Девушка собрала волю в кулак и ответила:
— Все это едят! Очень сложно приготовить кабана на костре равномерно! И он все равно получился очень вкусным!
— О-о, хах… Очень интересно. Значит, все едят… Скажи, Люм, ты голодная? — лицо Синтии оказалось буквально в паре сантиметров от лица Люм. — Это приказ, ответь честно.
— Да… я голодная.
— Тогда вот тебе моя доброта… Съешь этот кусок, который ты называешь едой, ты же голодная, верно?
Лицо Кроуфорд продолжало находиться рядом с лицом Люм, когда та скосила глаза в сторону, где сейчас лежала тарелка.
— Но она же…
— Опять “но”? Люм, ты повторяешься. Это приказ, Люм. Съешь этот сраный кусок мяса. Давай.
Другие девушки, сидящие за столом, начали ухмыляться и хихикать. Им нравилось наблюдать, как эта девка, повинуясь приказу ошейника, встает на колени и нехотя ползет к упавшей на землю еде.
— Нет-нет, Люм, — улыбка Синтии стала какой-то безумной. — Без помощи рук. Я все же считаю… что этот кусок мяса был сделан животным для животных, а животные не используют руки. Но если тебе совсем противно, то можешь положить его на тарелку.
— Ха-ха, Синти, посмотри на ее взгляд, не боишься, что она на тебя кинется?
В палатке раздался многоголосый смех.
— Не думаю, что она так поступит. Люм ведь не хочет, чтобы мы посадили ее на цепь и оставили на ночь абсолютно голой? Люм не хочет? — Синтия склонила голову на бок. — Почему Люм не отвечает мне? Ей так понравилось мясо? — улыбка сменилась гримасой омерзения. — Отвечай, падаль, когда я тебя спрашиваю!
— Нет… не хочет.
На лице блондинки снова появилась снисходительная улыбка.
— Славно, Люм, — подытожила Синтия и повернулась к остальным девушкам с ошейниками. — А вы чего уши развесили?! Не видите разве?! У меня все еще нет еды!
Прим. автора: В следующей главе, точно все) Вернемся к Ритке. Все ждут Ритку, да?)
Глава 58 — Джунгли тебя зовут IV
Как и рассчитывали, мы добрались до этого говнопритона к полуночи. На лес опустилась тьма, но лагерь было хорошо видно из-за огня костров. И, к сожалению, только снаружи, потому как они огородили его небольшим забором, а сам он находился на холме. Но даже так с подножия я смог разглядеть крыши некоторых деревянных построек, что говорило о наличии инструментов и…
— У них есть нормальные палатки… А еще меня беспокоит тот факт, что я не вижу охраны. У них же была охрана? — отряд новеньких дружно закивал головами. — Но я её не вижу… — Араши убрала от лица бинокль и передала Идель. — Может, на деревьях сидят?
— Может, и на деревьях… А может, это хитрожопая ловушка…
Вообще я собирался подойти к штурму поселения максимально серьезно, ибо фантазия вовсю рисовала картины, где часть моей команды проваливается в волчьи ямы, часть попадает в петли и улетает ногами вверх куда-то в темноту, а оставшаяся загнана в угол острыми копьями порабощенных аборигенов. Но знаете, это очень сложно, когда у тебя…
Я посмотрел сначала на кролика, голова которого торчала из рюкзака на спине провинившейся фурии, а затем на Идель. Заноза перевернула бинокль и рассматривала свои ноги, периодически поднимая то одну, то другую.
…Когда у тебя вот такая вот дрим тим, блин, все становится очень сложным.
Немного посовещавшись, мы пришли к выводу, что неплохим вариантом будет разделиться на две группы. В первую вошли я, Либерия, кролик и новенькая. А во вторую — и вместе с тем самую сомнительную — Идель.
— …Группа крови на рукаве, мой порядковый номер на рукаве… Пожелай мне удачи в бою. Пожела-а-ай…
— Не отвлекайся, — зыркнул я на занозу. Вопреки ожиданиям, Идель как-то сразу подобралась и стала внимательно слушать. — В общем, ты аккуратно обходишь лагерь по кругу и заходишь сзади. Постарайся не спалиться раньше времени. Если станет жарко — врываешься, деморализуешь, словом, делаешь грязь. Поняла?
— Поняла, — кивнула с серьезным видом собеседница. — А что будете делать вы?
