у нас есть специально обученные люди. Но вот кого у нас нет, так это тех, кто может спасти потерявшую над собой контроль цесаревну. Ну, а ещё заодно спасти древнюю Персию, в которой сейчас чёрти что творится. Прямо сейчас в Персидский залив подтягиваются все, кому не лень. Там уже половина Европы, Китай, Индира. Предполагаю, ты понимаешь, с какой целью. Захватить или уничтожить цесаревну Российскую — об этом мечтает любое государство. Нам нужно, чтобы ты добрался туда как можно быстрее. Мы готовы предоставить тебе самые современные разработки, транспортные средства. Плюс обеспечить конвой, ведь лететь придётся по прямой над враждебными государствами.
— Не надо мне никакого конвоя, сам разберусь!
— Слушай, Александр, я серьёзно. Твой дирижабль — подарок северян, хоть и абсолютно уникальная штука, но у врага есть время, чтобы адекватно отреагировать и сбить тебя в процессе.
— А кто вам сказал, что я полечу на дирижабле?
— А-а-а… — оторопел Болконский. — А как ты собираешься это делать?
— Секреты Рода, Семён Семёнович. Скидывайте координаты, я займусь.
Я положил трубку и почесал голову. Ну вот, только хотел расслабиться. Да и в тюрьму хотел заскочить, посмотреть, как там спящая «ни-хрена-не-принцесса» Арина поживает. А заодно расспросить еще раз сидящего внутри нее демона. Появилось у меня предположение, что моей связи с Кодексом могут помешать сторонние силы. А какие сторонние силы заинтересованы в «отключении меня от сети»? Конечно же, демонята или Неназываемый. Неназываемый вообще сейчас должен охреневать. У него осталось всего два Эмиссара — Океания и Америка, причём, за Америкой уже выехали.
Ну, это я так предполагаю, потому что связь с группой Паладинов была потеряна, но из достоверных источников было известно, что первая жена Короны погибла при невыясненных обстоятельствах. А ещё, что неизвестные захватили патрульный корабль Короната. Тут как бы два плюс два сложить несложно. Учитывая, каких зверей я сотворил, вряд ли они могли просто взять и утонуть. Или могли?
Блынькнул телефон, я посмотрел координаты и краткое описание моей предстоящей миссии. Дело было плохо, несколько кадров с камер наблюдения показывало, что там творилось. Прямо сейчас, я уверен, в хрупкую оболочку этого мира рвётся одна, а может и не одна могущественная сущность, потому что для неё вот-вот созреет последователь. Охрененно сильный последователь в перспективе, готовый стать аватаром Бога. А у цесаревны и так мерзкий и непредсказуемый характер. Если я допущу, что в неё вселится какой-нибудь Бог, это будет вообще зашквар. С этим миром творится что-то невероятное. Подозреваю, что уже в ближайшее время его вынужденная изоляция прорвётся. Причём придут сюда не добрые братья Охотники, до которых я не могу достучаться, а что-то чрезвычайно мерзкое и неполезное для всего ныне существующего человечества.
Понять бы ещё, чем этот Мир такой особенный, что его принудительно поместили в какую-то странную изоляцию. Потому что выборочно, как горсть чёрного перца, сюда накидали всяких нелицеприятных сущностей, в том числе, и меня. Ну, и наличие тёмной сучки как бы намекало, что всё не очень просто. Она никогда не пропустит подобное веселье, и похоже, наиболее близка к тому, чтобы зайти в этот мир. Хотя конкретно ей аватар не нужен, слишком уж любит себя и своё тело. А вот те, кому аватар нужен… Ну, даже не хочется об этом думать.
Я взял телефон и набрал номер.
— Призрак, привет! Вы как с Баньши? Отдохнули уже? Извини, что после Драконов я сразу дёрнул вас в Арктику.
— Да всё в порядке, Саша, — ответил спокойный голос «бесплотника». — Ты же знаешь, что мы любим отдыхать. Заодно дочку прокачали, за что тебе огромное спасибо. Вот её теперь из Арктики хрен вытащишь.
Я улыбнулся. Ну да, конечно же, Сойка со своим Царь-мишкой напросилась в группу к Астахову. И теперь они всей гурьбой бегали по Арктике, добивая Серых в поисках оставшихся порталов. Собственно, это тоже были мои дела. Я рассчитывал, что как только порталы обнаружат, мне придётся туда лететь и закрывать их лично. Ну, это кроме моих текущих дел в имении. Но всё у меня, как всегда. Только налаживается жизнь, как появляется Императрица, и с криками «Родина в опасности!» втягивает меня в какую-то очередную авантюру.
— Вы мне нужны оба! Скажи Баньши, что мы собираемся в гости к твоему тестю. Так что я бы на вашем месте озаботился гостинцами. Да, и летнее обмундирование захватите, там всё-таки жарко.
— Ненавижу жару, — буркнул Призрак.
— Ну, что делать, друг мой. Я тоже.
— Ладно я всё понял. Скоро будем!
Он положил трубку.
А я встал из-за стола, неторопливо подошёл к окну, и посмотрел на только-только пробивающуюся весеннюю травку. Собственно, после Арктики неплохо будет немного погреть свои косточки. Сзади что-то хрюкнуло, и холодный нос ткнулся мне в ногу. Я повернулся. Поручик Затупок Пупсикович, собственной персоной, обиженно смотрел на меня. Ну да, в Арктику я его не взял.
— Слушай, мохнатый тупица, — ласково начал я, — меня тут все окрестные аристократы заколебали вопросом: как так получилось, что Галактионовы выбрали в качестве тотемного зверя животное из Африки? Мол, у нас есть своя скрепная росомаха. Ты откуда, вообще, взялся такой нарядный?
Затупок внимательно посмотрел на меня, и даже приоткрыл немного пасть, как будто собираясь что-то сказать. Я присел на корточки, ожидая долгожданный момент первого контакта. Но он передумал и просто облизнул мой нос шершавым языком.
Я тяжело вздохнул.
— Как с тобой сложно. Ладно, собирайся, мы летим почти что на твою родину. Не в самую Африку, но рядышком. Яблок там нет, поэтому бери их с собой.
Конечно же, эта придуривающаяся скотина всё прекрасно поняла. По глазам я видел, как он повеселел и бодро побежал куда-то вниз. Не удивлюсь, если пошел клянчить у Ани яблоки, чтобы взять с собой.
Я спустился вниз, где тут же был перехвачен Анной.
— Куда собрался? — сурово спросила она.
Я оторопел, и у меня даже рот открылся от удивления.
— А ты откуда знаешь, я же ещё и слова тебе не сказал.
— Да по тебе всё видно: по глазам, по твоим движениям. Ты же мой муж, в конце-концов, — нахмурилась Аня. — Так что, куда собрался или будешь отпираться?
— Цесаревну спасать.
— Ольгу? — нахмурилась Аня.
— А ты знаешь каких-то других цесаревн, ради которых я променял бы запечённого гуся от Семёновны на их сомнительное спасение?
— То есть,
