Все, что я описал, действительно напоминало то, чем мы занимались на “Гиперионе”, но с одной лишь оговоркой. Мне было пох*й. Вообще, целиком и полностью все равно. У меня не было желания во всем этом разбираться. Я не чувствовал себя частью этого поселения. Возможно, потому, что оно временное… Не знаю. Но делалось мною все без энтузиазма, а как только я закончил, то поспешил свалить подальше.
Немного побродив по лесным тропинкам, дошел до небольшого озера. Настроение было из разряда “хрен поймешь”. Вроде и хорошо все, а вроде и не то. Меня как будто пригласили на детский утренник, из которого я давно уже вырос, но мне продолжают говорить, мол, “смотри, как тут весело”.
— А-а, это наш дорогой курсант Джек, — прозвучал за спиной голос Маришки. А секунду спустя женщина подошла ближе и присела рядом на бревно.
— Неожиданно. Не помню, чтобы я нажимал на кнопку, — бросил я камешек в воду.
— Просто обратила внимание, что твой сигнал уже несколько часов не двигается, и решила проверить, в чем дело.
Мы немного помолчали.
— Что-то ты, друг, захандрил совсем. Случилось чего?
— Да, нет, не знаю… Вот такое состояние. В последнее время слишком часто себя спрашиваю: “Что я тут делаю?”
— Хах, ну, это природа. Ты спрашиваешь это, другие — своё. Самокопания вовсе не редкость, но знаешь, какой в этом плюс?
Отрицательно покачал головой. Думать не хотелось, так что просто ждал, когда собеседница сама скажет.
— Рано или поздно ты к чему-то придешь. Подобные вылазки частенько помогают найти некоторые ответы, и порой даже те, которые ты вроде как и не искал, а вдобавок позволяют видеть плюсы в самых обыденных вещах, которые со временем начинают казаться обыденными. Могу поспорить, что ты страсть как скучаешь по горячему душу, вкусной еде и нормальной постели. Хех, я, например, после первой вылазки еще месяц с собой спички носила. Ну, так… на всякий случай.
Усмехнулся. Перед глазами за секунду пролетели все три дня, что мы здесь провели. Эмоций было предостаточно.
— Мариш, а ты что-нибудь слышала про Мондштадт?
— Хм-м-м… Звучит как название пирога. Мне кажется, полное название должно бы звучать как “Мондштадт, покрытый шоколадом и карамельной глазурью”.
Мы снова замолчали. Я слушал, как тихо шумит вода в озере, наблюдал за отражением солнца на ее глади. Смотрел, как между камышей летает стрекоза.
Маришка снова нарушила тишину первой.
— Ладно, не хандрите, капитан Джек. Выше нос! Пройдут скоро турниры, все пройдет. Начнется новый этап. Просто постарайтесь заполнить это время хорошими воспоминаниями. И кстати о хорошем! Это не совсем по правилам, но я планирую привезти вам вашего медведя в маринованном состоянии, так что будет у нас сегодня вечеринка. Все равно вам делать особо уже нечего. Почти все, кто остались проходить испытание, сейчас в вашем лагере…
— О как. Но нас там чуть меньше половины от начального числа, где же остальные?
— Хах, ну, кого-то просто не устроило жить в лесу. Кого-то победил понос, и к слову, — Маришка придвинулась ко мне ближе и перешла на шепот, — таких было очень много! В общем, причины самые разные…
— Хм… А если не секрет, Банши и близняшки тоже улетели?
— Не секрет. Они встретились на второй день и ушли подальше от центра. Не похоже, что им нужна какая-нибудь помощь. Есть ощущение, что если им не сказать, то они и не вернуться в академию.
Мы еще немного поговорили о том да о сем, и Маришка улетела.
Этот день, в отличие от предыдущих, был не столь богат на события. Хотя, может, и был, но я о них не знал, потому как до самого вечера прошланговал у озера и вернулся в лагерь только когда солнце вплотную приблизилось к горизонту.
Впрочем, как выяснилось, в лагере тоже ничего особенного не случилось кроме пары стычек с участием Синтии. В частности, закусилась с блондинкой Либерия, но их вовремя разняли. В остальном же тишь да гладь.
— Собрались все! Все-все-все! Давайте, подгребаем к центру, — я несколько раз хлопнул в ладоши, привлекая к себе внимание.
