но когда тот стал подниматься то вверх, то вниз, при этом двигаясь чуть ли не по спирали, окончательно сбился и послал это гиблое дело к чертям.
Сон никак не шел, а в голове была звенящая пустота, словно мозг отказывался переваривать все те события, что случились с того момента, как мы покинули злополучный ангар.
Тело, зафиксированное в адски неудобной позе, болело все сильнее, грозя неприятными ощущениями, когда с меня снимут эти кандалы. Попытавшись хоть немного пошевелиться, чтобы разогнать застоявшуюся кровь, неудачно дернулся и скинул с себя голову девушки, при этом еще и задев Кадма.
Кляня себя за неповоротливость, вернул Зан обратно, попутно опять приложился об блондина плечом. Тот открыл глаза, но увидев, что я делаю, лишь подтолкнул девушку ко мне и, отвернувшись, продолжил дрыхнуть.
— Вот это нервы-то! — непроизвольно вырвалось у меня, когда спустя минуту я услышал его мерное дыхание, сигнализирующее о том, что товарищ вновь заснул.
Все эти усилия не прошли незаметно, и мой организм наконец-то понял, что исчерпал все резервы, и решил погрузиться в царство Морфея. Только я ощутил, что спасительное забытье уже близко, как раздался скрип колес, и машина остановилась. Почти сразу же охранники подскочили и спрыгнули за борт, даже не глядя на нас.
— Приготовься. В случае чего, беги прямо за мной, — раздался голос моментально проснувшегося Кадма.
— Но как же они? — взглядом указал на двух наших товарищей, так и не пришедших в себя.
— Если мы сейчас отсюда не выберемся, то уже не сможем выбраться с «полей». Если же сбежим, то есть шанс позже выйти на организаторов, — Кадм встал на колени и напрягся, словно спринтер на низком старте.
Впрочем, если у него и был какой-нибудь план, то узнать мне не удалось. Стоило только заднему борту откинуться, как тут же в меня угодил заряд из станнера, моментально обездвиживая. Подобная же участь постигла и моих товарищей. Хотя, на Зан и Казмера могли бы и не расходовать энергию, перестраховщики чертовы.
Ощущения от воздействия станнера было необычным. Я словно лишился тела, совершенно ничего не ощущая. Даже когда меня выволокли из кузова и бросили на твёрдый пол, совершенно ничего не ощутил.
Один из охранников подошел к нам и, уже ничего не опасаясь, снял сковывающие нас цепи. Вот только «свобода» длилась недолго. Выполняя указание пока невидимого для меня начальника, каждому из нас надели тонкий металлический ошейник.
Обруч с неприятным щелчком защелкнулся вокруг моей шеи и стал все сильнее сжимать ее. Когда стало казаться, что вот она, смерть от удушения, хватка ослабла, позволяя вновь дышать полной грудью.
— Надеюсь, демонстрация вас убедила, что любые попытки неподчинения будут тут же караться? — вновь раздался голос, что руководил установкой ошейников, и я снова начал ощущать свое тело.
Глава 9
— Можно было бы обойтись и без демонстрации, — прохрипел Кадм, растирая затекшие конечности, и поглядел в мою сторону.
Кивнув ему, мол, все в порядке, встал на ноги. Действие парализатора оказалось недолгим, и чувствительность постепенно стала возвращаться. На все наши с Кадмом телодвижения охрана внимания не обращала. Похоже, их больше интересовал спор одного из рейдеров и любителя демонстрировать возможности ошейников, что, совершенно позабыв о нас, они отошли в сторону поближе к пришвартованному судну.
Повернув голову, по уже сложившейся традиции, первым делом огляделся вокруг. Небольшой ангар, значительную часть которого занимала посудина, по форме представлявшая собой кирпич. Причем цвет тоже соответствовал — такой же серовато-красный. Глядя на этот прямоугольник, невольно напрашивался вопрос о гидродинамике и максимальной скорости его передвижения.
Длинный трап, шириной не менее четырех метров, выдвинутый с правого борта, упирался в пазы на стальном полу. Вокруг сновали люди, вынося с корабля большие ящики и грузя их на длинную вереницу грузовиков. Если бы я не добирался сюда против своего желания, то вся картина вполне себе напоминала бы обычную рабочую обстановку слегка необычного порта.
Впрочем, были тут отдельные индивидуумы, которые портили местную идиллию. И я сейчас не про охранников, что окружали нас и делали вид, что сторожат. Сейчас все их внимание было устремлено на двух спорящих людей, чьи крики заставляли рейдеров оглядываться и крепче стискивать оружие, словно готовясь к нападению.
Главарь рейдеров, если мне не изменяет память, гонец называл его Кауром, совершенно не походил на тот сброд, которым командовал. Дорогие доспехи цвета кости, блестящие в свете прожекторов дока, выглядели нереальными. Казалось, что Каур находился внутри скелета существа, лишь отдалённо напоминающего человека. Непропорционально вытянутые ноги и руки с длинными пальцами. Костяной гребень, что начинался на закругленной голове, спускался вдоль позвоночника и плавно переходил в короткий хвост с шипом на конце
— И как вся эта конструкция не рассыпается? — пробормотал я, разглядывая сие творение.
— Он прочнее, чем выглядит. Фактически живой организм, выращенный для определенных целей. Очень мощный и сложный в управлении. И безумно дорогой, — просветил меня блондин. — Делается на заказ у одной из семей Фиолетового клана и только под определённого человека. Другого эта тварь просто сожрет при попытке захвата.
— Отвали от меня, а то пальцы сломаю! — почти без паузы перешел от объяснений к угрозам Кадм, видя, как к нему подошел облезлый человек в потертой одежде и стал тыкать в парня каким-то устройством.
Охрана среагировала мгновенно, и Кадм, корчась от боли упал на пол, а «облезлый» просто провел непонятным аппаратом над стонущим парнем и двинулся ко мне. Я, впечатленный еще первой демонстрацией возможностей ошейника, лишь поднял руки вверх и позволил себя просканировать.
Той же процедуре подверглись Зан и Казмера. Вот только с ним пришлось повозиться. Девушка, находясь до сих пор в прострации, совершенно не слушалась команд. Даже когда один из охранников силой поставил ее на ноги, она тут же села на пол и закачалась из стороны в сторону. Бросив бесполезные попытки привести ее в чувства, ее обследовали сидячей и перешли к Казмеру.
Судя по задумчивому лицу «облезлого», состояние парня за время нашей поездки еще больше ухудшилось. Повозившись со сканером и повторно проведя им над телом нашего товарища, проверяющий что-то раздраженно забормотал и пошел к до сих пор спорящим главарям.
Второй, тот, с кем сейчас на повышенных тонах общался Каур, в отличие от всех окружающих, был одет в обычную гражданскую одежду. На Земле такую бы назвали «офисной». Черные туфли, серые брюки, пиджак и, почему-то ярко-зеленая блузка, сильно
