Но выступать миротворцем в споре Московская биржа не пожелала. Там «Эксперту» сообщили, что в течение двух лет с момента вступления в силу новых правил листинга (с 9 июня 2014 года по 9 июня 2016-го) для эмитентов акций действует переходный период на приведение ценных бумаг и своей деятельности в соответствие с новыми требованиями.
На бирже посчитали, что в данном случае «Газпром» не нарушил правила листинга. Обращения миноритарного акционера касаются отношений эмитента и его дочерних организаций, а эти отношения не в компетенции Московской биржи. В официальном письме Мосбиржа предложила акционерам облгазов обратиться в суд.
«Мы рекомендуем эмитентам корректно вести себя по отношению как к собственным акционерам, так и к акционерам контролируемых ими компаний», — прокомментировали ситуацию в ЦБ, однако заметили, что «соблюдение кодекса корпоративного управления in toto (полностью) не является обязательным требованием для листинга».
За что бьются акционеры
«Газпрому» выставление оферты, от которой он так отчаянно пытается откреститься, обойдется максимум в 8 млрд рублей. Сумма внушительная, но абсолютно не критичная, всего 1,25% от чистой прибыли монополии в 628 млрд рублей за 2013 год. «Экономя на оферте, “Газпром” не только портит свой имидж и показывает другим компаниям в стране, что соблюдать корпоративное право необязательно, но и подавляет инициативу и так небольшого числа инвесторов», — говорит Леонид Карягин.
Самое неприятное, однако, в другом: отказ выставить оферту бьет и по частным акционерам, и по бюджетам регионов. Весной 2014 года «Газпром» заявил, что долги регионов за поставленный газ выросли за год на 60%, до 46 млрд рублей. В связи с этим монополия грозилась ограничить поставки газа 700 предприятиям коммунального хозяйства в 57 регионах. Более того, газовая компания стала косвенным инициатором перевода сектора ЖКХ с оплаты постфактум на авансовую систему. Но сам «Газпром» не спешит предложить выкупить акции облгазов у регионов и муниципалитетов. Например, коммунальные хозяйства Оренбургской области должны монополии 800 млн рублей, а та могла бы выплатить по оферте 300 млн рублей. Белгородские коммунальщики задолжали за газ 300 млн рублей, но за свой пакет в Белгородском облгазе регион мог бы выручить 700 млн рублей. Долг коммунальщиков Воронежской области — 500 млн рублей, а стоимость пакета, которым владеет область, — 395 млн рублей. В целом по всей стране регионы могли бы получить по оферте до 3,2 млрд рублей. В ситуации, когда их бюджеты и так трещат по швам (а долги коммунальных предприятий де-факто тоже покрываются средствами из местных бюджетов), эти деньги для регионов совершенно не лишние.
Регионы за пакеты в облгазах не держатся, зачастую они маленькие и не позволяют даже входить в совет директоров газораспределительных компаний. «Мы три раза выставляли наш пакет в “Газпром газораспределение Брянск” на торги, и ни разу никто не проявил к нему интереса», — сказал журналу «Эксперт» начальник комитета по управлению собственностью города Брянска Андрей Веденский . Однако если бы «Газпром» все же сделал предложение, желающих купить это имущество была бы масса.
Возвращение квантовой диаспоры Тигран Оганесян
Российский квантовый центр закрепил достойное место для России во второй квантовой революции. Это стало возможным благодаря совместным усилиям выпускников МФТИ, ставших выдающимися учеными и предпринимателями, и помощи государства
section class="box-today"
Сюжеты
Изобретатели:
Как стать другим уже сейчас
Жизнь — это компьютер
/section section class="tags"
Теги
Наука
физика
Изобретатели
/section
Во второй половине ХХ века человеческая цивилизация испытала мощный синергетический эффект от внедрения технологий, созданных благодаря первой квантовой революции.
