Мстислав Галицкий после неудачного сражения при Калке уже не мог называться Удалым. Уныние совершенно изменило его нрав: он стал слабым, недоверчивым, позволил Галицким вельможам управлять собой, позволил им даже оклеветать своего доброго, благородного зятя, Даниила Волынского и, поверив их клевете, поссорился с ним. Во время этой ссоры он исполнил обещание, давно данное Венгерскому королю: отдал свою дочь и Галицкий престол его сыну, а себе оставил только небольшую Подольскую область. Великодушный, верный своему слову Мстислав скоро раскаялся в своем поступке: Венгерский королевич отплатил ему неблагодарностью, а добрый Даниил оставался ему верным и во время их ссоры, и тогда, когда уже открылась клевета бояр. Обманутый, унылый Мстислав не смог долго переносить бесславную жизнь и скончался в 1228 году.
Русские воины в шеломах и бумажной шапкеЕго смерть стала новым поводом для ссор. Даниил и Михаил Черниговский спорили с Венгерским королевичем за Галич, который, наконец, после смерти королевича достался Михаилу. Даниил просил великого князя и его брата Ярослава Всеволодовича Киевского помочь ему возвратить наследственную область и, получив их ласковое обещание, надеялся, наконец, быть счастливым государем в своей милой родине, как вдруг все княжества снова встревожились, все люди снова с ужасом услышали страшную весть о врагах, которых почти забыли: наступил 1237 год и с ним бедствие нашего Отечества!
Русский воин XIII векаЧингисхан умер в 1227 году. Он завещал своему сыну и наследнику Октаю закончить после него завоевание всего света и мириться только с побежденными народами! Октай, такой же злой, как и его отец, спешил исполнить это приказание: он сам покорил все страны, находившиеся недалеко от его государства, а своего племянника, Батыя, и с ним 300 000 воинов послал завоевывать северные берега Каспийского моря и другие, соседние с ним, земли. Эти другие земли были Русские.
Батый в 1237 году уже был в Камской Болгарии и разорил столицу Болгар Великий-город. Едва эта весть успела дойти до Русских, как Татары были уже в Рязанской области и послали нашим князьям двух послов и какую-то колдунью, которые объявили, что если Русские хотят остаться живы, то должны стать данниками и рабами Татар и тотчас же прислать к ним десятую часть всего их имущества. Князья удивились такой дерзости и гордо отвечали: «Пока мы живы, ничего не дадим; когда же не будет нас, тогда все возьмите».
После такого благородного ответа князьям следовало бы забыть свои разногласия, думать только о спасении Отечества и всеми соединенными силами ударить на врагов, но они не сделали этого, они бесчеловечно отказывали друг другу в помощи и за это пострадали, пострадали ужасно!
Рязань, напрасно ожидавшая защиты от великого князя Георгия, погибла первая. Несчастные жители защищались пять дней, не сходя с городской стены; на шестой день Татары ворвались в город, убивая без всякого милосердия всех встречавшихся им людей: они не пощадили ни князя, ни супруги, ни его матери! Варвары распинали пленников, связывали им руки, стреляли в них, как в цель для забавы, жгли священников, обращали в пепел дома и монастыри! Одним словом, невозможно описать всех ужасов, происходивших тогда! Небольшое повествование о них есть в стихотворениях Языкова: это рассказ о славной смерти одного из Рязанских бояр, Евпатия Коловрата. Во время бедствия Рязани он был с одним из Рязанских князей в Чернигове. Там он услышал о нашествии Татар и гибели Рязани. Исполненный пламенного желания отомстить бесчеловечным неприятелям, Евпатий с избранной дружиной бросился вслед за Татарами, догнал и разбил их задние полки, так что испуганные Татары думали, не ожили ли Рязанские мертвецы и не они ли гнались за ними. Но эта отчаянная храбрость не принесла никакой пользы русским: Евпатий и горсть его неустрашимых товарищей пали под ударами бесчисленного множества Татар.
Вот стихи Языкова, в которых вы увидите подробный рассказ о знаменитом подвиге Евпатия.
