Она посмотрела на него удивленным, недоверчивым и светящимся взглядом.
- Ты не ответил на мой вопрос. Я поражена. Мне еще никогда не приходилось никого видеть голым. На Гхауне все ведут себя так... неприлично? Это шокирует. А пение: крайне неприятное. Что они собираются делать?
Рейт постарался закрыть ей обзор.
- Может, тебе все-таки лучше поспать? Ритуал будет весьма скучным.
- Они меня не утомляют. Я удивлена, что люди могут быть такими дерзкими. И ты только посмотри! А мужчины!
Рейт глубоко вздохнул, и ему в голову пришло сомнительно решение. Иди сюда! - Он протянул ей маску и шляпу хоров. - Одень это.
Она в нерешительности отпрянула.
- Зачем?
Рейт взял мужскую маску и одел ее на лицо.
- Мы идем. - Но...
Она бросила зачарованный взгляд на возвышенность. Рейт резко повернулся к ней и одел на нее вторую маску хоров.
- Они наверняка нас увидят, - пыталась возразить Зэп 210- Они за нами погонятся и убьют.
- Вполне возможно, - сказал Рейт. - Тем не менее, лучше будет, если мы уйдем. Он выглянул и внимательно посмотрел на поляну.
- Сначала ты. Беги за хижину. Я пойду за тобой.
Зэп 210 выскользнула из комнаты. Женщины на платформе пели все более призывно; голые мужчины стояли в кругу.
За хижиной Рейт нашел Зэп 210. Были ли они замечены? Пение продолжалось, становясь то тише, то громче.
- Иди через рощу к окраине. И не оглядывайся.
- Это смешно, - пробормотала Зэп 210 - Почему это мне нельзя смотреть назад?
Она пошла в сторону леса. Рейт следовал метрах в шести за ней. Из хижины донесся бешеный вопль. Пение сразу же прекратилось, воцарилась мертвая тишина.
- Беги! - крикнул Рейт.
Они помчались по священной роще, срывая с себя маски и шляпы.
Позади них раздался страстный и злой рев, но хоры их не преследовали; возможно, их сдерживало то, что они были совершенно голыми. [Позднее Рейт подробнее узнал о священных рощах и межчеловеческих отношениях хоров. В городах и деревнях мужчины и женщины носили одинаковые одежды; сексуальные отношениях рассматривались, как выродившиеся. Только в священных рощах происходило спаривание - голыми и в ритуальных масках, чтобы еще больше подчеркнуть половые различия. С помощью масок мужчины и женщины принимали новую идентичность. Дети рассматривались не как кровные потомки определенных родителей, а как продукт первобытной формы отношений между мужчиной и женщиной]
Рейт и Зэп 210 добежали до края рощи. Здесь они остановились, чтобы отдышаться. Небо было уже чистым, и лишь возле голубой луны еще виднелись несколько клочьев облаков.
Зэп 210 посмотрела вверх
- А что это за маленькие огоньки?
- Это звезды, - объяснил Рейт. - Далекие солнца. Около большинства из них вращаются группы планет. С одной из них, под названием Земля, происходят люди: твои предки, мои и даже хоров. Земля - это родина людей.
- Откуда ты все это знаешь? - спросила Зэп 210.
- Я расскажу тебе об этом как-нибудь в следующий раз. Не сегодня.
Они пошли по заросшим травой холмам сквозь ясную звездную ночь, и у Рейта временами появлялось странное чувство. Ему представилось, что он будто бы еще очень молод и гуляет под чистым звездным небом по лугу со стройной девушкой, которая его очаровала. Сон, галлюцинация или что-то еще, что пробуждало в нем такое настроение, стало настолько сильным, что он взял шедшую рядом Зэп 210 за руку. Она искоса взглянула на него, но возражать не стала: еще один непонятный аспект удивительного Гхауна.
Некоторое время они так и шли дальше. Постепенно Рейт вернулся к действительности. Он брел по поверхности Чая. Его сопровождала... Почему-то он не довел мысли до конца. Словно почувствовав ход его мыслей, Зэп 210 сердито вырвала у него свою руку. Может быть, она тоже на какое-то время погрузилась в мечтания.
Они молча шли дальше. Когда голубая луна стаяла уже прямо над ними, они наконец добрались до гор из песчаника и нашли у их подножия защищенную нишу. Закутавшись в свои плащи, легли на песок. Рейт не мог заснуть. Он смотрел на небо и слушал, как девушка дышит. Она тоже не спала. Почему же он так стремительно, несмотря на опасность погони и смерти, решил убраться из рощи хоров? Чтобы защитить невинность девушки? Смешно. Он в темноте посмотрел на ее лицо - бледное, повернутое к нему в свете луны пятно.
- Я не могу заснуть, - тихо пожаловалась она. - Я очень устала. Поверхность нагоняет на меня страх.
- На меня иногда тоже, - согласился с ней Рейт. - Так ты предпочла бы оставаться в подземельях? Как всегда она не ответила прямо.
- Я никак не могу понять, что я видела. Я не всегда понимаю саму себя. Такого пения, как сегодня, я никогда раньше не слышала.
- Они поют мелодии, которые существуют тысячелетия и никогда не меняются, - объяснил Рейт. - Может быть, эти мелодии принесены сюда еще с Земли.
- Но они показывались другим без одежды! Так поступают на поверхности все люди?
- Не все, - успокоил ее Рейт.
- Но почему же они так поступают?
Рано или поздно ей все равно придется это объяснить, размышлял Рейт. Но только не сегодня ночью!
- Обнаженность не играет большой роли, - пробормотал он. - Все тепа почти не отличаются друг от друга.
- Почему же тогда они выставляют их напоказ? В подземельях мы всегда остаемся одетыми и стараемся не допускать случаев "буйного поведения".
- А в чем же заключается, в конце концов, это "буйное поведение"?
- В грубой близости. Люди в игре дотрагивались друг до друга. Это же в высшей мере глупо! Рейт очень осторожно подбирал слова.
- Может быть, это нормально - ну, как будто ты проголодаешься или еще как-то. Ты сама никогда не была "буйной"?
- Конечно же, нет.
- И ты даже никогда об этом не думала?
- От мыслей защититься нельзя никак.
- Разве не было такого молодого человека, с которым ты особенно хотела бы подружиться?
- Никогда!
Зэп 210 была возмущена.
- Ну, теперь ты на поверхности и здесь совсем другие обстоятельства... А теперь тебе лучше поспать. Вполне возможно, что завтра все селение хоров устроит на нас охоту.
Наконец Рейт заснул. Один раз он проснулся и увидел, что голубая луна уже исчезла с неба, и вверху до самых звезд все было черным. Со стороны холмов до него донесся печальный вой ночного пса. Когда он снова закутывался в плащ, Зэп 210 полусонно прошептала:
- Я робею от вида неба.
Рейт плотно придвинулся к ней. Совершенно неосознанно он вытянул руку и погладил ее по голове, но волосы теперь были мягкими и густыми. Девушка вздохнула и расслабилась, что снова возбудило в Рейте неукротимый инстинкт защитника...
Ночь подошла к концу. На востоке появилось ржавое свечение, которое становилось все светлее и перешло в сиреневый, а затем в светло-желтый восход солнца. Пока Зэп 210 оставалась лежать, закутавшись в своем плаще, Рейт проверил содержимое изъятых у хоров кошельков. С радостью он обнаружил в них девяносто пять секвинов; это было больше, чем он рассчитывал найти. Он попробовал метать дротики - острые, как иглы, железные стрелы длиной двадцать сантиметров с кожаными рукоятками. Кинжал он засунул за пояс.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
