Читаем без скачивания Герои умирают - Мэтью Стовер

– Они чертовски близки к истине.

– Нет… нет, слушай… твоя жена… ты ее любишь. Ты ее любишь.

Хэри не мог ответить, не мог заставить сжавшееся горло произнести хоть звук.

– На это они и рассчитывают… это их ставка. Но это единственное, что у них есть… и они думают, будто они в безопасности…

Хэри застыл нахмурившись, но не произнес ни слова.

– Слушай, Хэри, – шептал Дункан, мало-помалу закрывая глаза. – Все, что делается ради любви, превыше добра и зла. Понял? Превыше.

Актер вздохнул. О чем он думал? Надеялся, что сумасшедший отец даст ему хороший совет? Он с досадой покачал головой и произнес:

– Конечно, папа, превыше. Понял.

– Устал. Спать хочу, М-м… Хэри?

– Да?

– Ты когда-нибудь… рассказывал ей… обо мне? «Правда есть правда, – подумал Майклсон. – Смотри миру в глаза».

– Нет. Я никогда не рассказывал ей о тебе, – ответил он. Дункан кивнул с закрытыми глазами. Свободная рука шарила по тому месту, где раньше были ремни.

– Я хотел бы… после того, как ты спасешь ее, я хотел бы встретиться с ней. Один-единственный раз. По сети она кажется очень милой.

– Хорошо, – внезапно охрипнув, согласился Хэри. – Она и вправду милая.

Бриллиантовый зал на двадцатом этаже Студии сверкал и переливался всеми цветами радуги, бросая яркие отблески на лица присутствующих. Большинство составляли праздножители, причем некоторые пришли со своими инвесторами – у бизнесменов, как правило, нет денег или связей, достаточных, чтобы оказаться среди избранных.

Из всех североамериканских актеров Кейн собирал самую большую аудиторию. Каждый год тысяча зрителей платила по сто тысяч марок за право обладания виртуальной кабиной с семью Приключениями – конечно, исключающими возможность смерти или физического повреждения героя.

Каждый год Студия собирала по тысяче марок с десяти тысяч человек просто за право стать в очередь. Одной из привилегий этих плательщиков являлись встречи со звездой на таких вот приемах перед Приключением.

Подобно остальным приемам, нынешний был устроен как костюмированный бал. Здесь собралась только элита. Тема вечера – «Враги Кейна».

Хэри ходил взад и вперед. Он был облачен в копию поднебесной одежды Кейна из черной кожи. Войдя в роль Кейна, он нарочито грубо отвечал на слюнявые пожелания, советы и похлопывания по спине. Это было вполне терпимо – по крайней мере, изображая Кейна, он мог позволить себе не улыбаться.

Коллберг поспешил к Хэри и взял его под руку. Председатель был одет в красно-золотую ливрею королевского слуги. Актер не сразу понял, что председатель изображает Джемсона Тала, старшего дворецкого Тоа-Фелатона. Внезапно Майклсону захотелось перебить ему горло.

– Вы получили свою речь?

– Да.

– Вы ее просмотрели? Она… скажем так, не слишком обычна.

Коллберг нервничал и потел – находясь среди представителей высших каст, он всегда очень нервничал. Хэри понял, что Коллберг – единственный администратор на приеме, сумевший добиться привилегии обладания виртуальной кабиной с Приключениями Кейна. Все участники приема были гораздо выше него.

Все – кроме Хэри.

Майклсон посмотрел на руку администратора, сжимавшую его локоть. Будь он сейчас Кейном… О, Кейн моментально оторвал бы руку этому ублюдку! Хэри же произнес:

– Да, администратор. Я просмотрел ее, все в порядке. Он с подчеркнутым вниманием посмотрел на влажную руку

Коллберга и добавил:

– Не обижайтесь, администратор, но на нас люди смотрят.

Коллберг отпустил его руку так поспешно, словно обжегся об нее. Облизнув губы, одернул куртку и сказал:

– Минут через пятнадцать будет обед, а вы еще не появлялись в северном конце зала. Хэри пожал плечами.

– Уже иду.

Он протиснулся сквозь группу инвесторов, одетых как Медвежьи стражи Кхуланской орды; две их спутницы-праздножительницы были наряжены в меха и крылатые шлемы самого Кхулана Гтара. На ходу обменялся рукопожатием с каким-то экзальтированным праздножителем – на его гримировку ушло не меньше пяти килограммов грима; этот идиот потратил чуть ли не шестьдесят марок на то, чтобы нарядиться вождем огрилло, которого Кейн убил в «Отступлении из Бодекена». Шестьдесят марок! Большая часть рабочих не получала столько и за неделю. Среди бесчисленных Бернов, крутившихся вокруг Хэри, пухленьких Бернов с дряблыми мускулами, актер разглядел некоего умника, вырядившегося в богомольного воина из народа Крркс; с такими бойцами Кейн сражался в «Погоне за короной Дал'каннита».

