Она нашла в себе силы не удивляться и не показала виду, что благодарна ему за такую ценную информацию: теперь она знала фамилию своего заказчика, «рябого», «человека со шрамом». «Ядов – вот это фамилия. Коротко, ясно и очень ядовито».
– Он сообщил мне, что мой старый знакомый, Бедрицкий, болен и хочет меня видеть, – произнесла она своим обычным тоном.
– И все?
– Нет. Он хочет, чтобы я поприсутствовала на поминках его жены.
– Кого, Ядова?
– Нет, Бедрицкого.
– Но ведь прошло столько времени… – Игорь недоуменно пожал плечами.
– Ничего не могу тебе сказать… А ты, кстати, когда собираешься возвращаться в город?
– Утром. Ты не поедешь со мной?
Она взглянула ему прямо в глаза и поняла, что он действительно боится за нее, что он все бросил и приехал не к ней, а за ней. Он хочет увезти ее домой и спрятать там ото всех и вся. Приберечь в целости и сохранности, как свою собственность. Для себя. Он собственник, как и все мужчины.
– Я собираюсь здесь побыть еще два дня и вернусь. Не беспокойся за меня, пожалуйста.
Она могла бы сказать ему о том, что у нее с собой пистолет, но реакция этого «блюстителя закона» непредсказуема: у нее не было права на хранение и использование оружия. Она покупала его с рук вместе с набором пуль. Поэтому она снова промолчала. А что бы он сказал, если бы узнал, что у нее в сумке находятся четыре тысячи долларов, полученных ею от Ядова, за которым Логинов и его люди установили слежку?…
– А зачем вы следите за Ядовым? Он что-нибудь натворил?
– Он, по описаниям, похож на того «монстра», который заказывал туристические бланки на цветном ксероксе. Это Сапрыкин, умница, заметил, что Ядов носит маску. Наверняка кто-нибудь привез из-за границы.
– А как он выглядит на самом деле? – как можно спокойнее спросила Наталия, понимая, что это описание может ей сильно помочь в ее деле.
Но Логинов молчал. Он как-то вдруг погрустнел и сидел теперь с отсутствующим видом, продолжая очищать уже шестой по счету апельсин.
Наталия на миг почувствовала себя просто преступницей, авантюристкой, которая предала своего друга и любовника из-за денег. Но угрызения совести помучили ее одно мгновение, не больше. Испытав на собственной шкуре, что значит жить на скудную зарплату учительницы музыки, она не могла вот так запросто отречься от своих принципов. Она станет богатой и поедет в длительное путешествие по земному шару. Хотя бы побывает на всех материках. Жизнь всего одна, и она не собирается прозябать в этой глуши всю жизнь. А Логинов… Она будет ждать, пока он не созреет. Он мужчина, он должен уметь зарабатывать деньги. Прокурор – это почетно и сложно, ответственно и вместе с тем рискованно. Но это жесткий оклад, на который не прокормить семью. В этом она была уверена твердо. «Если не он, то хотя бы я заработаю столько, чтобы хватило нам обоим до конца жизни…»
Она улыбнулась своим мыслям и ласково потрепала Игоря по волосам.
– Поцелуй меня, – попросила она, поймав его настороженный взгляд. Взгляд мужчины, который боится, что его бросит женщина. И именно в этом была ее сила.
Игорь даже не остался на завтрак. Они простились с ощущением, что так и не успели сказать друг другу что-то очень важное.
Проводив его до ворот лагеря и посмотрев вслед удаляющейся на огромной скорости черной «Волге», Наталия, вздохнув, вернулась в домик и, достав блокнот, составила план действий на день:
1. Домик Майи. Узнать номер.
2. Белобрысый, домик номер 12.
3. «Изящный» – домик для гостей, в лесу, узнать номер.
4. Вернуться в город и хорошенько порасспросить Сару.
На завтрак подавали перетомленную пшенную кашу, хлеб с маслом и сыром и кофе. Дома Наталия бы ни за что не сварила себе кашу, но здесь, на природе, она оказалась весьма кстати.
Номер домика, где останавливалась Майя, как и номер домика для гостей, ей помог узнать все тот же лодочник. И вот уже спустя полчаса Наталия, пользуясь тем, что домик Майи, стоявший почти на самом берегу, оставался пустым (по словам лодочника, этот домик считался одним из самых дорогих, поскольку в нем была мягкая мебель, холодильник и телевизор), без труда проникла в него через окно, которое открыла при помощи перочинного ножа. Она выбрала момент, когда отдыхающие после завтрака расползлись кто в сауну, кто в бильярдную, а некоторые залегли в шезлонгах на деревянной террасе возле павильона, торгующего чипсами и пивом, и поэтому была почти уверена, что ее никто не увидит.
С реки дул ветер, и, судя по всему, приближался дождь.
Спрыгнув с узкого подоконника на пол, сбитый из деревянных плит, Наталия оглянулась и поняла, что Майя действительно жила в более благоустроенном жилье, нежели она. Достаточно широкие кровати на упругих матрацах, обшитых шелком, овальное большое зеркало на стене, бар, прозрачный карточный столик, телевизор…
Лодочник сказал, что после Майи здесь еще никто не жил. Стало быть, лежащий на столике порнографический журнал со звучным названием «Нимфа», который открыто рекламировался по первому каналу ОРТ и расходился по России огромными тиражами, принадлежал тоже Майе? Об этом журнале много спорили, поскольку вопрос о шокирующей население рекламе этого откровенного журнала с фотографиями обнаженных девушек в непристойных позах возникал в прессе практически ежедневно. Но издание считалось таллинским, реклама щедро оплачивалась и журнал шел нарасхват. Прекрасная финская полиграфия, дизайн – все было выполнено на высочайшем уровне. Выпады в прессе лишь привлекали внимание к «Нимфе» и были выгодны издателям журнала. А то, что само название «Нимфа» являлось однокоренным к слову «нимфетка», о которых в принципе и шла речь в журнале, очень скоро стало ясно всем. «Нимфетка Оксана любит принимать душ по утрам в обществе своего любимого пуделя Кая…» «Нимфетка Машенька любит только шерстяных мужчин…» Наталия захлопнула журнал, свернула его в трубочку и сунула в карман куртки. «А что, если Майя была „розовой“ девушкой? И от этого у нее возникли проблемы с Шаталовым?…» – подумала она, сантиметр за сантиметром осматривая две комнаты, но ничего, кроме фантиков от шоколадных конфет и пустого флакона «Красного Кензо», не обнаружила. И вдруг она вспомнила, где совсем недавно слышала название этих духов. «Красный Кензо». Этими же духами пахло в спальне убитой Лоры Арсиньевич.
Но мало ли женщин любят эти крепкие, пряные и действительно какие-то «красные» духи.
Она покинула домик таким же путем, как и проникла в него, через окно.
Далее по плану был домик номер 12 белобрысого красавчика, который на фотографии был изображен рядом с Майей и который, по словам лодочника, иногда сидел с ней за одним столом. Надо бы проверить, что он из себя представляет и почему так часто уезжал. Теперь каждая мелочь могла иметь значение. Ведь Майя погибла именно после пребывания в этом спортивном лагере. И, скорее всего, ее убили. Развинтили болты в машине, предварительно поставив в багажник канистры с бензином.