«Ты знаешь ли, витязь, ужасную весть?В Рязанские стены вломились Татары!Там сильные долго сшибались удары,Там долго сражалась с насилием честь;Но все победили Батыева рати[70]:Наш град — пепелище, и князь наш убит!»Евпатию бледный гонец[71], говорит,И страшно бледнея, внимает Евпатий.«О витязь![72] Я видел сей день роковой:Багровое пламя весь град обхватило.Как башня, спрямилось, как буря, завыло;На стогнах[73] смертельный свирепствовал бой,И крик последних молитв и проклятийВ дыму заглушили звенящий булат[74] —Все пало… и небо стерпело сей ад!»Ужасно бледнея, внимает Евпатий.Где-где по широкой долине огоньСверкает во мраке ночного тумана,То грозная рать победителя ханаПокоится, тихи воитель и конь:Лишь изредка, черной тревожимый грезой,Татарин в просонках с собой говорит,Иль, вздрогнув, безмолвный поднимет свой щит,Иль схватит свое боевое железо.Вдруг… что там за топот в ночной тишине?«На битву, на битву!» — взывают Татары.Откуда ж свершитель отчаянной кары?Не все ли погибло в крови и в огне?Отчизна, Отчизна! Под латами[75] честиЕсть сильное чувство, живое, одно…Полмертвого руку подъемлет оноС последним ударом решительной мести.Не синее море кипит и шумит,Почуя внезапный набег урагана:Шумят и волнуются ратники хана;Оружие блещет, труба дребезжит,Толпы за толпами, как тучи густые,Дружину отважных стесняют кругом;Сто копий сражаются с Русским копьем:И пало геройство под силой Батыя.
Дешалыт. Осада Рязани. Диорама.Зимой 1237 года монголо-татарское войско под предводительством Батыя вступило в пределы Рязанского княжества. Тщетно Рязанские князья просили помощи у Черниговского и Владимирского князей: Черниговцы не простили Рязанцам предательства на реке Калке, а Владимирцы просто враждовали с ними. Пять дней защищались собственными силами жители Рязани.
На шестой день Татары ворвались в город. Они убивали всех, не пощадили ни князя, ни матери его. Княгиня Евпраксия, узнав о смерти мужа, бросилась со своего высокого терема на землю.
«Редеет ночного тумана покров,Утихла долина убийства и славы.Кто сей на долине убийства и славыЛежит окруженный телами врагов?Уста[76] уж не кличут бестрепетных братий.Уж кровь запеклася в отверстиях лат,А длань[77] еще держит кровавый булат:Сей падший воитель свободы — Евпатий!»
Татары, разорив Рязань, шли далее к Владимиру. Дорогой Батый сжег Москву, взял в плен сына великого князя, Владимира, умертвил Московского воеводу и почти всех жителей. Тогда-то гордый великий князь, слишком полагавшийся на свои силы, ужаснулся и, поручив столицу двум своим сыновьям, Всеволоду и Мстиславу, удалился в Ярославскую область, на берега реки Сити собирать ополчение против врагов.
2 февраля 1238 года Татары пришли к Владимиру и скоро приготовили все нужные для приступа орудия и лестницы. Князья и бояре увидели свою погибель, но не хотели просить постыдного мира у варваров: они решили умереть со славой. Их супруги были достойны таких героев и думали точно так же. В то время, когда князья отдавали свои последние приказания на городской стене и ободряли бедных жителей, их княгини со своими детьми и всем двором собрались в церкви Богоматери и просили епископа посхимить* их.
Посхимление — это такой обряд, который совершается над принявшими монашество тогда, когда они хотят совсем отказаться от света и даже не говорить ни с кем из людей: это все равно, что заживо умереть. Семейство великого князя и его знаменитые вельможи[78] желали такой смерти: они простились с жизнью, со всеми друзьями, отказались даже от утешения видеть друг друга — потому что лица схимников* бывают завешены покрывалами — и молили Бога только о прощении своих грехов и о спасении Отечества.
7 февраля, после заутрени, Татары начали приступ и скоро ворвались в город. Все падало перед ними, и бедные затворившиеся в церкви схимники не могли спокойно умереть: злые Татары вломились и к ним, ограбили все драгоценности с образов, все богатые княжеские одежды, которые хранились в ризнице[79]. Обычно большую часть людей они убивали, немногих брали в плен, и эти немногие, не покрытые одеждой, умирали по дороге от жестокого мороза.
