и используются, по возможности, самые короткие синонимы из имеющихся в языке). Называть местный аналог суслика «Кнур Га Тэус Цу», что приблизительно означало «пушистый вредитель, роющий норы», мне было откровенно непривычно — и вслух, и в уме. И если вслух я старательно выговаривал эту белиберду, то в уме упорно называл этих зверьков сусликами. Тем более, что они и правда были похожи. В итоге я, конечно, привык и к этому нюансу, и к языку в целом, но к тому моменту у меня в голове выстроились не совсем правильные ассоциации. Всю местную флору и фауну, что имели хоть какие-то земные аналоги, я в уме успел переименовать в «сусликов», «волков», «лисиц» и прочая, прочая... А «кнургатэусцу» стало просто словом, которым эрайны называли «сусликов».
Как и большая часть других терминов, имевших земные аналоги. Ну и что, что местный рис по вкусу вовсе не рис, а какое-то подобие банана с мучнистым привкусом, а местный волк похож на облезлую гиену-мутанта, имеет четыре глаза и откладывает яйца? Главное, что есть хоть какое-то сходство. Возможно, мой разум просто искал якоря, за которые можно было ухватиться, чтобы привязать местную реальность к чему-то привычному и обыденному. Не знаю. Да и плевать, на самом деле.
Впоследствии, спустя несколько месяцев, я узнал, что иногда местные велеречивые именования разрастаются еще больше. Если зверь ступил на Дорогу к Небу и пересек границу первой ступени, аналогичной человеческому Заклинателю — к его имени добавляется термин «Хиатус» и название стихии, которую он обрел. А если стихий несколько (редкий случай, но бывает) — то перечисляются все они. А если он Возвысился до второй ступени — то добавляется еще слово, в значении «...с Ядром/Истоком».
Хиатус Кнур Га Тэус Цу Шитта Гинеа. И ведь местные даже не пытаются сокращать это словоблудие. А когда это делаю я — смотрят с огромным недоумением. Конкретно это имя носил внушительных размеров суслик, несколько лет назад проникший в деревню и обожравший за одну ночь сразу несколько полей. Целиком. В одиночку. Это, конечно, внушает уважение, но не настолько же!
Слава богам, что зверей третьей и дальнейших ступеней не существует как минимум на этом континенте! Иначе, уверен, местные расширили бы их названия еще минимум на пару-тройку слов.
Когда-нибудь я обязательно привыкну к таким раздражающим мелочам в местной культуре. К тому же у меня имеется слабая надежда, что здесь существуют и более адекватные народы.
Дневник Эдриана Гирита. 2 день месяца Серого Неба 1786 года от Объединения.
Волк все-таки оказался Хиатусом, теперь никаких сомнений в этом уже не осталось. Ведь главное отличие таких зверей от тех, что впитывать Ци начали, но на первую ступень не перешли — как раз такие вот... особые умения. Осознанно управлять Стихиями через техники и Небесную Речь они не могут: для этого нужен полноценный разум. Но отдельные случайно сформированные энергетические конструкции у них со временем появляются. Разумеется, со спецификой соответствующей Стихии, которую они в себя приняли. И чем старше Хиатус — тем больше у него таких конструкций, от крайне полезных до вполне себе вредных даже для него самого. Случайность, ничего не попишешь.
В той невидимости, в которую он нырнул, был задействован, скорее всего, либо Свет, либо Воздух... но какая мне, к черту, разница? Взглядом его отыскать я не мог все равно. На широком каменном выходе, где я медитировал, не было толком травы или кустарников, которые могли бы его выдать при движении. Подкрадывалась эта сволочь тоже бесшумно: если бы я не открыл глаза, то так бы и умер, ничего не заподозрив. А сейчас у меня были считанные мгновения на то, чтобы придумать, как мне быть. Стоя на ногах и торопливо прокручивая вокруг себя копье, чтобы хоть немного вселить сомнения в невидимого Хиатуса и задержать его прыжок, я лихорадочно размышлял.
Хм.
Идея, пришедшая мне в голову, была из разряда «сопротивляться — так уж до конца», но что-то в ней было. Контроль Ци, достигший у меня уже второй Мраморной звезды, можно было ведь использовать не только для втягивания энергии извне. И не только для работы с ней внутри своего тела. Можно было что-то делать и с энергией снаружи, не впитывая ее в себя... просто обычно в этом не было смысла. Но, если так подумать...
Додумывал я уже в процессе осуществления идеи. Распространив «зону контроля» до того места, где исчез волчара, то есть метров на десять вокруг, я изо всех сил начал толкать энергию, но не в себя, а вокруг, закручивая ее кривой спиралью. Невнятно хрюкнув от напряжения — пытаться резко сдвинуть огромную неподвижную массу оказалось куда тяжелее, чем втягивать ее в себя постепенно — я изо всех сил пытался создать энергетический водоворот с центром в виде моей тушки.
Секунда, другая — и что-то рвануло мне спину, сбив концентрацию. Начавшее было раскручиваться течение дернулось и начало затихать, а я, отпрыгнув вбок, махнул копьем в сторону врага. Безрезультатно. По пояснице скатывались тяжелые капли, но двигаться рана не мешала, так что ничего серьезного. Надеюсь.
Второй раз вышло удачнее — у водоворота еще оставался остаточный импульс с предыдущей попытки, нужно было лишь раскрутить его чуть сильнее. Еще... еще... есть!
Поток Ци, огибая меня, сталкивался с несколькими течениями в воздухе, образуя четко видимые завихрения. И с еще одним — на земле. Тут вихрь был куда менее заметным, на самой грани видимости. Но какое совпадение, что он еще и медленно двигался, обходя меня со спины...
