Читаем без скачивания Операция «Апокалипсис» - Жерар Вилье

— Откуда вы знаете дорогу, сеньор SAS? Ведь вы первый раз в Акапулько.

— Да мы же вчера здесь проезжали, — отозвался Малко.

Благодаря своей феноменальной памяти он словно фотографировал глазами те места, в которых побывал, и мог найти эту дорогу даже двадцать лет спустя.

Они снова выехали на шоссе и взяли курс на Акапулько. На всякий случай Фелипе посоветовал держаться подальше от побережья и выбирать узкие окраинные улицы. Они вынырнули из этого лабиринта уже на церковной площади в полной уверенности, что за ними никто не следит.

Малко припарковал машину напротив церкви. Здесь царило большое оживление. Неподалеку мальчишка-чистильщик энергично драил стоптанные мокасины голого до пояса докера. На эти пять минут даже простой грузчик мог вообразить себя «патроном», сеньором, богачом. Докер небрежно бросил мальчику монетку в полпесо, как миллионер бросил бы доллар, и пошел к ожидавшей его в двух шагах босоногой жене.

— Позвольте мне, — сказал Фелипе и встал на место докера.

Мальчишка, сидя на деревянном ящике, принялся яростно натирать его туфли. Малко увидел, как Фелипе завел с чистильщиком разговор, и благоразумно отошел к витрине с мексиканскими сомбреро. Светлые волосы и галстук выдавали его с головой, и все вокруг узнавали в нем гринго — грозу и бич мексиканского населения.

Фелипе вернулся через десять минут, пуская зайчики туфлями, которые вновь обрели давно ушедшую молодость.

— Он знает Эудженио в лицо, — сказал Фелипе. — Кажется, ничего не заподозрил. Я сказал, что кое-что привез Эудженио от родственницы из Мехико. Похоже, по вечерам тот не работает. Зато приходит сюда утром, около одиннадцати, когда чистильщики распределяют между собой рабочие места.

— Он не знает, где Эудженио живет? Фелипе покачал головой.

— Даже если бы знал — не сказал. Бедняки боятся иностранцев. Они знают: когда кого-то ищут — это не сулит ничего хорошего, На всякий случай можно здесь немного поболтаться. Но и только.

Они побрели пешком по извилистым улочкам, где, кроме них, не было ни одного приезжего. Жители околачивались у своих порогов. Шикарные магазины сменились освещенными керосиновой лампой деревянными сарайчиками, где предлагался самый что ни на есть немыслимый товар. Малко остолбенел, увидев игуану, которую нарезали кружочками на деревянной доске.

— По вкусу не отличишь от цыпленка, и намного дешевле, — пояснил Фелипе, явно понимавший толк в таких делах.

Малко его слова не убедили: игуана казалась ему ненамного аппетитнее крокодила.

Спустя час они вернулись ни с чем на церковную площадь. Чистильщики, видимо, уже перебрались к «Перле» или к большим отелям.

— Надо ехать назад, — сказал Фелипе. — Сегодня надеяться уже не на что, сеньор SAS. Не то во всем Акапулько узнают, что Эудженио искал светловолосый гринго.

Фелипе был прав. Они не торопясь, как и подобает благонамеренным туристам, побрели к машине.

Подъезжая к отелю, Фелипе вынул кольт и положил его на колени — на всякий случай. Малко расстегнул куртку и дотронулся до рукоятки сверхплоского пистолета.

Но навстречу им выскочил лишь портье. На тротуаре играл все тот же ансамбль. В холле было пусто и холодно. На основных позициях дремали стоя несколько мексиканцев — работников отеля. Но даже в полусне они все же ухитрялись в нужный момент протянуть руку за чаевыми.

— В десять часов, на этом же месте, — предложил Малко.

— Да хранит Господь ваш сон, сеньор SAS! — сказал Фелипе, блеснув ровными белыми зубами.

Они вместе поднялись наверх. Пока Малко открывал дверь своего номера, Фелипе стоял в коридоре. Но в комнате не было никого. Зато взглянув на стол, Малко несказанно удивился. На нем высилась гора тропических фруктов: ананасы, авокадо, огромные апельсины и манго. Рядом лежал конверт. Малко вскрыл его и прочел: "От дирекции отеля «Хилтон».

Польщенный таким вниманием, Малко поднял телефонную трубку.

— Соедините меня с номером 611, пожалуйста.

Раздались длинные гудки, и вскоре звонкий голос ответил «Алло?»

— Выслали?

— Нет. А вы?

— Что за вопрос? Если бы я спал, то не мог бы вам звонить. Заходите — я угощу вас фруктами. Подарок от дирекции. Нашел у себя на столе, когда вернулся.

— Отлично! — сказала Ариана. — Приду. Только вот... Я не накрашена.

— До встречи.