— Мы будем делать все то же самое, только через главные ворота. И да… — я посмотрел на Араши, которая продолжала тусить в сумке на спине фурии. — Вылезай уже, а то у меня сил на это безобразие смотреть больше нет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Да ладно тебе, Джек! Мы будем драться как единое целое — спина к спине! У нас не будет слепых точек и слабых мест! Мы будем дополнять друг друга как инь и янь! Союзники нас будут уважать, а враги боя…
— Вылезай, — повторил я с нажимом и добавил тяжелый взгляд, отчего кроль сразу стушевался.
— Ладно, ладно… Идея-то хорошая была…
Короче, отправив занозу в обход, мы выждали около получаса и двинулись по главной дороге. Вернее, тропинке. Но не суть.
Суть в том, что мы решили делать это максимально громко и с размахом. Я ревел во все глотку, фурии помогали, кролик… э-э, визжал, и даже Либерия издала свой гордый благородный клич.
Боюсь представить, что испытывали жители лагеря, когда услышали этот приближающийся звук, который с каждой секундой становился громче. Я еще для пущей атмосферы пару сосен толкнул. Ну, так, чтоб они совсем прониклись.
Сквозь довольно широкие щели в ограде я заметил, как в лагере начались какие-то движения, за которыми, однако, ничего не последовало.
Входить решил без стука. Просто врезался в хлипкие ворота, разнося их в щепки. Дальше по задумке должно было начаться столкновение, но увиденное заставило меня резко дать по тормозам, как, впрочем, и всех остальных, кто за мной следовал.
Весь, только вдумайтесь, абсолютно весь лагерь стоял на коленях, уткнувшись лицами в землю по направлению к нам. Следующее, что привлекло внимание, это костер в центре, за которым на грубо сколоченном троне, закинув ногу на ногу, восседала Синтия.
Все как-то разом смолкли, и на лагерь опустилась тишина, нарушаемая лишь потрескиваниями бревен в костре.
По правде сказать, это был какой-то сюр. Множество девушек без движения стоят на коленях, ночь вокруг и пламя огня — все это накладывало свой отпечаток мистицизма. Если Синтии хотелось произвести эффект чего-то мутного и непонятного, то могу с уверенностью сказать, что у нее получилось.
Собственно, тишину она нарушила первая.
— Джек, я так рада, — протянула блондинка, а на ее лице засияла счастливая улыбка. Девушка поднялась, сошла с трона и двинулась в обход огня ко мне. — Я так рада, что ты добрался. Как тебе наше поселение?
— Синтия, — огляделся еще раз. — Что тут, мать его за ногу, происходит?
— Сейчас все расскажу. Когда я приземлилась, то задумалась по поводу того, с чего же мне начать. Я представляла то, как бы поступил мой отец, но мне пришлось отказаться от этого варианта, ведь для такого нужны деньги… люди и знания. А затем я вспомнила о тебе… о “Гиперионе”, и меня осенило! Вот оно! Конечно! — она всплеснула руками. — Я много читала о том, как был устроен твой корабль, и воплотила этот замысел здесь. Скажи… — Синтия подошла в упор и посмотрела на меня снизу вверх. Я отметил, насколько заискивающим был ее взгляд. — Тебе нравится?
— Нет, мне это не нравится.
Блондинка растерялась. Вид у нее был как у нашкодившей девчонки, которую отчитывают родители.
— Но… но что не так? Я ведь… все как…
— Синтия, какого хрена тут происходит? Почему они рассматривают землю?!
— А-а… хах, извини. Вот оно в чем дело. Да, наверное, прием не стоило делать таким помпезным. Просто я решила, что тебя нужно встретить как-то по-особому.
— Ага, твои девчата уже встретили. Собирались ошейник на меня надеть, да еще и палатку сожгли.
— О, я даже не сомневалась, что ты с ними справишься. Такие ничтожества просто не смогли бы ничего тебе сделать. Как, впрочем, и мне… Они никто, Джек, а посылая за тобой никого, я заранее знала, что с тобой ничего не произойдёт. Однако, похоже, с тем, чтобы уничтожить твой лагерь, они все же справились. Не пойми меня неправильно, но мне нужно было, чтобы ты пришел. И вот ты здесь. Даже, хах, — блондинка бросила мимолетный взгляд на Либерию, — зверушку мою приволок.