Внезапно Хэри оказался лицом к лицу с Марком Вило. Невысокий бизнесмен вырядился эффектнее остальных. На нем была кольчужная броня из легкого пластика; шлем отсутствовал, и Хэри увидел, что его покровитель перекрасился в блондина. Благодаря какому-то техническому ухищрению его левая щека и глазница казались только что разбитыми: осколки кости пристали к коже, с которой стекала блестящая кровь, а наполовину вытекший глаз держался на одном нерве.

Хэри выразил свое одобрение продолжительным свистом.

– Марк, вот здорово! Пуртин Кейлок, верно?

– Точно, сынок, – широко усмехнулся Вило. – Он еще жив, потому я его и выбрал. А для Берна у меня комплекция не та, хотя им – он кивнул на зал – это не помеха. В чем дело, малыш? Похоже, тебе не слишком весело.

– Я… наверное, я чересчур напряжен, Вило кивнул, занятый своими мыслями.

– Слушай, у меня тут гостья, хочу тебя с ней познакомить. Пошли… Стой, прежде чем идти – помнишь наш разговор на прошлой неделе, ну, про то, чтобы снова свести вас с Шенной?

– Ну? – опасливо спросил Хэри.

– Я просто хотел сказать, что у тебя здорово вышло. Я на такое и надеяться не мог.

Хэри почувствовал ком в желудке.

– Я не планировал ничего подобного.

– Да знаю, знаю, черт возьми. Но это просто невероятно зрелищно – понимаешь, я не могу проиграть!

Хэри прекрасно понимал, что Вило имеет в виду: он либо героически спасет Шенну, либо героически отомстит за ее смерть, либо героически умрет, пытаясь совершить это. Независимо от исхода, его покровитель получит выгоду.

– Да, – еле смог произнести он, – думаю, с вашей точки зрения, все великолепно.

– Точно. Ну, пошли.

Вило повел Хэри туда, где среди поклонников стояла полная праздножительница лет под пятьдесят. Поверх серо-стальной куртки и брюк она надела кольчугу; картину довершал ниспадающий голубой плащ. Она изображала Пэллес Рил.

Вило многозначительно откашлялся.

– Кейн, я хочу познакомить тебя с Шермайей Дойл. Праздноледи Дойл, это Кейн.

Когда праздножительница повернулась к Кейну, у нее загорелись глаза, хотя руки она, конечно, не подала.

– О Марк, мы уже знакомы.

– Праздноледи, – с легким поклоном объяснил Хэри, – почтила своим присутствием нашу с Шенной свадьбу.

– Да-да, так оно и было, – подтвердила женщина. – Если б ты был там, Марк, ты бы запомнил меня. У Вило покраснели уши, а Дойл продолжала:

– Как поживаете, профессионал Майклсон?

– Лучше не бывает, мэм. благодарю вас. А вы?

– О, я так переживаю за Шенну! – простонала праздножительница, прижав ладонь к обширной груди. – Марк был очень добр и пригласил меня разделить с ним его виртуальную кабину. Надеюсь, вы найдете вашу жену.

– Я твердо намерен сделать это, мэм.

– И прошу вас, профессионал, простите мой выбор костюма. Марк сказал мне, какова тема вечера, и я знаю, – она наклонилась к нему и самодовольно хихикнула, – что Пэллес Рил не враг Кейну. О, это я прекрасно знаю! Но я хотела бы напомнить всем о том, что сейчас действительно важно: кто является ставкой в этой игре. Вы не расстроены?

Хэри и сам удивился приливу добрых чувств к этой женщине.

– Праздноледи Дойл, – серьезно сказал он, – возможно, вы самый добрый человек из всех, кого я до сих пор встречал, поэтому вы ничем не обидите меня. Я полностью с вами согласен.

– Мне только хотелось бы как-то помочь вам, – вздохнула женщина. – Пожалуйста, помните, я буду с вами все это время. Я подключусь к вам через ящик Марка и стану молиться за вас с Шенной. Бог да пребудет с вами, профессионал!

Она отвернулась, отпустив Хэри, но он услышал, как она обратилась к Вило:

– Он так вежлив, Марк. Как я смогу отблагодарить тебя? Он так прекрасно вел себя!

Вило позволил взять себя под руку и увести. На ходу он мельком оглянулся на Хэри – его глаза горели, а губы беззвучно произнесли: «Удалось».

Хэри заставил себя улыбнуться и кивнуть. Толпа вновь сомкнулась вокруг него.

Через несколько минут ему надо было произнести речь – краткий спич перед ужином. После ужина пойдут бесконечные речи: Марка Вило, поскольку он его покровитель, Артуро Коллберга, как председателя Студии, да вышедших в тираж актеров, которых удалось затащить на это мероприятие. Хэри извлек из нагрудного кармана блокнот и откинул крышку; на экране появился текст его речи. Он направился в западный угол зала, к возвышению, образованному огромной витой лестницей.