научным центром. Инструктаж только в восемь вечера, поэтому я решил сперва подкрепиться, коли теперь есть такая возможность.
– Что себе заказал?
– Смеешься? – Исвер продемонстрировал пухлый буклет меню, который держал в руках. – Тут одних салатов целых три страницы!
– Ничего себе! – Лайс взял еще один буклет с подставки, по одному только его солидному весу поняв, что дело и впрямь обстоит весьма серьезно.
В столовой для учащихся им предлагалось всего два вида комплексных наборов на выбор, схватив которые следовало еще выдержать битву за свободное место за столиком. За отдельную плату курсанты могли заказать себе еще примерно с дюжину незатейливых блюд, выбирая их на интерактивном терминале и после подбирая у автоматического лотка выдачи.
Здесь же, в верхнем зале, посетителя обволакивала атмосфера подчеркнутого уважения и готовности удовлетворить любые его пожелания. И это отношение ощущалось во всем, начиная с отделки натуральными деревом и кожей, приглушенного освещения и заканчивая многостраничным меню, отпечатанным на плотной мелованной бумаге. Никаких интерактивных терминалов, никаких бездушных лотков, только старомодные толстые буклеты и вытянувшиеся по струнке услужливые официанты.
Погрузившись в изучение предлагаемого ассортимента, Лайс и сам слегка растерялся, поскольку значительную часть названий он видел впервые и не имел ни малейшего понятия, что именно за ними кроется. В принципе, он не отличался особой привередливостью, жизнь в общежитии быстро учит ценить не столько изысканный вкус, сколько объем порции и ее сытность. Имелось всего несколько довольно экзотических продуктов, которые он на дух не переносил, но, к счастью, жизнь сталкивала Лайса с ними не так уж и часто. Молодежь обычно исповедует несколько иные ценности, нежели нюансы прожарки мраморных стейков или грамотный подбор сортов сыра под выдержанное красное вино.
Но тут Лайс не учел одного важного нюанса. Пока он задумчиво перелистывал страницы с изысканными блюдами Исвер получил, наконец, возможность задать рвущиеся из него на волю вопросы.
– Так что там у вас… было-то? Как все прошло? – заговорщически зашептал он, подавшись вперед для большей конспирации. – Ты к ней в гости-то хоть заглянул?
– А? – очнулся Лайс, хлопая глазами и лихорадочно соображая, как же ему выкручиваться.
Они с Исвером, как закадычные друзья, никогда не делали тайн из своего общения с противоположным полом. Не похвалялись, не бравировали, нет, просто честно делились своими переживаниями и впечатлениями, но сегодня Лайса просто переклинило. Он никоим образом не мог позволить себе седлать всеобщим достоянием подробности проведенной с Дэлери ночи. Пусть даже помнил он далеко не все. Некоторые тайники души, что бы ни случилось, все же должны оставаться запертыми на крепкий надежный замок.
– Я там, пока с ней танцевал, чуть брюки себе не раскроил, – Исвер указал взглядом себе под стол. – Мне кажется, что она даже покойника из могилы поднять способна, настолько мощную энергетику она излучает!
– Это точно! – охотно согласился Лайс, вспомнив собственный безумно страстный танец с Верховной.
– И на сколько раундов тебя хватило? До самого рассвета?
Лайс как раз обдумывал остроумный ответ, который бы отбил у Исвера желание задавать неуместные вопросы, одновременно не сильно того опечалив, как вдруг заметил, что в зале стало заметно тише, а сидевший напротив него друг неожиданно вытянулся еще прямей.
– Как у вас дела, мальчики? – раздался над его ухом до боли знакомый хриплый голос.
Спина у Лайса мгновенно покрылась потом, но не столько от страха, сколько от воспоминаний. Он обернулся, встретившись взглядом со стоящей у него за спиной улыбающейся Дэлери. На сей раз она была при полном параде – с нанесенным на лицо строгим макияжем, в плаще с широкой, в ладонь, серебристой узорчатой каймой и в сопровождении двух послушниц рангом пониже. Излучаемая ею мощная аура власти ощущалась буквально позвоночником, который так и норовил согнуться в почтительном поклоне.
– Вот, – отчитался Исвер неожиданно севшим голосом, – меню изучаем.
– О! Знаю, знаю! – рассмеялась вдруг Верховная, моментально разрушив корку формальности. – Я, помнится, тоже далеко не сразу разобралась, что к чему.
– Что вы нам посоветуете? – поинтересовался чуть осмелевший Лайс.
– Увольте, ребят! У каждого свой путь, не так ли? Я в свое время просто перебирала все блюда по алфавиту, пока не определилась со своими пристрастиями. А вы уж разбирайтесь сами.
Вместо ответа Исвер только тяжко вздохнул. Перспектива несколько месяцев изучать меню местного ресторана могла воодушевить любившего хорошо покушать Холисса, но всех прочих только погружала в чувство уныния и безнадежности.
– Кстати, – Дэлери вновь обратила на себя внимание, – Исвер, Лайсиндор, примите мои поздравления! Надеюсь, мы с вами сработаемся в отличную команду!
– Да, госпожа, спасибо, госпожа! – хором проблеяли оба новоиспеченных Служителя.
– Вот и славно, ну а пока – приятного аппетита!
Лайсу даже не требовалось оборачиваться, чтобы почувствовать, как по губам Дэлери скользнула быстрая улыбка. Уже уходя, Верховная на секунду опустила руку на его плечо, и Лайс машинально положил свою ладонь поверх ее пальцев, продлив это прикосновение на несколько бесконечно долгих мгновений…
– Что будете заказывать? – вежливый голос подошедшего официанта заставил его очнуться от мимолетного забытья.
– Уважаемый! – Исвер, не растерявшись, протянул тому меню, указывая на одну из позиций. – Я, честно говоря, даже не знаю, как это правильно произнести, но сделайте нам две порции, будьте так любезны!
Глава 7
Первые признаки недомогания Лайс почувствовал ближе к вечеру.
Вернувшись из ресторана, он снова засел за штудирование инструкций, полный решимости уже завтра покончить с этим делом и приступить непосредственно к работе. Сестра Джейх скинула ему несколько возможных вакансий, где могли бы пригодиться его таланты. Изучая документы, Лайс время от времени то начинал глуповато улыбаться, вспоминая их с Исвером первый поход в верхний зал дворцового ресторана, то вдруг застывал, а его дыхание становилось прерывистым и учащенным, когда мысли возвращались к событиям минувшей ночи.
В первый момент он отнес шум в ушах и легкое головокружение на счет тяжелого и насыщенного дня. От такой концентрации событий у кого хочешь извилины в узел завяжутся. Однако чуть позже Лайса охватил сильный озноб, и он понял, что дело обстоит несколько более серьезно, нежели он полагал вначале. Предпочтя не испытывать судьбу, он решил отложить дела на завтра и отправился в душ.
Когда Лайс добрался до кровати, его трясло уже не на шутку. Ко всем прочим прелестям добавилась еще и жуткая ломота во
