Полностью перейдя на иное восприятие реальности, доверившись своей силе, увидел, как мелькнула душа мёртвой старухи, но, в тот же момент исчезла.
Её что-то забрало. Точнее, кто-то. А может и «что-то», в принципе, ох…
Остался стоять на одном месте, чувствуя, как тело буквально разъедало. Поморщившись, вытащил руку из трупа старуха, откинув сердце.
— Integratio, — буркнул себе под нос. Тело практически моментально восстановилось, но приятных ощущений всё равно было мало, да и энергии сожрало прилично, несмотря на то, что я мысленно направил уровень воздействия.
Проморгавшись, дабы снова начать воспринимать реальность хотя бы относительно адекватно, непроизвольно перевёл свой взгляд на ладонь, с которой точно слазила кожа. Я чувствовал, как кипит моя кровь, как прожигает кости… Бр-р-р. Ожидать подобного развития событий я не мог при всём желании, как и не мог представить, что душа этой старухи моментально куда-то исчезнет.
Япония. Просто… Япония.
Поморщившись, щелкнул пальцами, из-за чего тело старухи сгорело в холодном огне, буквально исчезнув из мира. Не желая больше оставаться на месте преступления (не хватало, чтобы сюда ещё начальство старухи пришло, а я носик не припудрил), взлетел, скрыв свою сущность. Скорее всего здесь может быть где-то недалеко её «убежище», однако искать его было слишком опрометчиво — вполне возможно, что скоро сюда прилетят новые крендели, что будет лишним. Обойдусь.
Я многое мог ожидать, но уж точно не подобного. Если бы не наличие материального тела… Лохом бы стал уже я, а не мой «сородич». Ещё, твою мать, большим.
Было уже не весело, и это мягко сказано.
Глава 16
Пусть по итогу встреча со старухой закончилась скорее в мою пользу, чем её, всё равно оставалось понимание, что Витеньку стукнули по лбу, очень болезненно стукнули. Так мало этого, теперь какая-то божественная сущность знает о моем существовании. Сомневаюсь, что меня так просто смогут найти, да и вообще найти (в целом-то мире без каких-либо зацепок), но давать лишнюю информацию было не очень правильно.
Пришлось отдельно успокаивать воинственную Норочку, заодно намекнув ей на то, что её бы просто размазали энергетическим слоем по стене. Пока успокаивал девушку, сам немного пришёл в себя, но моё настроение от этого, если честно, особо лучше не стало.
— Вы победили, — принялась воздавать оды мне барышня, вновь упав на колени. — Кровная месть произойти. Я рада, мой Бог.
Я потёр глаза, устало вздохнув.
Давай, зачитай мне ещё кодекс бусидо.
— Вполне возможно, что ты её ещё встретишь, Норочка. Меня не за что благодарить.
Особенно учитывая, что я просто хотел набрать себе ужасов и приправ этих ужасов. Может, стану весёлым фермером и буду разводить тварюшек, но маловероятно — во-первых, хрен поймешь, могут ли они иметь подобие энергетического потомства, а если могут, то какое? Понятно, что не все ужасы способны на репродукцию, я даже с уверенностью могу сказать, что это удел счастливой «элиты», иначе в мире не по чуть-чуть наставал звиздец, а уже давно произошёл, окончательный и крайне ужасный. Ужасный от ужасов, кхе-кхе. Бывает. Во-вторых же… Зачем, если их и так полным-полно?
Вместе с этим крутились и другие вопросы: по мне же долбанули «настоящим» светом, так? Так же?.. Потому что если это не настоящий свет, то мне тяжело представить, какой же настоящий. Возможно, Витеньке просто безумно повезло наткнуться на не простого первожреца слабенького божка, а кого-то посильнее — в японской мифологии, в конце концов, всяких сущностей хватает. Учитывая, что все они так или иначе должны соответствовать миру, картина получается печальной.
Теперь моё отношение к этому «Рассвету», куда потопал Игорь, изменилось. Ненулевой шанс, что там тоже есть такие крендели, а там, глядишь, сто процентов есть ещё какие-то сборища чудиков разной силы. Страна, в конце концов, большая — найдутся психи с дубинками на любой вкус. Понимая это, лишний раз высовываться до того, как стану достаточно могущественным, не особо хочется.
