*
Когда она с трудом открыла глаза, вокруг всё ещё было темно. Ни единого источника света и звука, кроме тихого дыхания перед самым лицом. Однако в сложившейся ситуации он оказался самым приятным и успокаивающим. Лежа под грудой пуховых одеял, Кристина осторожно прикоснулась к мужскому плечу – теплое. Её рука поднялась чуть выше и нежно опустилась на шею. Под большим пальцем спокойно постукивал пульс.
Вот теперь можно и ужаснуться её положению. Она снова оказалась в одной кровати с Кристианом Алмазовым и это по своей-то инициативе! Впрочем, иного выбора не было. Если бы она этого не сделала, он умер бы от переохлаждения. Да он бы просто замерз там на полу и больше никогда не очнулся! Поступить иначе она не могла, как ни крути.
С каждой новой секундой постепенно приходящего в себя сознания, восстанавливалась и трезвость. Как так получилось, что именно он пришел ей на помощь? Почему именно Кристиан оказался тем, к кому обратился мистер Уотсон? Как вообще судьба может так бессовестно играть на чувствах людей? На её чувствах! Видит бог, всё это время она избегала мыслей о Кристиане, как только могла. Она не искала с ним встречи, не появлялась на мероприятиях, где так или иначе они могли случайно столкнуться. То, что случилось вчера – какое-то нелепое недоразумение, потому что Кристиана Алмазова никогда не интересовали подобные сборища. Он не был заядлым коллекционером прекрасного и он ничерта не понимал в искусстве. Но каким-то непостижимым образом он оказался в числе гостей, который-таки и купил многомиллионное украшение, так сказать, собственного производства. Бога ради, она ведь даже в другую страну переехала, только чтобы исключить всякие подобные случайности!
Бред какой-то. Но разве сейчас это было так важно? Её личное к нему отношение, страхи и опасения? Серьезно? В эту самую минуту, когда вокруг ничего не видно, когда над головой черт знает сколько снега, а источника тепла всё ещё нет? Лежать под одеялом, конечно, прекрасно, но и туда в скором времени доберется холод. А ещё будет странно, когда Кристина очнется и обнаружит её рядом с собой. Пожалуй, это даже ужаснее, чем околеть.
Кристина осторожно и бесшумно покинула кровать, наощупь (это заняло немало времени) нашла свою обувь и куртку. Спина болела ужасно. Собственно, как и всё тело, пропущенное несколько раз через мясорубку.
Первое, что несомненно упростило временное существование в замурованном снегом доме, оказались свечи. Длинные, гладкие широкие… Слепо роясь в ящиках и вдруг наткнувшись на несколько таких штук, первым делом Кристина подумала, что ей в руки попались фаллоимитаторы. Если бы не торчащая ниточка фитиля, она бы просто отшвырнула их и до сих пор сидела без света. Найти спички на кухне оказалось делом самым простым – несколько коробочек лежали в одном из кухонных ящиков. Странно, что первым делом она не отправилась именно на их поиски. Но такое случается, если вдруг оказываешься погребенной заживо в одиноком домике на ладони у природы с переменчивым настроением.
Надо сказать, что внутри оказалось не так холодно, как показалось изначально. Твердый снег заткнул собой разбитые окна, а лучше сказать – проглотил домишко целиком, став огромным утеплителем. Но огонь бы здесь точно не стал лишним. Все попытки затопить печь провалились. Газовой плиты здесь не было, вместо нее на деревянной столешнице лежала электрическая на две конфорки. Но и ею было не воспользоваться, поскольку отсутствовало электричество. Зато холодильник был забит маленькими бутылками с водой, а мини-бар алкоголем в бутылочках на один глоток. В буфете лежали несколько упаковок сырных крекеров, чипсы, коробка с леденцами, кофе, чай, тростниковый сахар в кубиках и огромная пачка сливок в маленьких ячейках.
Забросив в рот леденец, Кристина отправилась на поиски туалета и была приятно удивлена, что из крана бежала теплая вода, некогда нагретая бойлером. Глянув на блестящие флаконы со всякими средствами для душа, Кристина вымыла руки и ополоснула лицо, вдыхая приятный аромат орхидеи.
8
Дрова отказывались разгораться. Сколько бы раз Кристина не поджигала салфетки и глянцевые страницы, вырванные из журнала, те моментально затухали, стоило им только оказаться в печи. Может, этим особенным мастерством владели исключительно мужчины?
– Что ты пытаешься сделать?
Кристина перепугалась настолько, что умудрилась с корточек грохнуться на задницу. Пламя трех свечей живо заиграло с появлением второго узника, и в этом движущемся свете образ Кристиана выглядел во много раз суровее и устрашающе. На нем были только штаны и обувь, свет свечей ласкал его всё такие же выпуклые мышцы верхней части туловища. Нет, они определенно стали больше. Шире. Плотнее. Кристина растерялась, не с первого раза зажгла очередную спичку и подожгла край бумаги. Хорошо, что, когда она затаскивала его на кровать, кругом было темно.
– Что ты делаешь? – повторил свой вопрос Кристиан. Только теперь намного более резким тоном.
– А ты не видишь? – взметнула она изящную бровку. – Я пытаюсь разжечь огонь, чтобы в доме стало теплее.
– И как ты собралась этого добиться, когда над нами снежной массы метра четыре, а дымоход полностью забит снегом? Всё, что ты делаешь, бессмысленно, потому что нет тяги воздуха. Ты только зря расходуешь спички.
– …Четыре метра? – вытаращила она глаза.
– Это в лучшем случае. Нас накрыла лавина, если ты ещё не поняла.
Кристина предпочла промолчать. И не потому, что его грубый тон махом лишил какого-никакого, а спокойствия. Скажем так: до того, как Кристиан очнулся, она ощущала себя более-менее ровно, находясь в условиях полной оторванности от внешнего мира. Их накрыла лавина – это и впрямь ужасно, но не так катастрофично, как могло показаться изначально. Она не стала защищаться только лишь потому, что ей было всё равно. На него, на его мнение и на его дерьмовое настроение. Или пыталась себя в этом убедить… Видит бог, она была искренне благодарна ему за свое спасение. Но она не просила его об этом. Поехать за ней – только его выбор, ведь мистер Уотсон наверняка объяснил ему, кто именно угодил в западню. Учитывая степень своей ненависти, Кристиан вполне мог просто проигнорировать слова старика.
Бросив спичечный коробок на журнальный столик, Кристина подошла к приемнику в небольшой прихожей. Такой же был и в её номере и работал он не от сети. Не спеша проворачивая стальное колесико, она надеялась поймать хоть какую-нибудь радиостанцию, но натыкалась лишь на громкие помехи.
– Выключи и не трать батарейку.
Сжав челюсти, Кристина медленно повернула голову в сторону полуобнаженного мужчины, чья недовольная физиономия чуть ли
