***
День третий
Идель шустро работала челюстями, периодически закрывая глаза и мыча от удовольствия. Кролик от занозы не отставал. Я только и успевал замечать, как они вытаскивают одну рыбу за другой из коптильни.
— М-м-м! Это… — Идель вперила в меня взгляд. Вижу, что хочет что-то сказать, но рот занят.
— Иди нахер?
— Кхм! Нет! Это… вкусно! Джек, очень вкусно! Спасибо!
— Хех, неожиданно, — ткнул палкой в костер. — Пожалуйста, что ли…
Так началось утро третьего дня. Все шло спокойно и размеренно. Мы с Идель готовились отправиться на поиски дополнительных ништяков. Араши никуда не готовилась. Она должна была присматривать за Либерией и поддерживать порядок в лагере. Следить, чтобы его тоже не растащили еноты.
В общем, часам к десяти я уже успешно перебрался на другую сторону реки и отправился на знак вопроса. Мне почему-то не давало покоя лицо Маришки. Было ощущение, что она хотела сказать что-то важное, но отчего-то не смогла или передумала.
До ближайшего ящика требовалось пройти около пятнадцати километров, до остальных — намного больше. Поэтому я решил, что это станет последней моей вылазкой. Остальное время буду заниматься рыбалкой и чилить в палатке. Не каждый день это удается сделать, в академии продыху не дают, а тут, можно сказать, курорт.
Ящик, кстати, обнаружился довольно быстро застрявшим на макушке одного из деревьев. И я даже не переживал ни о чем. Вообще не задумывался, что в нем может быть что-то плохое. Сейчас любая мелочь могла пригодиться.
Собственно, с улыбкой ребенка, которому подарили киндер-сюрприз, я щелкнул замками и открыл крышку.
Просто молчание.
Передо мной находились пять предметов, которые тащили за собой целую историю, но мало того, они беззвучно рассказали, что происходит в лесу сейчас и что может произойти потом.
Настроение резко упало. Я почти сразу понял, что же тогда хотела сказать Маришка и чем сейчас, возможно, занимаются остальные участницы этого дурдома.
На бархатной ткани, поблескивая серебром, лежала пятерка ошейников. И все бы хорошо, если подобный ящик является единственным в своем роде, но что-то мне подсказывало, что это нихрена не так.
Закрыв крышку, я без промедления направился обратно в лагерь. Понимаю, что, скорее всего, себя накручиваю, но чувство приближающегося пиздеца почему-то никуда не уходило, а напротив, с каждым пройденным шагом лишь увеличивалось.
Как оказалось, не без причины.
Вернувшись на место нашей стоянки, я обнаружил, что лагеря больше нет. Все, что осталось, так это угли, разбросанные бревна, перерытая земля и раскуроченная коптильня. Даже восстанавливать нечего.
***
Час назад
Лагерь “Кролик и два дебила”
Араши вошла в палатку бодрой походкой и с весьма довольной мордочкой. В одной руке коротышка несла миску из-под лапши, в которой сейчас был копченый куньо в бульоне с икрой, а во второй виднелась фляжка с прохладной пресной водой.
— Доброго тебе утра, лежебока!
Либи с трудом открыла глаза — организму все еще требовалось восстановление.
— По-одъем! Хватит спать! Как себя чувствуешь?
— Я… голова болит.
— Это от истощения. Давай садись, тебе нужно перекусить.
— Не хочу, — Либерия попыталась отвернуться.
— Хочешь! Нужно набираться сил. Если не будешь есть, то и силам взяться будет неоткуда. Я правильно говорю? — Араши подсела рядом и, несмотря на все сопротивление фурии, все-таки усадила ту и заставила выпить немного бульона. Правда, стоило девушке его попробовать, как она тут же скривилась.
— На вкус как помои…
— Ну уж простите, пожалуйста, ваше величество. Что есть, то есть, другого не имеем. Но хочу сказать, что рыба намного вкуснее. Просто начни с бульона. Как поешь, ложись спать, тебе и вправду нужно отдохнуть.
Бульон действительно был на вкус не очень, зато когда Либерия попробовала рыбу, то чуть не поперхнулась — настолько ожидания отличались от реальности. Божественный вкус! Невероятный! Даже когда она жила с отцом, повара никогда не готовили ничего подобного.
