остальными товарами – от еды до нейлоновых чулок. Как и бо́льшая часть архитектуры, заправочная станция прошла несколько этапов. Тридцать лет назад это была наводящая уныние хибара. Внезапный рост промышленности послужил толчком к появлению всевозможных нелепых конструкций: мавританских замков, пагод, бревенчатых изб, приземлившихся самолетов. Затем в моду вошли аскетичные прямоугольные коробки, стерильность которых нарушали цветные полосы и знаки, несколько миль неоновых трубок и рекламные плакаты – ровно столько, чтобы замаскировать отсутствие архитектурной ценности. Хуже того, многие ведущие компании следовали одинаковой схеме, и чтобы опознать заправку определенного бренда, нужно было прочитать вывеску или запомнить цвета.
В последние несколько лет здравый смысл возобладал, и мы увидели гонку за оригинальностью и привлечением внимания. Руководители нефтяных компаний знают, что форма, цвет и дизайн – главные факторы, которые заставляют водителя остановиться на их заправочной станции. В результате современные объекты придорожного сервиса – тщательно спроектированные произведения архитектуры, которые не только функциональны, но и притягательны и сделаны со вкусом. Воспроизводимые в огромных количествах, заправочные станции незаметно влияют на архитектуру всей страны.
Наш клиент в этой сфере – компания Cities Service. Сотрудничая с их маркетинговыми, архитектурными и инженерными отделами, мы разработали типовые, похожие друг на друга заправочные станции, легко узнаваемые водителями. Нашей задачей было интегрировать в дизайн великое множество неосязаемых и материальных ценностей. В конце концов, значительная часть того, что предлагает компания, не продается в упаковке. Чтобы достичь результата, двое сотрудников нашего бюро надели униформу и пошли работать на заправочную станцию, чтобы из первых рук получить информацию о реакциях клиентов и на собственном непростом и грязном опыте разобраться, какие удобства можно добавить, чтобы усовершенствовать предлагаемые услуги. Внимание уделялось не только архитектуре, но и всему оборудованию станции: бензовозам, канистрам с маслом, знакам, доступности шлангов с подачей воды и воздуха. Чтобы получить полное представление перед тем, как приступить к разработке дизайна, мы посетили нефтяные скважины компании, нефтепроводы, танкеры для транспортировки, крекинг-установки, резервуары хранения и лаборатории. Мы выяснили, что каждый сотрудник, от руководителя в роскошно отделанном офисе до бригадира у устья скважины, стремится создать продукт исключительного качества.
Почти все вопросы, связанные с топливом, обслуживанием и эксплуатацией автомобилей, решены, но то, что касается дизайна машин и водоворота движения, от которого страдают большие города, – нет. Тем не менее есть надежда, что благодаря здравому смыслу, планированию и терпению порядок однажды возобладает над хаосом.
глава 10. Дизайн в неожиданных местах
Мы работали над товарными вагонами, упаковочной машиной для леденцов, автомобильной покрышкой, линотипом, журнальной версткой, овоскопом, интерьером Перисферы для Всемирной выставки в Нью-Йорке, мухобойкой, рыбопромысловым эхолотом, машиной для пришивания пуговиц к мужским пальто, женским писсуаром, счетчиком Гейгера, машинкой для скручивания сигарет, дизельными моторами, дверью сейфа и термостатом в хлеву, чтобы куры и коровы были довольны.
Может показаться, что все это выходит далеко за границы обычного поля деятельности, где пасутся промышленные дизайнеры; на самом деле это еще одно свидетельство того, что наша профессия развивается и что хороший дизайн, будь то устройство какого-либо механизма или оформление печатного издания, говорит о целостности продукта и является – возможно, нематериальным – знаком качества. Если снаружи трактор выглядит добротным, логично предположить, что его внутренний механизм также надежен. Один посредник, глядя как-то раз на новый трактор, сказал мне: «Если он работает так же хорошо, как выглядит, я его покупаю».
Естественно, у некоторых возникнет вопрос: какая разница, хороший ли дизайн у комбайна фирмы John Deere? Зачем изощряться, проектируя тяжеловес, предназначенный для тяжелой грязной работы? Сказать такое – значит признаться в слабой осведомленности о том, что происходит, в этом случае – на ферме.
