все прошедшие сквозь столетия Игроки.
— Ваша репутация не такая, старший, — спокойно ответили мне. — Поэтому я и решил рискнуть. С работой сейчас тяжело, а Кили уже исполнилось шестнадцать. Место в печатном зале не найти, с другими вакансиями сейчас сложно, отправлять же ее на Арену убирать отходы после боев не хочется, — возникшая небольшая пауза не была тяжелой, скорее ехидной, все-таки гремлины своеобразные существа. — Я видел ваши бои на Турнире. Вы достойно себя там проявили. К тому же, я поспрашивал наших: в Двойной Спирали очень много глаз, о которых вы даже не догадываетесь, но никто о вас ничего плохого не сказал.
— Надеюсь, и не скажут, — ответил я, задумавшись над его словами.
Сколь многого я не знаю о Двойной Спирали, о месте, которое считаю своим домом уже много лет. Мы, служители Хаоса, порой просто не задумываемся о многих вещах, принимая их как само собой разумеющееся, а ведь в Городе Игроков существует свой мир, невидимый для нас — мир слуг, рабов и, как оказалось, гремлинов. Они скрытными тенями скользят среди нас, а взгляд привычно оббегает их. Шаблон мышления, заложенный с первого дня тут — имеют значение лишь Игроки, все остальные не важны.
— В любом случае, жизни вашей внучки ничего не грозит, обещаю, — я протянул руку гремлину, и тот, слегка растерявшись, не сразу ее пожал.
— Спасибо, старший, вы об этом не пожалеете. Кили смышленая и очень расторопная, закончила курсы по делопроизводству и скоростной обработке информации, лучшая на потоке, — с гордостью сказал он.
— Молодец, — кивнул я и достал из сумки несколько листов бумаги и выбрал нужный. — В таком случае у меня к ней сразу будет поручение, и я бы не хотел, чтобы о его содержании узнал кто-то еще.
— Секретарь хранит конфиденциальность всего доверенного ему Шефом, — звонко выпалила девчушка, наконец преодолев свой ступор, — это входит в его основные обязанности по контракту, заключенному перед лицом Хаоса. — Подойдя ко мне, она подхватила протянутый лист и быстро пробежалась по нему глазами.
— Подготовьте мне информацию по клану, носившему такой герб, — я кивнул на листок, на который было перенесено изображение символа, встреченного мной в одной из рабочих тетрадей доктора-потрошителя. — Когда существовал, кем был создан, общие сведения обо всех его главах, список старших офицеров, сфера деятельности… и, пожалуй, земли, которыми владел. — Сейф-мозаика не давал мне покоя. Возможно, собрав больше информации о его владельцах, я смогу ближе подобраться и к исходному ключу-рисунку. Шансы малы, но я все же не стал их отбрасывать.
Варрис, чуть отойдя, с довольной улыбкой наблюдал, как чернильный карандаш внучки порхает над блокнотом, записывая поручение нового Старейшины. Она не подведет, да и в человеке он не ошибся, хоть и было страшно отдавать в услужение родное дитя.
До того, как стали известны победители Турнира тысячелетия, он действительно планировал устроить внучку уборщицей на Арену. Собирать потроха и трупы погибших не самая престижная работа, зато она будет всегда. Правда, с Арены выхода нет — однажды туда попав, там навсегда и останешься, а такой участи для Кили он все же не хотел. Низшая из рабочих каст, вокруг все время смерть, грязь и кровь, там ни мужа нормального не найдешь, ни карьеры для женщины не построишь, ни интереса своего толком не соблюдешь. Лучше уж здесь, в резиденции, а там, лет через десять, он переведет ее куда-нибудь в архив и выдаст замуж. Можно будет спокойно вздохнуть и заняться делами других своих подрастающих внуков и внучек, а также племянников, дядь, теть, кузенов и прочей многочисленной родни. Сила любого гремлина в его связях, и распорядитель резиденции Совета Старших занял свою должность не просто так.
Убедившись, что распорядитель покинул мой кабинет, я протянул Кили оставшиеся листы:
— Также меня интересует вся доступная информация по Клану хмелеваров, особенно по их бывшим владениям на Форлейге. Кроме этих земель, я хочу знать обо всех свободных там участках, что находятся в открытом доступе с точным указанием их расположения на карте. И проверь, находилось ли там что-либо раньше.
Дождавшись, когда девушка закончила писать, выдал последнее распоряжение на сегодня:
— Сведения по Форлейгу в приоритете, когда их подготовишь, занеси мне заодно текст своего контракта секретаря и типовой для этой должности.
Закончив отдавать распоряжения, я выпроводил свою секретаршу и наконец откинулся на кресле. Девчонка казалась смышленой, думаю, со своей работой она справится. Нужно познакомить ее с Саймирой, уверен, хвостатая найдет, чем ее занять. Пока я оглядывался по сторонам, оценивая обстановку своего кабинета, в ушах успело прозвенеть несколько почтовых сообщений. Устав от их дребезжания, я быстро открыл Книгу. Поздравления, поздравления, о, что-то новое. Письмо от Никриса Багровое Пламя, нового лидера Летунов. Так, еще одно от только что назначенного смотрителя Форлейга, он тоже жаждет что-то обсудить. Как же я не люблю политику, сложно все это… А вот и письмо от нага, куда ж без него!
Я даже дважды его перечитал. Ну надо же! Понимая мои будущие сложности с вступлением в должность судьи, он готов мне любезно помочь, прислав помощника, знакомого со всеми юридическими тонкостями Двойной Спирали и ранее неоднократно помогавшего ему самому в разрешении споров. Что ж, весьма тонкий намек, чтобы я не забывал, чьими усилиями я оказался тут, и кому за эту услугу должен платить. Я смахнул письмо Шепчущего со страниц Книги. От этого предложения мне все равно не отказаться, хоть спихну на советника разбор рутины, высвободив себе руки для более важных дел. Кстати, о них.
Прикосновение фибулы открывает почтовый ящик, и я вижу в нем мерцающий сиреневым конверт, что распадается на искры, едва я касаюсь его. Впервые я вижу нечто подобное — карты влияния, способные оказывать воздействие на целые территории или кланы. Их невозможно ни купить, ни продать, ни найти, ни отобрать, можно только получить, став Старейшиной. Пять черных прямоугольников переливаются у меня в руках, завораживая причудливым танцем сиреневых и золотых бликов, хаотично разбегающихся по поверхности. Самим своим цветом эти воплощения божественной силы показывают, что они выше любых иных карт, доступных Игрокам.
Несколько секунд я просто любовался. Вот оно — зримое доказательство моего успеха, то, ради чего Игроки и рвались к вершине, устилая ее ступени своими телами. Настоящая, подлинная власть — возможность воздействовать на Игру. Преодолев внезапно возникшую робость, я вгляделся в первую из них. Свиток
