Читаем без скачивания Иным путем - Александр Михайловский

– Если судить по заданным вами техническим условиям, – сказал Григорович, – то «Рюрик II» должен или с легкостью уходить от превосходящих сил противника, или в схватке один на один суметь нашинковать любого из этой компании своими десятидюймовками на ломтики, словно колбасу…

– Вот именно, – кивнул император. – Добавьте к этому также фактически бездымный двигатель, маскировочную окраску, огромный радиус действия, внешнюю схожесть силуэтов «Рюриков II» с более многочисленными БЭТСами. Это будет настоящий кошмар британского адмиралтейства, на который им придется или по-прежнему отвечать в шестикратном размере, или бросать карты на стол. Не сделав еще ни одного выстрела и даже не будучи спущенными на воду, эти крейсера нанесут британскому военно-морскому бюджету огромную подводную пробоину, которую ему будет крайне трудно перенести. Так что, Иван Константинович, порученное вам задание весьма важно для империи. И мы рассчитываем на ваш успех.

15 (2) апреля 1904 года, 17:01.

Санкт-Петербург, Аничков дворец.

Вдовствующая императрица Мария Федоровна, принцесса Мария-Масакои журналистка Ирина Андреева

Пять часов – время вечернего чаепития. Обычай сей пришел в российский высший свет из Англии – благо Россия была страной, которая любила чай не менее, чем Туманный Альбион или далекая Япония. На вечерний чай было принято приглашать в дом гостей, особенно если среди них были интересные собеседники. Это превращало сие мероприятие в одно из самых популярных светских развлечений.

Сегодня вдовствующая императрица Мария Федоровна пригласила к себе на чай невесту своего сына Марию-Масако и журналистку из будущего Ирину Андрееву. Невестку надо было приучать к русским обычаям, а с Ириной Андреевой бывшая датская принцесса Дагмара хотела просто поговорить… Ну, скажем так, обо всем: о будущих модах, об истории России, Дании и Японии, о Божественном откровении и теории Дарвина.

Говоря попросту, Марию Федоровну снедало самое обычное женское любопытство. Ее пытливый ум требовал информации, информации и еще раз информации.

С другой стороны, а с кем ей еще было разговаривать? Сын, который целыми днями был занят государственными делами, не мог посвятить своей матери столько времени, сколько ей бы хотелось. Другие пришельцы из будущего тоже мало подходили для ведения откровенных бесед.

Полковник Антонова, майор Османов и капитан Тамбовцев, например, в силу их специальных госбезопасных занятий, внушали Марии Федоровне некоторое опасение. Правда, Михаил сказал ей по секрету, что половина слухов про ужасы «Новой Голландии» – полная ерунда. А вторую половину люди Тамбовцева распускают про себя сами, чтобы попавшие в их руки злодеи не вздумали запираться, а рассказывали бы следствию все сразу и без утайки.

К тому же Мария Федоровна навела справки и выяснила, что происхождения девица Ирина Андреева вполне достойного, что она дочь полковника, командира десантно-штурмового, а говоря по-нынешнему, гренадерского полка. Сие означало, что девица Андреева происходит из семьи потомственных дворян. Кроме того, уважение внушало и то, что журналистка Андреева занималась не пересказом светских сплетен или новостей моды, освещением боевых действий. Это если не считать довольно редкого в начале XX века для женщин университетского образования.

Некоторый болезненный интерес у вдовствующей императрицы вызывала и личность нынешнего кавалера Ирины. Сосо Джугашвили человеком был непростым, можно сказать, даже страшным. Но ее сыну зачем-то были нужны и этот дикий кавказский абрек, и его старший товарищ Владимир Ульянов. А посему она должна была понять и принять их. Если не сердцем, то хотя бы разумом.

Ну, и напоследок не стоило забывать о том, что мадемуазель Ирина была среди тех, кто лично слышал Глас Божий. То, что это был Бог, а не Дьявол, Мария Федоровна поняла сразу, ибо Дьявол дает своим адептам конкретные советы, и лишь Господь может сказать человеку: «Поступай по совести».

В общем, Ирина Андреева была признана вполне достойной для того, чтобы за чаем составить компанию августейшим особам.

В Аничков дворец девушки явились вместе. Мотор из будущего подкатил к парадному входу, водитель не спеша обошел машину и, отщелкнув дверцу, выпустил сначала невесту императора, а потом и ее спутницу. Таких машин с Дальнего Востока в Петербург было доставлено всего две. Одну из них для собственных нужд взял император Михаил Второй. Вторая использовалась исключительно в интересах ГУГБ. Вот на этой, «госбезопасной» машине девушки и приехали во дворец.

Как и положено радушной хозяйке, вдовствующая императрица вышла встречать гостей на лестницу. Девушки поднимались навстречу ей, одетые в строгие английские костюмы одинакового покроя. Мария-Масако – в сером, в мелкую клеточку, шла чуть впереди, а Ирина, в светло-сиреневом, отставала на полшага.

