Боярин Дмитрий, начальник неустрашимых Киевлян, попал в плен. Батый, несмотря на свою жестокость, уважал истинное мужество и потому полюбил Дмитрия, брал его с собой во все свои новые походы и даже иногда охотно принимал его советы. Бедный Дмитрий был при своем жестоком победителе и тогда, когда из Киева он отправился разорять Галицкое княжество. Здесь-то добрый и храбрый Русский воевода с ужасом смотрел на погибель своего Отечества и успел оказать ему последнюю услугу: он посоветовал Батыю идти скорее в богатую Венгрию, чтобы ее король не успел собрать сильного войска и напасть на самих татар. Батый послушался его, и несчастная Россия отдохнула! Ее бедствия вместе с Татарами перешли в Венгрию, Кроацию[83], Сербию, Дунайскую Болгарию, Молдавию, Валахию. Вся Европа затрепетала, но судьба спасла ее: Батый получил известие, что великий хан Октай умер. Наследником престола был его сын Гаюк, живший всегда в разногласиях с Батыем. Это заставило страшного завоевателя подумать о своих собственных владениях. Привыкнув видеть, что все ему покоряются, он не хотел зависеть от великого хана, и потому решил основать свое собственное владение, которое бы признавало над собой одно его имя, а не власть Гаюка. Для этого он выбрал место около нынешней Астрахани и на берегу реки Ахтубы, в 60 верстах от устья Волги, велел строить город Сарай. Все владение Батыя называлось Золотой, или Капчакской Ордой. Орда же его младших братьев, находившаяся около Аральского моря, называлась Малой.
Русское оружие — рогатины и совняБродя по Астраханским и Донским степям, наблюдая за постройкой своей новой столицы, Сарая, имея под начальством полмиллиона воинов, Батый не заботился о новом великом хане и объявил себя повелителем всех Русских областей, Половецкой земли, Тавриды[84], Кавказских стран и всех земель от устья Дона до реки Дунай. Никто не смел с ним спорить, все государи согласились, все покорились его ужасной воле.
Батый, хвалясь своей славой, гордо звал к себе, как своих подданных, всех князей, им побежденных, и в том числе великого Суздальского князя.
Ярослав II почитал неблагоразумием не повиноваться ужасному врагу и для спокойствия своего народа, для избавления его от новых бед поехал со многими боярами в Золотую Орду. С той минуты, когда Русский государь решился признать над собой власть Батыя, кончилась независимость нашего Отечества, и Русская земля стала покоренной землей, данницей Татар. Это было в 1243 году.
Жестокое унижение ожидало бедного Ярослава в шатре Батыя, который хоть и был ласков к своим подвластным, но принимал их с обрядами, невыносимыми для человека с высокой и благородной душой! Грубый, полудикий Татарский хан сидел на возвышенном месте с одной из жен, которых у него было очень много. На скамейках, ниже Батыя, сидели его другие жены, дети, родня и знатные особы. На столе посреди шатра стоял любимый напиток Татар — кумыс[85] в золотых и серебряных чашах, очень нечистых: у Татар считалось за грех мыть посуду и стирать платья, и они обычно были чрезвычайно неопрятны. Подходя к шатру, надо было пройти мимо двух костров: Татары думали, что огонь очищает злые намерения и даже лишает силы яд, если кто несет его к хану. Прежде чем войти, надо было поклониться на юг тени Чингисхана, потом, войдя в шатер, надо было стать на колени и кланяться до земли. Это должны были делать без различия все цари, князья, вельможи, покоренные Батыем и приходившие к нему. После этого унизительного обряда они становились его совершенными рабами. Князь не мог владеть своими землями без грамоты Батыя, должен был платить ему большую дань, исполнять все его приказания, являться по его первому слову в Орду. Ярослав Всеволодович, думая только о спасении жизни своих немногих оставшихся подданных, решился перенести такое унижение, и мы должны помнить об этой его решимости как о величайшей жертве, какую государь может принести своему народу! Унижение с такой целью выше отчаянной храбрости: умереть можно в одну минуту, но: знаменитому государю отказаться от славы и свободы, жить в рабстве у дикого варвара[86], — это гораздо хуже одной смерти: это: беспрестанная смерть. Если бы великий князь и почти все удельные князья, последовавшие его примеру, не решились тогда на эту великую жертву, злые Татары, наверное, закончили бы истребление всех наших предков и Русское имя давным-давно было бы забыто на земле! Сохраним же в нашей душе уважение к памяти тех князей, которые для спасения жизни своих подданных и для будущего счастья их потомков вынуждены были покориться Батыю! Добрые князья страдали для нас! Чувствуя это, мы должны доказать свою благодарность к ним пламенной любовью к тому Отечеству, которое для них было дороже всего на свете. Они увидят наше усердие к нему и благословят нас на небе так, как мы благословляем их драгоценную память на земле.