Большинство ранних квантовых технологий, получивших распространение в прошлом столетии, основывалось на использовании специфических квантовых свойств достаточно больших (макроскопических) физических объектов. Среди наиболее значимых технологий такого рода можно назвать сверхпроводящие магниты и квантовые оптические генераторы, туннельные микроскопы и сверхточные магнетометры.
figure class="banner-right"
var rnd = Math.floor((Math.random() * 2) + 1); if (rnd == 1) { (adsbygoogle = window.adsbygoogle []).push({}); document.getElementById("google_ads").style.display="block"; } else { }
figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure
Самыми же массовыми производными продуктами этой первой квантовой волны стали ядерные и лазерные технологии, а также, разумеется, микроэлектроника, обеспечившая колоссальный успех новой IT-индустрии.
При этом так удачно сложилось, что в Советском Союзе уже к середине прошлого века сформировались очень сильные научные школы в области квантовых исследований и не менее мощная система фундаментального физического образования. И, как известно, львиная доля нобелевских премий, полученных советскими учеными, была присуждена именно за теоретические исследования и практические разработки в области квантовой физики.
Однако после распада СССР значительная часть ведущих отечественных специалистов, а также наиболее талантливых молодых исследователей в области квантовой физики и квантовых технологий переехала в зарубежные научные центры и университеты. Впрочем, хотя этот отток мозгов привел к потере Россией многих научно-технологических наработок отечественной квантовой школы, по оценкам научных аналитиков, в настоящее время примерно треть авторов наиболее цитируемых в мире публикаций в области квантовой физики имеет российское (советское) происхождение, и многие из них до сих пор сохраняют российское гражданство.
В конце прошлого десятилетия два наиболее ярких представителя этой новой российской квантовой диаспоры, профессора престижного Гарвардского университета Михаил Лукин и Евгений Демлер (оба выпускники подмосковного МФТИ), загорелись идеей создания в России мощного исследовательского центра, который смог бы эффективно стимулировать ускоренный рост молодых научно-технологических кадров в области квантовой физики внутри нашей страны, а также возвращение на родину ведущих ее представителей, работающих за рубежом. Третьим ключевым участником этого амбициозного проекта стал известный российский венчурный предприниматель, также выпускник МФТИ Сергей Белоусов .
После того как удалось заручиться поддержкой друзей и коллег (как в научном, так и в бизнес-сообществе), 23 января 2011 года было принято официальное решение о создании Российского квантового центра (РКЦ).
Физтехи и государство скинулись
Время для запуска РКЦ его отцами-основателями было выбрано весьма удачно: несмотря на то, что уже не за горами вторая квантовая революция, наступление которой связывают прежде всего с быстрым прогрессом в области создания разнообразных приборов и устройств, основанных на «ручном управлении» квантовыми состояниями отдельных микрочастиц и построенных из них сложных искусственных систем, достаточно подробно описанные теоретиками самые мощные квантовые эффекты (такие как согласованность, когерентность и запутанность) до сих пор практически не используются в технологических приложениях.
Иными словами, определенный временной резерв для ускоренной концентрации человеческих и финансовых ресурсов на этом важнейшем научно-технологическом фронте XXI века у России еще сохраняется.
Как отметил в интервью «Эксперту» генеральный директор РКЦ Руслан Юнусов , «в то время как в области теоретической квантовой физики мы по-прежнему почти не отстаем от стран — мировых лидеров, по части конкретных, прикладных технологий, к сожалению, картина куда менее радужная. Собственно, одна из генеральных задач РКЦ и состоит в том, чтобы попытаться наконец построить в России крепкий мостик между квантовой теорией и практикой».
В свою очередь, по словам Михаила Лукина, «наша основная идея сегодня заключается в том, чтобы на базе центра получить в скором будущем продуктивную экосистему, вокруг которой начнут создаваться многочисленные стартапы».
Впрочем, начальная фаза становления РКЦ несколько подзатянулась — первые полтора-два года проект фактически существовал лишь на бумаге и в головах его главных идеологов.
Мощным катализатором для дальнейшего раскручивания маховика стало налаживание тесных контактов с фондом развития Центра разработки и коммерциализации новых технологий (фонд «Сколково»): в сентябре 2012 года офис РКЦ переехал из небольшого помещения в Москве на территорию инновационного центра Сколково, а в декабре того же года РКЦ получил главный пятилетний грант на общую сумму 1,3 млрд рублей, из которых две трети были выделены фондом «Сколково».