Остановившись на площадке лестницы, Мария Федоровна залюбовалась своей будущей невесткой. Куда-то делась нарочитая японская косолапость, из-за которой девушка раньше напоминала деревенскую простушку. Теперь навстречу ей шла молодая леди вполне европейской внешности.

Не доходя до своей будущей свекрови двух шагов, Мария-Масако отвесила ей низкий восточный поклон.

– Здравствуйте, ваше императорское веричество, – сказала она. – Вы нас звали, мы пришри.

– Здравствуйте, ваше императорское величество, – эхом повторила приветствие Ирина, склонив голову и доставая из сумочки простой белый конверт. – Вам послание от вашей дочери Ольги, полученное вчера вечером по радио.

– Здравствуйте, милые, – приветливо кивнула Мария Федоровна, забирая из рук Ирины конверт. – Машенька у нас сегодня просто красавица, ее и не узнать. Ирина, вы очень хорошо потрудились.

– Спасибо за добрые слова, ваше императорское величество, – кивнула Ирина. – Мария очень способная ученица.

– Мы много заниматься, ваше императорское веричество, – добавила Мария-Масако, – я очень стараться.

– Это хорошо, – кивнула Мария Федоровна, еще раз придирчивым женским взглядом осматривая будущую невестку с ног до головы.

– Очень просто и очень элегантно, – вынесла она свой вердикт. – Ирина, это что, у вас в будущем все такое носят?

– Нет, ваше величество, не совсем такое, – вздохнула Ирина. – Большинство из наших нарядов ваши дамы не надели бы даже под страхом сурового наказания. Это ваш портной, Федор Яковлевич, талантливо соединил несоединимое. И получились такие вот шедевры. Просто ваш сын, Михаил Александрович, попросил меня начать ненавязчиво внушать представительницам высших классов, что девизом его царствования будет «устрашающая простота». Теперь дамам из высшего общества должно быть не комильфо таскать на себе груды золотых украшений или десятки бриллиантов. А то, не дай бог, с купчихой какой перепутают – позора тогда не оберешься. Ваш сын сказал, что у России просто нет денег на лишние вычурности и позументы. Большая война у порога.

– О, Господи Иисусе Всеблагий, спаси нас и помилуй, – вздохнула вдовствующая императрица и перекрестилась. – Получается, что от чего ушли, к тому и пришли.

– Но ведь необходимость передела один раз уже поделенного мира никто не отменял, – сказала Ирина. – Жадность опять погубит англосаксов. Просто на этот раз изначальные позиции России должны быть лучше, война – короче, а потери – значительно меньше. Обо всем же прочем – о том, чем закончилась Первая мировая в нашей истории, сейчас даже и упоминать не хочется.

– Наверное, вы правы, – с грустью сказала Мария Федоровна, – мой Мишкин толковал о том же, считай, целый час. Опять русским солдатикам гибнуть из-за чужой глупости и жадности.

Вдовствующая императрица утерла платочком глаза и вдруг всплеснула руками.

– Но, дорогие мои, что мы тут разговариваем стоя на лестнице? Идемте, идемте, самовар, наверное, уже закипел.

Пять минут спустя.

Аничков дворец, Желтая гостиная

Когда все уселись за большим столом, Вдовствующая императрица вдруг сказала:

– Ирина, а как там у вас в будущем поживает моя Дания? Я все хотела спросить у господина Тамбовцева или госпожи Антоновой, да им все было как-то недосуг.

– Да, Ирина-сан, расскажите, – поддержала Марию Федоровну Мария-Масако, – и про мою Японию тоже. Ну, пожаруйста…

– Да, Ирина, – кивнула вдовствующая императрица, – расскажите нам. Конечно, сейчас я очень рада, что у меня будет такая очаровательная невестка. Но тогда, когда я узнала об этом сватовстве, я и слова не могла вымолвить от изумления. Ники, насколько я понимаю, тоже. К счастью, ваш Александр Васильевич сумел его убедить, что всё что ни делается, всё к лучшему.

– Хорошо, ваше величество, – сказала Ирина, – я расскажу все по порядку. Вашу родную Данию все бури двадцатого века почти обошли стороной. В Первой мировой войне она, как и Швеция, придерживалась строгого нейтралитета, заблокировав Датские проливы для кораблей всех воюющих держав. На самом деле этот датский нейтралитет был выгоден только для Германской империи, имеющей Кильский канал, связывающий Балтийское и Северное моря. Русский Балтийский флот тогда остался один на один с многократно более сильным немецким флотом и провел всю войну, держа оборону. О подробностях Великой Русской Смуты я сейчас рассказывать не буду, скажу только, что те же люди, что затевали ее в феврале семнадцатого, потом сами громче всех и кричали о России, «которую они потеряли».