Читаем без скачивания Воздушная мощь - Ли Эшер

Трудно понять, почему в период между двумя мировыми войнами в большинстве воздушных флотов разведывательной авиации стали отводить второстепенную роль и почему, несмотря на опыт второй мировой войны, в этом вопросе не произошло никаких изменений. В течение первых двух лет первой мировой войны самолеты и дирижабли использовались в основном для наблюдения. Их основная задача заключалась в том, чтобы быть глазами армии и морского флота: обнаруживать пушки и передвижение войск на суше и корабли противника на море. Естественно, что с появлением новых методов бомбометания и ведения воздушных боев вопросам ведения воздушной разведки стали уделять соответственно меньшее внимание. Но каждый этап второй мировой войны все больше убеждает нас в том, что хорошее или плохое патрулирование в воздухе или разведка должны быть основным фактором воздушной, наземной и морской обстановки.

Наиболее яркий пример развития и деятельности разведывательной авиации показали военно-воздушные силы Германии. В 1939 году, в самом начале второй мировой войны, 20 процентов от общего количества, примерно 3750 боевых самолетов, являлись разведывательными самолетами дальнего и ближнего действий, гидросамолетами и летающими лодками, предназначенными для ведения воздушной разведки и патрулирования. Такой большой процент разведывательных самолетов сохранялся примерно до 1943 года, когда в больших масштабах началось развертывание истребительной авиации. Во всей истории военной авиации никакая другая страна не выделяла столь большой доли своих авиационных ресурсов для выполнения задач воздушной разведки, наблюдения и патрулирования. В течение первых девяти или десяти месяцев войны немецкая разведывательная авиация успешно выполнила свои задачи по добыванию сведений, необходимых для эффективного и экономичного использования немецкой воздушной мощи. Гидросамолеты береговой охраны успешно выполняли задачи по наблюдению за побережьями Скандинавии и Балтийского моря. Над Северным морем и Западной Европой ежедневно проводилась метеорологическая и общая разведка; эти задачи выполнялись квалифицированными экипажами двухмоторных бомбардировщиков "Хейнкель", приданных каждому основному авиационному соединению. Во время кампании в Норвегии при выполнении этих задач им оказывали помощь четырехмоторные летающие лодки дальнего действия и самолеты Фокке-Вульф-200. Самолеты "Хеншель" выполняли важные задачи по тактической разведке в интересах сухопутных войск, действовавших в Польше, скандинавских странах, Франции и Фландрии. Они быстро сообщали точные сведения о передвижениях войск противника, благодаря чему можно было быстро применять пикирующие бомбардировщики по наиболее выгодным целям. Почти каждая танковая дивизия немцев располагала эскадрильей тактических разведывательных самолетов "Хеншель", выполнявшей задачи по обнаружению танков, а также звеном самолетов "Физелер", обеспечивавшим связь взаимодействия в районах боевых действий. В составе каждой части средних или пикирующих бомбардировщиков имелось хорошо подготовленное звено разведывательных самолетов, которое выполняло специальные задачи по наблюдению и ведению аэрофоторазведки в интересах своей части. Никогда раньше в истории авиации военно-воздушные силы не имели такой первоклассной воздушной разведки, которая была бы в состоянии обеспечить использование минимального количества бомбардировщиков с максимальной эффективностью.