И всё же, какое-то влияние этого света получилось слишком сильным. У меня столько силы, просто огромное сопротивление… ко всему, а тут меня буквально разъедать начало. Почему?
Чёрт. Просто… чёрт. Нужно будет поторопить Романа с его исследованиями сущности тёмного бога, заодно подключу Оксану, она в свете понимает много больше — вопрос нужно изучать. Пускай начнут проводить эксперименты вместе. Правда, я ещё не очень хорошо понимаю, как это всё организовать, чтобы случайно этим светом (или сущностью божка) не навредить уже себе, но сомневаюсь, что это станет большой проблемой.
Повздыхав ещё немного о своей доле тёмного властелина, решил таки выполнить своё небольшое обещание и, дабы поднять настроение как Норочке, так и себе, умостившись на диван из моей сущности, дал команду на взлёт.
Барышня же, стоило ей только сесть на мой диван, вдоволь погрузившись в мою внутреннюю сущность, начала так широко улыбаться и трястись, словно выиграла в лотерею. И это я просто охренеть какой тактичный.
— Прекрасно… прекрасно… — начала себе что-то под нос бормотать девушка, тихо захихикав. В её лексике мелькали как слова на русском, так и на японском.
Барышня до того возбудилась (надеюсь, что не в том самом смысле), что начала пытаться ещё глубже погрузиться в диван.
— Развлекайся, — поджал губы, позволив своей сущность полностью покрыть Норочку, оставив лишь лицо. Услышав, сдавленный писк японки, перестал обращать на неё внимание, понимая, что клиника больше ничего сделать не сможет.
Ну, зато хоть кому-то моя сущность приятна.
М-да…
***
Как-то незаметно (вру) лето практически подошло к концу, и за мной приехали родители. С дедушкой я попрощался настолько тепло, насколько мог, оставив рядом с ним частицу своей сущности, которой умудрился задать условие следить за его телом. У меня было понимание, что жить осталось ему недолго даже после того, как я восстановил ему сердце, и от этого, если честно, было немного паршиво на душе.
С какой-то чёрной иронией представлял себе реакцию родителей, если бы, пока я был с дедушкой в деревне, он умер. Пришлось бы как минимум откачивать маму, а как максимум записать папу на курсы изучения новых языков, ибо уже имеющегося словарного запаса ему бы не хватило при всём желании.
В последний раз ходил к леди в поле, увидел вдалеке её улыбающийся силуэт, понял, что романтики как особой не было, так и не будет, после чего помахал рукой. До новых встреч, хех.
Пережитое в Японии заставило меня смотреть на вещи немного по-другому, а, в частности, на собственное развитие — началось больше экспериментов с собственной силой, Роман на пару с Оксаной и чуть позже присоединившимся Чертилой, всё ещё занимающимся поисками того ужаса, рассказавшего про количество ужасов в Японии домовику, пошли полным ходом исследовать образцы тёмного бога в банках, аккуратно, прямо в моей душе, задействовав на полную катушку «неправильный» свет, дабы лучше разобраться в вопросе.
Иногда я к ним присоединялся, но чаще был занят другим. Так, например, следил за Любочкой.
— Как ощущения? — чувствуя себя психологом, работающего с трудной семьей, поинтересовался у говорящей-ужаса.
Даже отдельный кабинет воплотил, надев очки.
Любочку уже нельзя было считать человеком. Развившийся ужас, у которого сознание стало приближенным к человеческому. В этой реальности, кажется, ты либо отправишься кому-то на корм, либо на реинкарнацию, либо сам станешь безмозглым ужасом — четвёртого не дано, а если дано, то оно точно не лучше прошлых вариантов.
Люди, которые хотели бы «остаться человеком несмотря ни на что», всплакнули бы.
— Всё кажется нереальным, — вздыхала Любочка, держа на своих коленях кайфующего домового. Низкий старичок окончательно поплыл, погрузившись в Нирвану. — Слишком многое я не помню, Злой. Это вызывает во мне слишком противоречивые ощущения.
