Читаем без скачивания Шелковая лента - Романовская Ольга

Близость со Стефанией уложилась в полчаса, Ноэль успел насладиться ужином, светской беседой и игрой в кости. На взгляд Сигмурта виконт ответил скупым кивком. Впрочем, Ноэль не собирался скрывать, что активно занимается продолжением рода. Демонстративно рано, около полуночи, он встал из-за стола, сославшись на важное дело. Гости понимающе ухмыльнулись, подумав, что причина и впрямь хороша.

Глава 5

Свадьбу таких людей, как виконт Сибелг, полагалось праздновать долго. Порой застолья длились месяцами. Гости не просыхали, ели, пили, веселились. Радушный хозяин баловал их развлечениями: то приглашал музыкантов, то бродячих актеров. Запланировали и охоту. Дамы загодя пошили амазонки, стремясь перещеголять друг друга. Мужчины тоже горели желанием похвастаться удалью, утереть нос соседу.

Стефания постепенно обживалась в роли молодой жены. Она познакомилась с экономкой и управляющим, заглянула почти во все комнаты, даже получила связку ключей, которую с гордостью носила на поясе. Виконтесса с удовольствием бы погрузилась в быт, пусть он и оказался сложнее, нежели она полагала, сбежала бы от пошлых шуточек подвыпивших гостей и наставлений матрон. Откуда в людях столько любопытства! И мать, она строго пытала, требовала рассказывать о супружеской спальне. Стефания вздыхала: «Да, матушка» и монотонно поведала, когда виконт разделил с ней ложе, сразу ли ушел, остался ли доволен. Молодая женщина понимала, ее чувства никого не волнуют, только заслужит порицание. А так ее хвалили и прочили скорое рождение наследника.

О, Стефания бы предпочла, чтобы муж забыл дорогу в спальню. С каждой ночью он становился настойчивее и грубее, требовал целовать себя, раздеваться при свете. Однажды усадил на колени и проделал все сидя. Ноэль пыхтел, впивался пальцами в ее ягодицы и в конце, ругнувшись, зачем-то прикусил сосок. Стефания промолчала, хотя сочла подобное поведение дикостью. Он бы ее еще над столом, как служанку, нагнул! С другой стороны, чего ожидать от человека, разделившего жену в первую брачную ночь с братом?

К счастью, Сигмурт в спальне больше не объявлялся, хотя временами задумчиво посматривал. Виконтесс сторонилась его, прятала глаза. Она не знала, как общаться с деверем после того, как видела его обнаженным.

Все случилось на вторую неделю замужества.

Стефания мирно спала, когда Ноэль выдернул ее из-под одеяла. Толком не проснувшись, она приняла его за сестру и попросила оставить в покое. Виконт не стал будить супругу – так даже лучше, учитывая ее скованность в постели. Обмякшее легче примет мужчину, он чуть позже насладится мягкостью женских форм, заодно поучит одной приятной вещи.

Когда Стефания очнулась, Ноэль вовсю занимался делом. Закинув ее ноги на плечи, он щедро насаживал молодую женщину на вздыбленное достоинство. Разумеется, возмущенная виконтесса воспротивилась, но муж цыкнул и велел лежать смирно, если она не в состоянии его ублажить.

Кончив, Ноэль крикнул кому-то за дверью:

– Заходи!

Стефания скорчилась, прижав колени к груди. Между ног неприятно холодило, о раздражении молодая женщина уже не думала: поняла, оно неизменный спутник близости.

Виконтесса лихорадочно пошарила рукой в поисках одеяла или простыни. Жаль, на ней нет рубашки, иначе прикрылась бы ей.

Кого муж пригласил в спальню, кто увидит ее позор? Разве с женами так поступают?

Увы, ничего не находилось, пришлось скорчиться еще сильнее.

– Что, холодно ночами? – усмехнулся виконт при виде мурашек на ее теле и хлопнул по ягодицам. – Аппетитная попка! Не соблазняй Сигмурта, он и так облизывается. Говорит, жить не может, жаждет познакомиться. Правда, Сигмурт?

Стефания вздрогнула и, пересилив страх, обернулась.

Деверь там или нет, а чья-то тень замерла у потухшего камина.

– Не лежала бы, как бревно, согрелась, – продолжал бурчать муж. – Нечего прохлаждаться, взяла в руки член! – прикрикнул он и досадливо добавил: – Хоть какой-то толк!