Но к лету 1940 года даже этого количества немецких разведывательных частей оказалось недостаточно. В битве за Англию и во время боевых действий в Атлантике разведывательная авиация немцев прошла первые суровые испытания и обнаружила первые признаки, указывающие на слабость военно-воздушных сил Германии в отношении воздушной разведки. Во время битвы за Англию вскоре выяснилось, что 300 самолетов "Хеншель", имевших небольшую скорость, должны представлять хорошую цель для истребителей "Спитфайр" и "Харрикейн", вооруженных восемью пулеметами и превосходящих их в скорости почти на 160 км/час, так что эти машины необходимо было исключить из активных действий, хотя отчасти они использовались для патрулирования в районе побережья Бискайского залива. Оставшиеся разведывательные самолеты дальнего действия "Дорнье", "Хейнкель" и "Юнкерс" также оказались уязвимыми для истребителей "Харрикейн" и "Спитфайр", когда они попытались выполнять задачи по ведению разведки над сушей. В результате немцам не удалось провести разведку многих аэродромов и заводов, которые являлись важными объектами для бомбардировочной авиации Геринга. Немецкой разведывательной авиации не удалось получить достоверных сведений о результатах своих налетов на аэродромы, радиолокационные установки и заводы. Во время битвы за Англию разведывательная морская авиация немцев также начала испытывать трудности на новом Атлантическом театре военных действий. Во время действий по кораблям, главным образом в Северном море или в портах на восточном побережье Англии, разведывательная авиация немцев выполняла задачи по метеоразведке, аэрофоторазведке и наблюдению. Когда боевые действия авиации распространились дальше на Запад и на район Бискайского залива, разведывательная авиация немцев оказалась не на высоте своих задач. С конца 1940 года она стала все больше и больше играть второстепенную роль, и ее действия стали менее эффективными. На Средиземноморском театре военных действий дальняя разведка в интересах военно-воздушных сил Германии часто выполнялась авиацией Италии. Положение немецкой разведывательной авиации продолжало ухудшаться на всех трех основных фронтах, потому что немцы знали, что они располагают средствами лишь для выполнения самых минимальных задач. На Западе за период с января 1941 по сентябрь 1944 года немцы не могли провести ни одного самолетовылета по аэрофотосъемке Лондона. В решающий период перед вторжением союзников во Францию можно было получить массу сведений о планах вторжения путем воздушной разведки портов южного побережья Англии, но английские патрульные истребители отгоняли большинство немецких разведывательных самолетов, и полученные ими аэроснимки были плохого качества и давали очень мало сведений. На Востоке положение было еще хуже, так как после 1943 года части разведывательной авиации часто привлекались к выполнению бомбардировочных задач. Конечно, немецкие войска, действовавшие против Советской Армии, получали мало сведений от воздушной разведки, позволявших судить о направлении и силе ударов советских войск с конца 1942 года. В то время авиационное обеспечение зоны Суэцкого канала и центрального района Средиземного моря со стороны немцев и итальянцев также было недостаточным. Положение немецкой разведывательной авиации ухудшилось в то время, когда было особенно необходимо усилить разведывательную деятельность ВВС Германии. Когда противник слаб, передвижения его войск не играют большой роли; но когда он силен — значение воздушной разведки возрастает.

Вопросы воздушной разведки еще не нашли должного отражения в современных доктринах о воздушной стратегии и воздушной мощи. Хорошо организованная воздушная разведка (или информация) является "первой линией" противовоздушной обороны и первым важным условием для успешных действий авиации. Если в качестве средств нападения используются управляемые снаряды и бомбардировщики, то в первую очередь необходимо знать, где находится противник, каковы его средства и численность. Чтобы обеспечить защиту кораблей от нападения подводных лодок, необходимо своевременно их обнаружить. Чтобы оценить результаты бомбардировок во время войны, необходимо располагать новейшими сведениями о причиненных разрушениях, рассредоточении промышленности, восстановительных работах и строительстве новых заводов. Воздушная разведка может полностью изменить исход боевых действий сухопутных войск. Наступление немцев в Арденнах зимой 1944/45 года началось в период туманов, вследствие чего воздушная разведка союзников не проводилась. Едва ли на всем Тихоокеанском театре военных действий — от Пёрл-Харбора до о. Окинава — проводились морские бои, в которых воздушная разведка не играла бы важной роли.

И все же значение воздушной разведки всегда недооценивается. Во время войны нельзя экономно распределить силы и средства и максимально использовать их без знания обстановки. То, что писал Клаузевиц о войне сто лет назад, еще и теперь изучается и не утратило своей силы: "Многие донесения, получаемые на войне, противоречат одно другому; ложных донесений еще больше, а основная их масса мало достоверна"[32]. Неспециалисту трудно понять, что имеющиеся в распоряжении верховного командования сведения, которые служат основой при принятии решений, часто являются недостаточными и неполноценными. Командующие войсками могут месяцами руководить боевыми действиями, совершенно не имея сведений о том, сколько выпускает противник самолетов, кораблей, танков или подводных лодок. Правда, существует много источников получения разведывательных сведений: военнопленные, захваченные у противника документы, агенты и радиоперехват. Но как узнать, какими сведениями обладает тот или иной военнопленный? Как можно определить заранее, какие радиограммы могут быть расшифрованы и какие сведения они содержат, не всегда представляется возможным захватить документы противника, содержащие важные сведения. Редко можно положиться на то, что агентура доставит необходимые разведывательные данные в том виде, как это требуется. Единственным источником получения достоверных и новейших сведений военного характера является аэрофоторазведка. Действия воздушной разведки можно планировать и контролировать. Почти всегда самолеты, выполняющие задания по воздушной разведке, привозят снимки, которые дают ценнейшие сведения, так как известны объекты, время и дата фотографирования. Даже визуальная разведка, несмотря на то, что на ее результаты влияют ошибки, присущие людям, дает возможность быстро получать сведения, которые могут удовлетворять оперативным требованиям. Более того, знать точно время и место получения разведывательных сведений — это уже наполовину быть уверенным в их достоверности.