"Чтоб ты объелся желтым снегом", — говорилось в одном из них.
В том же году Энди Гроув преподнес Сью МакФарлэнд ее первый отрицательный отзыв о работе.
"С ростом круга моих обязанностей, — писал он в своем самом менторском тоне, — Сью могла бы приносить мне большую пользу, освобождая меня от некоторых дел, начиная организацией ужинов и переплетными работами и кончая эффективным и оперативным выполнением всяких мелочей в офисе. Они могут показаться тривиальными, но, если их не сделать, причем хорошо, это отвлечет меня от того, чему я должен уделять больше внимания. Сью способна выполнить все это и даже больше, но ей, очевидно, не хватает инициативы или амбиций. Я сожалею по этому поводу; ее способности не могут быть использованы полнее, поэтому ее полезность для меня, а следовательно, для Intel, остается ограниченной. По этой причине размер ее компенсации должен остаться на прежнем уровне".
Когда он показал ей этот отзыв, аккуратно отпечатанный на фирменном бланке компании, Сью МакФарлэнд разрыдалась. Растерявшийся Гроув не знал, что делать. На негнущихся ногах он прошел по комнате, взял из коробки салфетку и подал ей. Она вытерла слезы, встала, надела пальто и, не произнеся ни слова, вышла. Гроув, испугавшийся, что его идеальный секретарь уволится, первым делом позвонил Энн Боуэрс, чтобы посоветоваться с ней по этому деликатному вопросу. Помощник Боуэрс объяснил, что ее нет на месте, так как ей должны сделать небольшую операцию. Но Гроув, не желавший откладывать это дело, через несколько минут уже разыскал ее в больнице. Он спросил Боуэрс, что ему теперь делать.
— Об этом надо было думать прежде, чем писать такой отзыв, — язвительно ответила она.
На следующее утро, придя на работу, Сью МакФарлэнд обнаружила на своем столе примирительную открытку. Возможно, Гроув полагал, что этого знака раскаяния будет достаточно. Однако он недооценил своего секретаря. К концу дня на столе Гроува лежала докладная записка в ответ на отзыв о работе, составленная без единого намека на эмоциональное переживание, которое МакФарлэнд проявила накануне. Рост компании, объясняла она, привел к тому, что ей все труднее стало справляться с существующими обязанностями, не говоря уже о новых. Отчет за март 1971 года состоял из сорока двух страниц, указывала она; к октябрю 1972 года он увеличился до девяноста семи. Сью объясняла, что все специалисты просили ее писать технические отчеты, и она всегда делала это вовремя. За этот период Intel открыла три региональных отделения далеко на востоке. Связь с новыми сборочными заводами еще более увеличила ее нагрузку; тем не менее, снова напомнила она, все поручения выполнялись ею своевременно. В конце записки она просила себе помощника, который взял бы на себя большую часть машинописных работ. Гроув выполнил ее просьбу.
"Нельзя было позволить Энди запугать себя, — говорила она впоследствии, — в противном случае он бы вас раздавил. Он относился к людям как к тряпкам, если они вели себя как тряпки".
"Не только мне — всем, кто подчинялся ему, приходилось постоянно решать: сможем ли мы терпеть это дальше? Хотим ли подвергаться такой критике? Позволим ли пинать себя снова и снова? По многим причинам мы отвечали: "Да".
Одна из причин лежала на поверхности: Энди Гроув не просто нравился Сью МакФарлэнд — она им восхищалась. Гроув блестяще решал проблемы, с фанатизмом отслеживал все детали и был просто призван руководить всеми техническими проектами Intel. Он строго спрашивал со всех, но с себя — еще строже. "Он дал мне больше, чем кто-либо, с кем я работала до и после него", — так оценила секретарша своего босса.
8. Микропроцессор
Новость о прорыве Intel в области MOS-технологии памяти с ее чипами 1101 и 1103 вызвала ревнивые чувства со стороны конкурирующих электронных компаний, но был один человек, который испытал при этом просто отчаяние. Работавший в отделе исследований Fairchild Semiconductor молодой инженер-итальянец Федерико Фаггин получил ссуду от европейского совместного предприятия, в котором свою долю имела Fairchild. В Fairchild он работал над кремниевым затвором (технологией, которая оказалась ключом к чипу памяти 1101 Intel) и с все возраставшим разочарованием наблюдал, как Fairchild не может реализовать его идею. Нойс и Мур взяли на работу десятки людей из Fairchild, вплоть до персонала самого низшего уровня, — всех тех, кто наиболее плотно занимался процессом кремниевого затвора. А теперь их компания, похоже, будет пожинать плоды в одиночку. Однако у Фаггина не было возможности вслед за другими исследователями Fairchild перейти в Intel. Он решил остаться в Америке насовсем и, пока шло рассмотрение его заявления об изменении статуса временно въехавшего на постоянного резидента, не мог менять место работы.
Прошел еще год. Однажды Фаггин позвонил Лесу Вадажу в Intel и сказал, что хотел бы перейти в молодую компанию. Он сделал только одну оговорку: ему хотелось бы заниматься разработкой чипов, а не процессами производства. Вадаж пригласил его на собеседование в Маунтин-Вью, но отказался сказать что-либо конкретное о том, какую работу Фаггин может получить в Intel. Так что Фаггин действовал вслепую, когда принял предложение Вадажа и Гроува, дал уведомление в Fairchild и через две недели явился на работу в Intel.
Было ясно, что на новой работе ему скучать не придется. В первый же рабочий день Вадаж объяснил Фаггину, что Intel подписала контракт на разработку серии чипов для японской фирмы Nippon Calculating Machine Corporation. Фаггин должен был возглавить проект, и в первую очередь ему предстояло встретиться с представителем заказчика, который должен был прилететь на следующий день из Токио, чтобы проверить, как идет работа над проектом.
Полдня, проведенные за чтением документации и разговорами с новыми коллегами, дали Фаггину необходимую базу. Продукт, над которым работала Intel, представлял собой настольную счетную машину для продажи под торговой маркой Busicom. Предложение от японцев поступило в тот момент, когда Intel отчаянно боролась за любые заказы. Для начала технические представители заказчика попросили Intel (если фирма действительно хочет получить этот заказ) разработать и изготовить набор из восьми логических чипов специально для их калькулятора, а также запрограммировать их на основные арифметические функции, которые он должен выполнять. Однако в условиях, когда уже шли работы над тремя проектами схем памяти, Intel просто не имела ресурсов для разработки восьми новых логических чипов. И вот Тэд Хофф, блестящий инженер из Станфорда (именно он придумал идею ячейки DRAM), предложил альтернативный вариант. Почему бы не создать миниатюрный компьютер общего назначения, который можно было бы запрограммировать на выполнение арифметики для настольного калькулятора заказчика?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