– Ноэль, ты хоть объясни жене, где он, – подал голос Сигмурт.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Стефания застонала.

Значит, деверь все-таки здесь, опять! Господи, лучше бы ей умереть!

Младший Сибелг приблизился к кровати и взял трясущуюся руку невестки.

– Членом называют мужское достоинство. Он вот здесь.

Сигмурт завел ее пальцы под рубашку, и Стефания ощутила набухшую плоть.

– Сначала я!

Ноэль грубо вырвал ее руку, однако Стефания наотрез отказалась прикасаться к члену супруга. Он не стал уговаривать, чуть не вывихнув запястье, и принудил это сделать. Сам же с довольной ухмылкой развалился на постели.

– Ну, чего уставилась? Давай! Или я тебе еще показывать должен?

– Ноэль! – осуждающе покачал головой Сигмурт и полностью разделся. – Она же маленькая, испуганная, давай, я объясню. У меня лучше получится, правда. Ты ведь не хочешь, чтобы Стефания разрыдалась.

Виконт молчал.

– А ты, Стефания? Рассказать тебе? – вкрадчиво поинтересовался северянин и мягко коснулся пальцами подбородка.

– Да, – чуть слышно, потупившись, пробормотала молодая женщина.

Пусть расскажет, вдруг тогда Ноэль перестанет злиться. Хлоя подобным в храме не занималась, при всем желании Стефания не могла догадаться, как преступить к делу.

И матушка промолчала… То ли они с отцом подобным не занимались, то ли леди Эверин проявила высшую степень благочестия, сохранив не только тело, но и разум дочери невинными.

– Он между ног, чуть ниже живота, – как маленькой, втолковывал деверь.

Преодолевая брезгливость, прикрывшись одеялом, Стефания робко погладила детородный орган мужа.

– Правильно, – одобрительно кивнул Сигмурт и присел рядом. – Потрогай его, почувствуй, какой он твердый, сильный. Осторожно сожми ладонью у основания и…

– Хватит с ней возиться!

Ноэль, ругнувшись, приподнялся и наклонил голову Стефании к темным завиткам внизу живота.

– В рот взяла, бестолочь! – рыкнул он. – Можешь лизать и целовать. Представь, что конфетка. Когда придет очередь Сигмурта, занимайтесь болтовней, сколько влезет.

Стефания гордо заявила, что не станет потворствовать извращениям, – пришлось. Виконт прижал губы супруги и силой открыл ее рот. Молодую женщину тошнило от привкуса мочи, но супруг не позволял разогнуться, только время от времени разрешал глотнуть воздуха. Он больно щипал за плечи, если Стефания ленилась.

Сигмурт неодобрительно цокал языком, но не вмешивался. Пока супруга неумело ласкала брата, он успел возбудиться и теперь сидел, поглаживая собственное достоинство.

Наконец Ноэлю показалось достаточным. Наградив супругу звонким шлепком по мягкому месту, виконт выпрямился и подал знак брату. Он кивнул и устроился подле головы невестки, когда как брат занял место у нее в ногах.

– Мне снова? – обреченно спросила она, вытерев губы тыльной стороной ладони.

Мерзкий привкус стоял во рту, вызывая рвотные спазмы.

– Нет, птичка, сейчас моя очередь, – мурлыкнул деверь и, словно не испытывая брезгливости, поцеловал.

Стефании казалось, их губы и руки изучили каждый уголок ее тела.

Сигмурт сумел заставить забыть о недавнем кошмаре. Он слегка покусывал уши, но не так, как брат. По ее мнению, деверь обращался с женщиной намного нежнее, гладил и целовал больше. На минуту закралась мысль: вот бы она вышла замуж за него. Ноэлю не хватало терпения, тогда как Сигмурт не торопился, старательно разгонял мурашки. Его руки на груди тоже вели себя иначе. Никакого выкручивания сосков, деверь бережно изучал ее груди, с удивлением заставив осознать, что, даже несмотря на страх, мужские ладони бывают приятны.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Супруг тоже умерил пыл, целовал внутреннюю сторону бедер. Виконтесса не стала противиться, когда он проник между ними. Пальцы Ноэля ощущали себя вольготно в самых потаенных местах, но, к счастью, не ввинчивались, проникали неглубоко. Особое внимание муж уделил бугорку над входом в лоно. Стефания ничего особенного не почувствовала, только холодок после касания языка.