— Что это?! Почему… Почему это так вкусно?!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Хех, вот Джек вернется, сама у него и спросишь. А пока — есть и спать…
Араши неожиданно замерла. Ушки на ободке активизировались, приняв вертикальное положение.
Либерия почти сразу заметила перемены в поведении кролика, но не поняла, с чем они связаны.
— Что-то не так?
Араши подняла руку с немой просьбой помолчать.
— Мы не одни, — прикрыла она глаза, пытаясь вычленить посторонний шум из всей той какофонии, которой обычно звучал лес.
“Чьи-то шаги? Или… нет. Показалось? А если так…” — коротышка произвела переключение режима на поиск сердцебиения и тут же распахнула глаза.
— Нас окружают.
Либерия сама не могла сказать откуда, но стоило Араши произнести эти слова, как внутри словно открылся резервный источник питания. Тело тут же перешло в боевую готовность. К сожалению, под рукой не имелось никакого оружия кроме копья кролика, которым коротышка уже вооружилась, а значит, придется драться кулаками.
— Сколько их?
— От восьми до двенадцати. Примерно… Нужно выбираться из палатки.
Вроде бы ничего серьезного пока не происходило, но и Либерия, и Араши ощущали, как быстро бьется сердце, заранее накачивая адреналином голову и тело. Казалось, что эти двое даже двигаются сейчас нарочито медленно. Слишком плавно и слишком тихо переставляют ноги. А вот их дыхание, наоборот, звучало для них самих чересчур громким.
Ситуация в корне изменилась, стоило одной из нападавших показаться во входном проеме палатки. Араши, не задумываясь, с криком бросилась на противницу, и в ту же секунду со всех сторон послышались шаги.
— Живой не сдамся! — кролик ловко поднырнул под выпад соперницы, прыгнул, оттолкнулся от выставленного колена девушки и с силой ударил тупой стороной копья в подбородок, отчего ту сразу же отбросило назад. — Подходи по одному! Я вам все косточки пересчитаю!
Но нападавшие не планировали драться честно. Следующий удар коротышке удалось заблокировать, но кто-то сразу же схватил ее за ноги и потянул назад. Араши потеряла равновесие и растянулась, шлепнувшись лицом о землю.
— Да кто вы такие?! Отпустите! — кролик стала брыкаться, но тут же получила удар с ноги в бок.
— Не дергайся — и мы не причиним вам вреда.
— Ага, кхе! Как же! Да я вас по одной всех урою!
Следом за этими словами пришел еще один удар в то же место, отчего Араши скрутило в позу эмбриона, однако ее сразу же схватили за руки и растянули, придавив голову к земле.
— Держу! Надевайте уже!
— Говноедки сраные! Только толпой и можете! — коротышка краем глаза заметила, как в руках одной из нападавших блеснул ошейник. — Не смей, тварь! Я съем твою печень, высру, а потом скормлю тебе же, падла!
В следующий миг она почувствовала, как кто-то сначала придавил ее спину коленом, а затем схватил за волосы и с силой потянул назад.
— А-ай! Да что же вы… делаете?!
Девушка ощутила, как на шею ей легла холодная металлическая полоска, а следом по организму пробежал электрический импульс.
— Замри! Все!
И Араши замерла.
— Да вы хоть зна…
— Ой, заткнись уже… это приказ.
Теперь коротышка не могла двигаться и не могла говорить, зато смогла рассмотреть своих противниц. Отряд состоял из фурий и валькирий. У каждой на шее красовался такой же ошейник, какой они надели на нее.
— Вторую сюда же. Проверьте лагерь на наличие вещей.
— Палатку сжигаем?
— Да.
У кролика жутко болели ребра и заплыл один глаз, но видя, как эти сволочи растаскивают все, что они с таким трудом делали…
“Зря вы не дали мне сказать, чей это лагерь. Ох зря-я…”
Тем временем одна из нападавших подошла к другой. Араши заметила, что в ее руках лежат три шампура и одна фляжка.
— Здесь больше ничего не было. Остальное самодельное, тащить не имеет смысла.
— Тогда уходим. Эй! Вы двое! Подъем! Идете за нами и не отстаете.
