Выйдя оказалась прямо в холодильной камере - мрачном помещении, увешанном мясными тушами.
Зябко поведя плечами, пробежала через него до какой-то двери, и тут внезапно что-то заскрежетало, и туши зашевелились. От испуга Маша остановилась, как вкопанная. Туши, словно в каком-то дурацком хороводе медленно двигались по кругу. Приглядевшись, Маша поняла, что крюки, на которых они весят, укреплены на огромной цепи по типу велосипедной, удерживаемой шестернями. Она увидела дыру в потолке, в которую одна за другой исчезло две туши, и поняла, что перед ней просто-напросто транспортер - механическая система доставки мяса из холодильника на кухню.
Все стало ясно, но ужас не отступал - слишком эта картина напоминала что-то читанное ею о фашистских концлагерях... Но она заставила себя ступить еще шаг, толкнула дверь. И оказалась в очень узком и коротком коридорчике с четырьмя дверьми вдоль одной стены. На одной из них была табличка "Склад", на другой - "Вентиляторная", а из-за третьей - с надписью "Колбасный цех" - раздавался звук человеческой речи.
Тут только до маши дошло, что случись ей сейчас встретиться с Шахиней, та будет видеть ее новую шубку. Пришлось немедленно сбросить шубку на пол, туда же она бросила и сумку. Тут же с потолка ей за шиворот упала холодная капля воды. Вздрогнув и передернув плечами, Маша приоткрыла дверь.
Да. Это то, что она искала. За огромны металлическим разделочным столом, уставленным едой и бутылками, сидели трое: Лиза Деева, Копченый (а по сведениям Бермана, он был арестован! Сбежал?) и какой-то незнакомый Маше тип. А еще один незнакомец, стоя возле стены, держал в руках металлический прут и газовую лампу, такую, какой опаливают свиные туши.
О назначении этих предметов нетрудно было догадаться: к вбитым в стену крюкам были привязаны отнюдь не только окорока и колбасы, к ним же за ноги и за руки были привязаны буквально распятые Гога и Соня.
Чтобы не вскрикнуть, Маша зажала себе рот ладонью. Гогу она узнала с трудом, скорее даже догадалась, что это он: лицо его превратилось в сплошной синяк.
Как раз, когда Маша разглядела всю эту картину, палач прижал раскаленный прут к его ляжке. Гога только слабо застонал. Он был без сознания. Через щель Маше в ноздри пахнуло горьким запахом горелого мяса.
- Ладно, брось! - махнула рукой Шахиня. - Этот уже готов. Принимайся за девчонку.
- Я ничего не знаю! - вскрикнула Соня. - Ни про какие деньги она мне ничего не говорила!
- Столько времени вы были вместе, и она тебе ничего не рассказала? Это так не похоже на нашу милую Марусю, - усмехнулась Шахиня. - Тогда скажи хотя бы, где она.
- Я не знаю! Когда я уехала из Москвы, она осталась там.
- Эту сказочку мы уже слышали. Но не поверили ей. Мои люди побывали в том номере России, который ты мне назвала, но там, милая моя, живут совсем другие люди, и никакой Маши они знать не знают. Так что, сдается мне, что все-то ты врешь. И это потому, что ты просто представить себе не можешь, как сейчас тебе будет больно! Давай, - кивнула она палачу. - Не пожалела нашего общего друга, уж себя-то пожалеет.
Маша еще не знала, что будет делать дальше, но она должна была предотвратить прикосновение раскаленного металла к телу Сони.
- Стойте! - крикнула она и широко распахнула дверь. - Я здесь!
Все четверо бандитов уставились в ее сторону.
- Что видишь? - дрогнувшим голосом спросила Шахиня незнакомца за столом.
- Она, - ответил тот. - Такая же. - Кивнул в сторону Сони. Но, получив гипнотический удар, тут же добавил: - Уже исчезла.
- Не смотри на нее! - взвизгнула Шахиня, обращаясь к палачу. Тот моментально опустил глаза, а Маша злорадно подумала: "Что, интересно, он выгадал, если все равно на меня смотреть не будет?"
Но это была последняя ее мысль, потому что еще через мгновение она получила мощный тупой удар по голове. Переживая за Гогу и Соню, она потеряла бдительность и не заметила, как кто-то подкрался сзади.
Свет померк.
Очнулась Маша уже привязанной к крючьям рядом с Соней. Очнулась от того, что на нее плеснули холодной водой. Голова раскалывалась нещадно. В комнате прибавился еще один человек - тот самый алкаш в синем халате, который открыл ей служебный вход. "Он же не видит меня, как он смог меня ударить?" - подумала Маша, но тут же сообразила: шубку-то она сняла...
- Глаза открыла, - объявил губастый палач. Сейчас он держал в руках ведро. Единственному из бандитов - ему - Маша еще не успела дать установку.
- Отлично! - отозвалась Шахиня. - Ну что, Маруся, вот мы и встретились. При чем на этот раз мне повезло больше, чем тебе.
- Отпусти их, - кивнув в сторону Гоги и Сони, произнесла Маша тихо, но все равно каждое слово слово болью отдавалось в висках.
- Чтобы они ментов привели? Или выручать тебя взялись? Не-ет, отсюда они уйдут только вместе с нами, и только после того, как ты расколешься. А ты расколешься! Как миленькая. Сначала мы будем мучить твою подружку, пока не сдохнет, а потом уж за тебя возьмемся.
- Что тебе нужно? - выдохнула Маша.
- Бабки, бабки, что же еще? Деньги, которые ты у меня украла, ответила Шахиня и хрипло засмеялась. - Не Атосика же твоего!
- Деньги я оставила дома, в аэропорту, в ячейке камеры хранения.
- Номер шифра?
Маша назвала номер.
- Запиши, - скомандовала Шахиня Копченому, тот отошел к столу и вернулся с огрызком карандаша и клочком бумаги. А Маша продолжила:
- Но я по телефону попросила свою подругу их забрать. Ни пытать, ни мучить ее не надо, нужно только сказать ей, что я велела их вам отдать, и она отдаст.
О том, что она просила Алку сдать деньги в милицию, Маша сказать побоялась.
- Адрес и телефон подружки.
Маша продиктовала.
- Ничего мы ей говорить не будем, ты сама все скажешь, - усмехнулась Шахиня, - а мы послушаем. - И, открыв сумочку, достала трубку сотового телефона.
- Когда я ей звонила, за мной менты следили. Если они телефон прослушивали, то Алка там уже ничего не нашла.
- Ясно, - покачала головой Шахиня. - В общем-то, похоже на правду. Ведь денег тебе не жалко, они тебе легко даются. Но если это так, ты очень горько об этом пожалеешь...
Набрав восьмерку, спросила:
- Код города?
Маша назвала. Шахиня набрала номер и передала трубку Копченому:
- Набери номер, когда ответят, подставь ей к уху.
- Я ж не вижу ее.
- Ощупью, - ухмыльнулась Шахиня.
Копченый, глядя в бумажку, нажал нужные кнопки.
- Не отвечают. Нету никого.
- Держи дольше, - подсказала Маша. - У нас сейчас ночь.
И действительно, еще минуты через две Копченый, торопливо нащупав левой рукой ее лицо, правой подставил трубку ей к уху.
- Алло, алло! - услышала она мужской голос. - Слушаю вас!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