— Что опять?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Не опять, а снова. Двигаем, двигаем сюда, — девушки медленно, но верно начали собираться. — Итак, барышни, у меня для вас хорошие новости.
— Мужской стриптиз? — прозвучал чей-то милый голосок с последующим общим “гы-гы-гы”.
— Все возможно, — ага-ага, вижу, в глазах сразу заинтересованность появилась. — Маришка считает, что с испытанием мы справились, а потому сегодня вечером будет мощная гулянка с участием еды и еще каких-то ништяков. Так что сильно не расходимся.
— Вроде же еще три дня впереди.
— По информации из скрытых источников все основные участники сейчас находятся здесь. То есть лес пуст. И, как видите, мы тут довольно неплохо устроились. Маришка же не увидела особого смысла затягивать испытание и дала нам возможность расслабиться перед занятиями в академии.
***
Флаеру не удалось приземлиться где-то поблизости. Маришка долго кружила над местом нашей стоянки, но в итоге плюнула и нашла небольшую поляну в пятнадцати минутах легкой пробежки.
— Вытаскивайте это наружу!
— Все можно брать?
— Все!
Выстроившись в цепочку, мы стали опустошать толстое брюхо грузового флаера. Чего там только не было! И отдельные палатки, и спальники, и, о чудо, сменная одежда, столовые приборы… Короче, все, что душа пожелает, и даже больше!
— Мар.
— Что?
— А вот этот, с красным крестом, тоже выгружать?
— Ага, — Маришка подошла ко мне и облокотилась на мое плечо. — Там микстурка лечебная. Только это, Джек… Под твою ответственность. Давайте чтобы мне потом не было стыдно.
— Что там? — спросил я с серьезным лицом. Не хотелось мне никакой ответственности.
— Спирт… медицинский.
“What?”
— Не, что-то мне не очень… — собирался уже было отказаться, но последние два слова Маришки, судя по довольному визгу, услышал не только я.
— К нам бухло привезли! Девчонки, сегодня будет весело!
На поляне поднялся такой галдеж, что я перестал слышать двигатели флаера.
— Бля-я… Маришка!
— Что? Ну какой отдых в лесу и без спиртного? Джек, это ж как море без воды. Считай это последним пунктом в моем испытании.
— Тогда уж давай под твою ответственность.
— Не-не, под мою никак. По легенде ты, Араши и вот эта хрень четырехрукая вероломно спиздили ящик с моей базы. Так что… сам понимаешь. Да и тебе, Джек, встряска пойдет на пользу.
— Да манал я такие встряски!
— Чего разбухтелся-то? Когда ты таким нудным стал? Как дед-пердед, чес-слово.
Ладно, нытье нытьем, а ящик мы все-таки забрали.
И началось.
Солнце село, но нам было все равно. В центре лагеря полыхал огромный костер. Девки пили и травили анекдоты.
— Еще одну за пятый столик!
— А хер на воротник за пятый столик не надо? — жопой придавил я крышку ящика с “медикаментами”. Решил раздавать их в строго ограниченном количестве, а то хер его знает, чем это все закончится.
— Ну Дже-е-ек!
— Хуек! Через полчаса подходите! Араши, крути мясо, чтоб не подгорело!
— Так точно, капитан Джек!
— Иди в задницу!
Идель и кролик ошивались рядом с костром, периодически переворачивая сочные маринованные кусочки нашего медведя. Запах стоял такой, что живот начинал жалобно подвывать даже у тех, кто перебил аппетит вчерашним кабанчиком.
— Мы выжили! А-а-а! Мы выжили в этом аду! — раздалось с другого конца лагеря. — Чтобы я еще хоть раз на такое подписалась!
— Да-а-а!
— Когда вернусь, первым делом полезу в ванну!
— Да-а-а!
— Туалетная бума-а-ага! — послышалось с противоположной стороны.
— Да-а-а!
— Контрафактный шоколад!
— Да-а-а!
— А акция “хер на воротник” еще действует?
— Нет!
— Да-а-а!
— НЕТ!
— Почему-у-у-у?!
Весь лагерь заполнил дружный девичий смех.
Хоть мы и исходили здесь всю округу, да и ночуем вторую ночь подряд, а лес вокруг все равно кажется каким-то злобным. Но это только за пределами нашего маленького поселения.
