с тревогой спросил Стас.
– Если вас беспокоит, собираюсь ли я хранить врачебную тайну, можете не сомневаться. Статус нашей клиники подразумевает: никакой огласки, иначе к нам не шли бы клиенты. А меня вы заинтересовали ещё после звонка вашей бабушки.
– Бабуля! – вдруг воскликнул Стас, – Что с ней?
– Станислав, я должен сказать… – но продолжать доктору не имело смысла, Стас понял, что бабушки нет.
– Я её единственный родственник, я должен распорядиться похоронами, – торопливо заговорил Стас, порываясь подняться.
– Станислав! – одёрнул его Илья Владимирович, – Ваша бабушка умерла в ту ночь, когда вас привезли сюда. Здесь вы находитесь две недели.
– Что!!! Но…
– О похоронах позаботился Лев Сергеевич, я был с ним на связи, так что успокойтесь. Вам нужно подумать о себе.
– А что обо мне думать… – обречённо проговорил Стас, откидываясь на подушку.
– Вам нужно подумать, как жить дальше, и, самое главное, как жить правильно, учитывая ваш дар, чтобы не совершить ошибки, подобной последней.
– Какой ошибки?
– Станислав, – назидательно начал врач, – Никогда не пытайтесь спасти умирающего. Это вам не под силу, вы не Господь Бог, в конце концов. Даже если это близкий человек, даже если очень хочется. Вы же догадывались, что облегчая боль, вы пропускаете её через себя. А тут через вас прошла смерть. Не каждый это выдержит. Надеюсь, для вас обойдётся без последствий, но несколько недель мне придётся понаблюдать за вами. А заодно мы разработаем общие правила поведения экстрасенса. Поучимся жить с вашими способностями, чтобы не навредить ни себе, ни людям.
– А я могу от них избавиться? Вылечиться?
– Поражаюсь. Я нечасто общался с людьми, подобными вам, но приходилось. Так вот, ни один не отрицал свой дар и тем более не пытался бороться с ним. Вы же поняли: это бесполезно, он есть и никуда не денется. Так что вам нужно научиться с ним правильно обращаться. А моя задача помочь вам. Вы согласны со мной?
– Да, хорошо. Но я не хочу, чтобы о моих способностях знали.
– Станислав, я знаю о вас потому, что провёл массу исследований, а также внимательно наблюдал за вами. Меня натолкнула на это ваша покойная бабушка. Нет, нет, – опередил он вопрос Стаса, – Она не знала ничего о ваших способностях, но она так живо описала ваши приступы и внезапные головные боли в детстве, а также то, как благотворно влияет на неё ваша любовь, что я, сопоставив факты, многое понял. Но уже после того, как вы к нам попали. Для всех остальных вы обычный человек, и открывать кому-либо свои способности или нет – дело ваше. И ещё, у нас закрытая клиника, но если у вас есть близкие, кому вы хотели бы сообщить о своём местонахождении, я могу лично это сделать.
– Нет, у меня нет никого, кому следовало бы знать, где я нахожусь, – ответил Стас.
– Ну что же, поправляйся, приходи в себя. Думаю, для дальнейшей беседы мы выберем мой кабинет. Тем более скоро вернётся с процедур твой сосед. Кстати, очень хороший парень. Присмотрись к нему, – лукаво подмигнув, как близкому другу, Илья Владимирович быстро вышел из палаты.
– Псих, – констатировал Стас и отвернулся к стене.
Он слышал, как в комнату кто-то вошёл, как скрипнул матрац на соседней кровати, зашуршала газета. Но поворачиваться и общаться ни с кем не хотелось. Ба мертва. Он один. На всём белом свете у него нет ни одного близкого человека. Правда, где-то вдалеке сознания маячил хрупкий силуэт наивной, безрассудной и доверчивой девочки. И это видение согревало его истерзанную пустую душу.
Лежать весь день, отвернувшись к стене, не получилось. По крайне мере, нужно было идти на обед. Стас перевернулся на спину, посмотрел в потолок.
– Хотел включить телевизор, но думал, ты спишь, – раздался очень низкий, немного хриплый голос с соседней кровати.
Стало любопытно, какому же человеку может принадлежать столь колоритный голос. Он посмотрел на соседа. На кровати сидел молодой парень, по всей видимости, очень высокий. Широкие плечи, выпирающие мускулы, (культурист, что ли), крупные черты лица, карие глубокие глаза, короткие тёмно-русые волосы. Общее впечатление от внешности соответствовало впечатлению от голоса. Перед ним олицетворение грубой мужской силы и какой-то примитивной мощи. Неужели и подобные парни нуждаются в психологической помощи?
– Максим, можно Макс, – парень протянул руку.
– Станислав, можно Стас, – ответил он рукопожатием.
Парень оказался молчаливым, Стас тоже не расположен был к беседе, поэтому весь день они молча смотрели телевизор, посещали назначенные процедуры, обедали и ужинали, не перекинувшись и парой фраз. Их почему-то не объединила теснота больничной палаты, не хотелось излить душу, как в купе поезда случайному попутчику, зная, что потом всё равно не встретятся. Может, обстановка больницы, хоть и замаскированной под дорогой отель, не располагала к откровениям, а может, души у обоих настолько истерзаны, что изливать нечего. По крайне мере, у Максима, которого можно называть Макс, с душой точно не в порядке.
Это Стас понял ночью, проснувшись от дикого крика. Кричал сосед по палате. Он метался по постели, крики перемежались стонами и не обращать на них внимания невозможно. Стас сел в постели. Очень не хотелось участвовать в чужих кошмарах, но иначе заснуть не получится. Стас подошёл к Максиму и взял его за руку.
Утром, после завтрака, когда парни расположились на кроватях и Макс привычно схватил газету, Стас вдруг сказал:
– Ты не должен так убивать себя. Ты всё равно не смог бы его спасти.
– Кого? – Максим недоуменно уставился на Стаса.
– Твоего друга Ивана. Его жестоко и медленно убивали на твоих глазах.
– Что?… Чёрт!… Откуда?… Илья! – Макс сорвался с кровати, но, дойдя до двери, вдруг остановился, – Илья не знает таких подробностей, я не говорил… – сам себе произнёс Максим и вернулся на кровать, – Откуда ты знаешь? – грубо спросил он Стаса.
– Успокойся, Илья Владимирович мне ничего не говорил. Я увидел сам. Видишь ли, я могу читать мысли других людей.
Стас не понимал, что подвигло его открыться этому парню. Сработал эффект купе? Надоело держать в себе? Или увидел, что есть души, в которых творятся кошмары посильнее его? Так или иначе, ему захотелось довериться Максиму, и самое главное – помочь ему.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