М.В. Нестеров. Князь Александр Невский. 1894–1897 гг.Князь Александр Ярославич (1220-1263) — князь новгородский и великий князь владимирский. Это был один из самых замечательных Русских князей: блестящая храбрость сочеталась в нем с осторожностью и здравым расчетом. Первый подвиг, принесший ему славу, был совершен на берегах Невы в 1240 году, когда Александру было всего 20 лет.
Русская Православная Церковь причислила Александра Невского к лику святых.
Семейство великого князя Александра Ярославича Невского: Супруги: Александра Брячиславовна, княжна Полоцкая; Васса.
Сыновья: Василий, Дмитрий, Андрей Городецкий, Даниил Московский.
Святой Александр Невский от 1240 до 1263 года
Когда почти все Русские княжества исчезли под жестокими ударами Татар, когда все их князья, не исключая и неустрашимого Даниила Галицкого, зятя Мстислава Храброго, клялись перед троном Батыя быть его верными подданными, когда счастье, слава и радость, казалось, совсем оставили города и селения наших предков, была еще область, где раздавались песни победы, был еще князь, никогда не преклонявший колен в шатре Татарского хана! Это была Новгородская область, этот князь — Александр Ярославич Невский. Все мои читатели знают и очень любят его. Это тот князь, который почитается Ангелом-Хранителем Петербурга; наконец, это тот князь, святое тело которого почивает в Александро-Невской Лавре.
Александр был сыном великого князя Ярослава II. Необыкновенно умный, храбрый, прекрасный душой и лицом Александр еще в молодые годы стал наследником своего отца в Новгороде, и с того времени его беспрестанные победы над Чудью, Финнами, Литовцами и Ливонскими рыцарями разносили его славу по всем странам. Ливонские рыцари в это время стали еще опаснее для Русских: их орден присоединился к другому, сильному Немецкому ордену рыцарей святой Марии Иерусалимской, которые завоевали почти всю Пруссию и с такой же жестокостью, как Ливонские рыцари, учили христианской вере тамошних жителей — Чудь и Ливонцев. Я уже говорила вам, что эти бедные люди убегали в леса от своих учителей, которые в это время вместо прежних красных крестов нашили на свои белые плащи черные кресты, так, как это было у Немецких рыцарей святой Марии.
Но не так думал молодой князь Александр Ярославич и его храбрые Новгородцы. Не одним Ливонским рыцарям, Чуди и Ливонцам было худо от него; один раз он победил даже Шведов и Норвежцев. За эту победу его назвали Невским, и вам надо узнать о ней получше. К тому же ведь это случилось на берегах нашей родной, прекрасной Невы!
В 1240 году Шведскому королю вздумалось завоевать Ладогу и даже Новгород. Для этого он отправил на реку Неву множество судов со Шведами и Норвежцами под начальством своего зятя, Биргера. Биргер, привыкший к победам, велел гордо сказать князю Новгородскому: «Иди сражаться со мной, если смеешь; я уже в земле твоей!» Александр не испугался, не показал Шведским послам досады, а спокойно отвечал им, что он готов к сражению. Тотчас велел он своему небольшому войску собраться; сам же пошел в Софийскую церковь и там усердно молился Богу, прося Его святой помощи. Усердная молитва имеет чудесную силу над душой христианина: Александр, который не мог в такое короткое время ожидать помощи от своего отца, не мог даже собрать все свое войско, вышел к своей верной дружине и весело сказал ей: «Нас немного, и враг силен, но Бог не в силе, а в правде: идите с вашим князем!» Надежда Александра на небесную помощь перешла и в сердца его воинов. Весело приблизились они к берегам Невы, где стояли Шведы, дружно бросились на многочисленных врагов под личным начальством неустрашимого князя и одержали полную победу. В это время один из Новгородцев, по имени Миша, утопил почти все суда Шведов. У них осталось всего два судна, которые нагрузили телами главных начальников и в темную ночь 15 июля отправили по Неве назад в Швецию. Всех же других зарыли в яму. Эта славная победа, одержанная в то самое время, когда наши бедные предки терпели столько горя и унижения от злых Татар, обрадовала их унылые сердца и дала храброму Александру название Невского.
