Мужчины еще немного побеседовали за виски и сигарами, а потом герцог проводил шурина в спальню и пожелал ему спокойной ночи.
— Уикем, — обратился Джордж к камердинеру, — Вы знаете, в какую комнату поместили мисс Аврору?
— Да, сэр.
— Идите и спросите у Марты, спит ли моя сестра. Лакей поспешил исполнить приказание и через несколько минут вернулся.
— Мисс Аврора еще не легла. Пойдемте, сэр. Джордж, постучав, вошел и увидел, что сестра сидит на постели в рубашке и чепце с чашкой чая в руках.
— Так и не согрелась? — спросил он, заметив на кровати пуховое одеяло.
— Сейчас уже лучше, — заверила она. — Что тебе сказал герцог? Марта, принеси Джорджу стул и не уходи. Я хочу, чтобы и ты послушала.
Джордж уселся и добросовестно передал женщинам все, что поведал герцог.
— Валериан прилагал все усилия, чтобы понять Калли, но наконец и его терпение иссякло, — заключил молодой человек.
— Давайте выслушаем Калли, прежде чем судить, — возразила Аврора.
— На твоем месте я не принимал бы все близко к сердцу. Станет жаловаться на всякие пустяки и при этом привирать. Ты сама была шокирована ее сегодняшним поведением, Аврора.
Девушка кивнула:
— Верно, но все это так непохоже на Калли. — И, вздохнув, добавила:
— Однако слова герцогини лишь подтверждают более подробную исповедь герцога. Какой ужас!
— Надо было слушаться маму и выйти замуж за того, кого предназначил отец, — мрачно вставила Марта. — Но вы ничего не желали знать, упрямились, как коза, и посмотрите, что вышло!
— Прошлого не воротишь, — вздохнула Аврора. — Давайте спать. Утро вечера мудренее, и завтра мы обсудим, как помочь Калли и герцогу залечить раны и обиды. Наверняка еще не поздно вмешаться.
— Когда вы в последний раз что-то затевали… — начала Марта.
— Не брани нас, — попросил Джордж и, наклонившись, поцеловал сводную сестру. — Доброй ночи, Аврора.
Он открыл дверь, успел чмокнуть горничную в щеку и исчез.
— Вот дьяволенок, — беззлобно выругалась та. Каландра с детства привыкла спать до полудня и сейчас не изменила своему правилу. Салли сообщила Марте, что хозяйка еще не вставала. Сама горничная герцогини была одета в прехорошенькое белое платье и кокетливый кружевной чепец и прекрасно выглядела, но, подобно своей госпоже, сильно переменилась. Она обращалась с Мартой дерзко и высокомерно, что очень не понравилось пожилой женщине.
— Слишком уж нос задирает, — хмуро заметила она, ставя поднос с завтраком на колени Авроры. Девушка залюбовалась тонким фарфором и тяжелым столовым серебром. Подняв крышки с блюд, она обнаружила яйца-пашот в густом сливочном соусе с перцем-горошком, чудесную деревенскую розовую ветчину, свежий хлеб, масло и мед.
— Я поставлю чай на столик, мисс, — предупредила Марта.
Аврора поняла, что ужасно проголодалась, и стала поглощать завтрак. Все было превосходно приготовлено и очень вкусно. Подобрав крошки, она поднесла к губам чашку, но тут в дверь постучали. Оказалось, что герцог прислал своего камердинера спросить, не желает ли мисс Аврора покататься по городу в карете. Браун серьезно прибавил, что брат мисс Спенсер-Кимберли, конечно, будет их сопровождать.
— Передай, что я согласна, — велела Марте Аврора.
Ванну уже наполнили водой. Девушка поспешно искупалась и оделась. Наконец-то удалось отмыть волосы от соли! Она, признаться, думала, что спутанные пряди вовек не расчешешь!
Марта искусно причесала хозяйку, накинула ей на плечи теплый плащ и, заботливо подняв капюшон, протянула перчатки на меху.
— Постарайтесь не простудиться, — наставляла она.
Вошедший Джордж проводил сестру в холл, где ждал герцог.
— Доброе утро, — весело приветствовал он. — Экипаж уже подан. И поскольку я уверен, что вы захотите провести время с сестрой, велел ехать через Гайд-парк. Думаю также, что вы еще не успели отдохнуть как следует, а потому не стоит переутомляться. Кстати, что еще вы хотели бы посмотреть?
— Нельзя ли попасть в Британский музей? — попросила девушка.
— Разумеется, — заверил герцог, не желая объяснять, что музей открыт всего три часа в день и что билеты распроданы на несколько месяцев вперед. В конце концов, он всегда может нажать на нужные пружины ради того, чтобы Аврора вдоволь налюбовалась этим новым чудом.
Фарминстер-хаус был расположен на западной стороне Гросвенор-сквер. Трехэтажное здание из красного кирпича с мансардой, где размещались помещения для слуг, было выстроено в тысяча семьсот сороковом году.
— Будь немного потеплее, — заметил герцог, — мы бы взяли открытый экипаж, но полагаю, вы достаточно увидите и в окна.
Экипаж быстро обогнул площадь и свернул на Аппер-Гросвенор-стрит, которая вела в Гайд-парк. Аврора зачарованно разглядывала окружающее, не отрываясь от окна. С Аппер-Гросвенор-стрит они попали на Парк-лейн. Герцог рассказал, что весь парк когда-то считался охотничьими угодьями короля и был открыт для публики лишь в прошлом веке. До сих пор здесь еще водились олени и лани. Покойная королева Каролина увлекалась декоративным садоводством и с помощью лучших архитекторов своего времени немало потрудилась, чтобы придать парку его нынешний вид. Это при ней речка Уэстбурн была запружена дамбой, в результате чего получилось прелестное озеро Серпентайн.
— Сегодня мы только объедем парк, — пообещал Валериан, — для прогулок слишком неподходящая погода. Бабушка очень расстроится, если вы сляжете в постель из-за моего легкомыслия, не говоря уже о том, как рассердится Каландра. У нее такие грандиозные планы. Не сомневаюсь, что она собирается возить вас на все модные балы и приемы.
— Вряд ли я найду их такими же занимательными, как музей, — возразила Аврора и нерешительно добавила:
— Валериан, Джордж рассказал мне о ваших с Калли разногласиях. Даю слово, я сделаю все, чтобы она поняла свои ошибки.
Валериан Хоксуорт со вздохом покачал головой:
— Вы очень добры, Аврора, но боюсь, взвалили на себя непосильную ношу. Я плохо знаю вас и все же уверен, что, будь именно вы той, которую предназначил мне в жены отец, мы поладили бы куда лучше.
Аврора густо покраснела.
— Простите, — поспешно извинился герцог, — я сконфузил вас, сам того не желая. — Он осторожно сжал ее руку. — Вы простите меня, Аврора?
Язык не слушался девушку, и поэтому она смогла лишь кивнуть. Не дай Бог, герцог когда-нибудь узнает, как был обманут! Он ни за что не простит Аврору и, хуже того, обрушит гнев на брата и мать.
— Ваша бабушка поистине замечательная женщина, — вмешался Джордж, пытаясь прервать неловкое молчание. — Жаль, что мама с ней не знакома.
