бы он шепнул мне в ухо, я подскочила бы на месте и убежала сию минуту.
Вдруг спокойный мужской голос рассеялся по залу:
– У нас есть всего несколько легких правил, но мы просим их соблюдать неукоснительно. Вы уже сдали телефоны и светящиеся предметы в отдельные ящики, чтобы не отвлекать…
Я ничего не сдавала! И, честно говоря, была рада этому. Когда в сумочке есть спасительный луч смартфона – это так подкрепляет уверенность.
Интересно, это случайность или Ванин план?
Голос продолжал:
– Самое смешное, но такое наболевшее правило – пожалуйста, не проверяйте официантов на предмет приборов ночного видения. Их нет. Они правда обслуживают вас благодаря своей суперсиле хождения в темноте. Никому не понравится, когда кто-то щупает ваше лицо, верно? Кстати, суперсила не распространяется на выставленные руки и ноги – тогда происходит катастрофа, что ударяет по вашему кошельку расколотой посудой, перевернутыми блюдами и травмами. Про испорченный день для всех я уже молчу. Желаю вам приятного вечера, что удивит ваши рецепторы!
Со всех сторон послышались смешки.
– Как думаешь, Софа, часто бедолагам доставалось?
Много ли клиентов поступали неразумно? Так, как никогда не поступили бы при свете?
С точки зрения психологии, это было очень даже объяснимо. Человек при таких условиях чувствовал себя невидимкой, что развязывало руки даже самым сумасшедшим мыслям.
– Думаю, что не зря об этом даже говорят.
– Очень часто. Но самое распространенное – это игры под столом.
Игры под столом? Да меня при свете дня в пот бросает от одного напоминания. Ваня же знает, как я на это реагирую!
– Наверное, сейчас клянешь меня про себя? Думаешь, что я видел твою паническую атаку.
– Именно, – процедила я сквозь зубы.
– Что-то мне подсказывает, что ты все знаешь о своей проблеме. Изучила вдоль и поперек.
Я понимала, к чему он клонит. Специально избегать того, что может вызвать панические атаки, – это находиться в режиме вечного стресса. Это загнать себя еще глубже в скорлупку, это ухудшить качество собственной жизни.
– Ваня, ты же знаешь, что у каждого психолога есть свой психолог? И что самая распространенная картина – это когда опытный психолог, автор многих действующих методик, не может справиться со своей личной проблемой, со своей семьей?
– Именно! Но это не значит, что нет пути к совершенству. Хочешь, ты можешь сама затиранить меня ногой под столом. Я не пошевелю и пальцем.
– Ни за что, – отчеканила я, отвернулась, а потом из меня вырвался смешок.
На Ваню было просто невозможно сердиться.
Пробуя на вкус стоящее передо мной блюдо, я поморщилась. И дело было не в том, что в темноте было трудно попасть в еду, а в том, что сама еда действительно удивила. Для набора, где в названии фигурируют слова “первое свидание”, я ожидала нечто романтически-ванильное, воздушно-легкое и загадочно-клубничное.
– Это что, смесь рыбы и мяса? – наконец сформулировала я то, что терзало вкус и ноздри.
И вроде бы вкусно. И вроде бы аппетитно пахнет, но закостеневшее сознание говорит, что либо мясо, либо рыба. Или-или!
– А ты знаешь, что в Африке рыбно-мясные блюда одни из самых распространенных? – Ваня, судя по тянущим звукам, наслаждался едой на своей половине стола. Так и хотелось поднять ширму полной темноты и подглядеть за его реакцией. А еще посмотреть, что же все-таки лежит на тарелках.
– Ага, а в Азии что только не едят. Но это не значит, что я буду тащить жуков в рот, – шепнула я, чуть наклонившись над столом. Судя по моим ощущениям, столики с другими гостями находились далеко друг от друга, но я хотела подстраховаться, чтобы меня никто не услышал.
– Так и в обычной жизни ты жуков не ешь. А мясо и рыбу запросто. – Ваня наслаждался едой с таким смаком, что я даже заподозрила, что ему подали отличное от моего блюдо.
– Это как смешать картошку с макаронами. – Я попробовала еще одну ложку, подозрительно глядя в темноту. На ощупь нашла стакан и сделала один глоток.
– Ой! – поморщилась я. – Мяту и шоколад знаю. А это что? Клубника и базилик?
Странно вкусно. Вкусно и странно. Попробовала еще одну вилочку, так и не понимая, нравится мне или нет. Отхлебнула еще один глоток.
– Этот набор должны были назвать “Что-то с чем-то”.
– А он так и называется. Ведь свидания иногда тоже оборачиваются именно так. Ты когда была последний раз на свидании? – неожиданно завершил свою речь вопросом Ваня.
При свете дня ни за что не сказала бы, а тут язык чуть не повернулся ляпнуть правду. В последний момент благоразумие надавило на болтуна. Ну как я могу сказать правду? Меня никто не поймет!
Вдруг Ваня продолжил:
– Надеюсь, что ты была одна хотя бы год. Тогда у меня будут все шансы.
Не таясь, он обозначил свой интерес так легко и просто, что я растерялась. Всегда, когда мужчины проявляли ко мне знаки внимания, это вызывало глухую агрессию или сплошную оборону. А тут так легко и просто, будто он сказал, что за окном идет дождь – констатация факта. Да еще с такой надеждой про шанс сказано, что я чувствую, что все зависит от меня.
Умен, хитер, опасен этот гуру любви. И, как хитрый лис, подбирается тихонько, незаметно. Свои знания использует так тонко и умело, что даже я, зная все приемчики, все равно поддаюсь.
– Ваня, а ты когда последний раз целовался? – спросила я.
Разрыв шаблона – лучший способ содрать все лишнее с человека и посмотреть, что же там за шелухой прячется!
– У меня нет часов, но примерно пятнадцать минут назад, – ответил Ваня не колеблясь.
Не застанешь врасплох! Зато я хватала ртом воздух, повторяя про себя, что так и знала!
Но лицо не хотелось терять даже в темноте.
– Я про настоящий поцелуй, а не смазанное касание губ.
Ваня то ли втянул с шумом воздух, то ли выдохнул, а потом как-то обреченно признался:
– Ну… тогда три года назад. Меня