Сейчас осталось немного таких фермеров и фермерш, которых мы знали раньше. Чаще всего современный фермер окончил сельскохозяйственное училище. Он больше не засевает поля по лунному календарю. Он в каком-то роде инженер и знает все о тракторах, кукурузоуборочных машинах, хлопкособирателях, комбайнах, корморезках, воздуходувках, пресс-подборщиках, выравнивателях и разбрасывателях навоза. В наши дни он может даже управлять собственным самолетом или вертолетом, чтобы опылять посевы, совершать деловые поездки или просто кататься ради удовольствия. Он приобрел наиболее подходящие для его нужд орудия и знает, как их правильно эксплуатировать. Если у него большая ферма, скорее всего, на ней есть хорошо оборудованная ремонтная мастерская, чтобы поддерживать эти орудия в рабочем состоянии. Поломка оборудования во время сбора урожая – настоящая трагедия. Хорошему фермеру больше интересен мотор трактора, чем урчание двигателя «кадиллака».
У жены фермера тоже есть много приспособлений, облегчающих жизнь. Она больше не проводит будни за закручиванием банок – она делает запасы продуктов глубокой заморозки на год. У нее вдоволь горячей воды, ведь теперь не нужно добывать ее с помощью капризной ветряной мельницы и затем нагревать на плите. У нее есть такие же автоматические моющие и чистящие приборы, как и в домах ее городских сестер, а также, скорее всего, своя машина. Место доярок заняли доильные аппараты.
Фермерская техника продвинулась далеко вперед по сравнению с давними временами, когда в ходу был универсальный трактор со множеством громоздких навесок. Все больше этих навесок интегрируется в конструкцию трактора: их можно поднимать, опускать и контролировать с помощью гидравлической системы. Сегодня продажи тракторов напрямую зависят от того, насколько хорошо в них встроено оборудование, выполняющее непосредственную фермерскую работу. Неуклюжее, изготовленное вручную оборудование с легко узнаваемым почерком кузнеца постепенно выходит из моды, уступая дорогу высокоточной технике, по внешнему виду которой сразу понятно, что ее изготовили на современном заводе.
Одним из первых признаков того, что общественность начала избирательно подходить к покупке тяжелой техники, стали изменения в торговле сельскохозяйственным инвентарем, которые за последние несколько лет распространились и на другие сферы. Некоторые из наших основных клиентов сегодня производят токарно-револьверные станки, высоковольтные вводы, упаковочные аппараты, автопогрузчики, буровое оборудование для нефтяных скважин и преобразователи крутящего момента.
Работая в сфере, о которой мы даже никогда и не мечтали, мы смогли продемонстрировать производителям тяжелого оборудования, что хорошо продуманный продукт, вне зависимости от того, что он собой представляет, будет продаваться лучше, чем непродуманный. Они получили не просто более симпатичный станок или упаковочный аппарат, а устройство, которым операторы гордятся и которое, следовательно, поддерживают в отличном состоянии.
Мы работали над турбинным насосом для глубоких скважин производства компании Byron Jackson. Вместе с их инженерами нам удалось перенести небольшой, но очень важный масляный резервуар, располагавшийся снаружи корпуса двигателя, во внутреннюю часть станины, чтобы он более эффективно смазывал подшипник. Это изменение придало насосу вид, который стал ассоциироваться с современным комбинированным оборудованием. Кстати говоря, крышечка масляного резервуара стала также заводской табличкой, что позволило снизить стоимость производства.
Другой пример необычного дизайна – наша работа над эффектной выставкой для компании National Supply Company, производителя оборудования для нефтедобывающей промышленности, с чьими инженерами мы создали внешний облик многих продуктов. За несколько месяцев до гигантской нефтяной выставки в Талсе руководство National Supply пригласило меня обсудить оформление их выставочного пространства.
После совещания длиною в день с тридцатью руководителями National Supply у меня зародилась идея поставить в центре всем знакомую буровую вышку и окружить ее стеклянным зданием в форме пончика, которое будет словно парить в десяти футах над землей. В комфортабельно обставленном помещении можно будет отдохнуть после долгих прогулок. Продукты National Supply будут выставляться на первом этаже, а подъемный крюк и буровой инструмент, управляемые ротором, будут подвешены на вышке. Попасть в эту необычную комнату можно будет, поднявшись по эффектному пандусу. Если вкратце, мы хотели сделать все наоборот. Покупатель, находясь в кондиционируемой витрине, будет рассматривать товар, выставленный снаружи.
Много лет назад компания по производству автомобильных шин Goodyear обратилась к нам с вопросом, можем ли мы улучшить внешний вид их покрышек. Они хотели получить узнаваемый продукт, который при этом гармонировал бы с дизайном любого автомобиля.
Через несколько месяцев мы представили полноразмерный гипсовый макет нашего дизайна директорам компании, и они его приняли. В тот день исполнительный директор