Если бы он пригласил ее полюбоваться с балкона лунным пейзажем, она непременно спросила бы, за кого он ее принимает. Но угостить экзотическими фруктами в жаркую летнюю ночь — что тут такого? Пусть даже это предложил мужчина, к которому она чуть-чуть неравнодушна...

Через пять минут Ариана уже стучала в дверь. Малко успел надеть свежую рубашку и побрызгаться одеколоном.

В белом шелковом кимоно и золотистых сандалиях Ариана была необычайно хороша! Этот наряд как нельзя лучше подходил стройной фигуре Арианы.

Малко поцеловал ей руку.

— Какая красота! — воскликнула она, увидев корзину с фруктами.

Подбежав к столу, она с чисто детским нетерпением сорвала с корзины целлофан. Послышался негромкий треск. Девушка схватила апельсин, но пальцы соскользнули, и фрукт остался на месте.

— Ого, какой тяжелый! — заметила она.

Когда Ариана снова протянула руку, Малко пронзила мгновенная догадка.

— Не трогайте! — крикнул он. — Ложитесь!

Ариана замерла с протянутой рукой. Малко прыгнул на нее, повалил на пол и стал оттаскивать от стола. Она принялась ожесточенно сопротивляться, царапаясь и крича:

— Вы с ума сошли! Отпустите меня, обманщик!

— Не вставайте, — взмолился Малко, — не то нам конец. — Он только что увидел тянущийся за апельсином провод и запальный шнур.

— Потаскун! — взвизгнула девушка, выдрав у него клок волос. От неожиданности Малко выпустил ее, она метнулась к двери и что было сил захлопнула ее за собой.

Благоразумно лежа на полу, Малко взглянул на фрукты. Они по-прежнему имели весьма привлекательный вид, если не считать, что к апельсину неотвратимо подбиралась змейка горящего шнура. Втянув голову в плечи, Малко медленно встал. Окно было широко открыто. Затаив дыхание, он осторожно обхватил корзину обеими руками и попытался приподнять.

Куда там! Она не сдвинулась ни на сантиметр.

По его лицу градом катился пот. Он сдавил горящий шнур большим и указательным пальцами, пытаясь потушить, но тут же выпустил, скрипнув зубами от боли. Похоже, шнур был сделан на совесть и мог гореть даже в воде.

Огонек был уже в двух сантиметрах от «апельсина».

Малко ухватил фрукт одной рукой, а другой изо всех сил дернул за шнур. Окажись там фрикционный механизм — он не замедлил бы перейти в газообразное состояние.

Фитиль почти мгновенно оторвался.

С минуту Малко стоял неподвижно. В глазах его мелькали разноцветные огни. Смерть прошла совсем рядом.

С величайшей осторожностью он повертел «апельсин» в руках, поскреб кожуру: она оказалась настоящей, но под ней скрывалась граната-лимонка, убивающая одним взрывом пятьдесят человек.

Малко один за другим принялся очищать остальные фрукты. Кожура на всех была безупречной, но когда он закончил осмотр, перед ним на столе лежало одиннадцать гранат. Если бы детонатор взорвался, Малко разнесло бы в клочья. Да и остальным жильцам этажа пришлось бы несладко...

Его охватила жгучая жажда мести. Узнать бы, где живут братья Майо... В отеле у них наверняка есть сообщники. Неплохо было бы предупредить и дирекцию. Гранаты-лимонки нельзя назвать верхом гостиничного сервиса даже в такой «гостеприимной» стране.

Но Малко заранее знал, что ничего не добьется, а лишь привлечет внимание полиции. Местные пинкертоны непременно догадаются, что ему подложили в комнату кучу гранат не для того, чтобы он полюбовался фейерверком.

Малко принял самое мудрое решение: он опустошил свой чемодан и сложил туда смертоносные игрушки. С трудом оторвав чемодан от пола, он осторожно приоткрыл дверь. В коридоре было пусто. Десятью этажами ниже по-прежнему усердствовали уличные музыканты. Малко едва сдержался, чтобы не устроить им перерыв, сбросив вниз один из экземпляров своей коллекции. Отогнав эту недостойную мысль, он вошел в лифт для купальщиков, который отвозил стеснительных европейцев в плавках и купальниках прямо на пляж. Под рубашкой у Малко был его уникальный пистолет, припасенный на случай встречи с коридорным: увидев, как он покидает отель через пляж в два часа ночи с чемоданом в руке, любой мог предположить, что он решил улизнуть, не заплатив за номер...

К счастью, он никого не встретил и, сгибаясь под тяжестью чугунного чемодана, заковылял по темному берегу моря. Было довольно жарко. В лунном свете нежно серебрилась вода.

Под большой пальмой он выкопал в сыром песке яму, похоронил там свой опасный груз и со спокойной совестью вернулся в отель, помахивая пустым чемоданом.