В августе 1917 г. Кавказская туземная конная дивизия была дополнена двумя конными полками и переформирована в Туземный конный корпус в составе 1-й и 2-й Кавказских туземных конных дивизий. Корпус существовал до декабря 1917 г. В ноябре 1917 г. в Кавказской армии была образована Кавказская конная бригада, составленная из полков, направленных в январе из Туркестана и прикомандированных к 1-й Кавказской и 3-й Кубанской казачьим дивизиям.
Для обеспечения артиллерией дивизий, развернутых после начала и в ходе войны, потребовалось большое количество дополнительных конных и казачьих батарей. С августа 1914 по декабрь 1916 г. были развернуты конные (24–27-я, 1-я и 2-я Офицерской артиллерийской школы), конно-горные (1–5-я Заамурские) и казачьи (17 донских, 4 оренбургских, 3 сибирских, 4 забайкальских, кубанская, астраханская, амурская и уральская) батареи. Донские и Оренбургская льготные дивизии имели в своем составе казачьи артиллерийские дивизионы. В Кубанских, Сибирской, Уральской, 2-й Туркестанской казачьих дивизиях недостаток восполнялся за счет донских казачьих батарей. Дивизии, развернутые из отдельных казачьих бригад, получали ту артиллерию, которую имели эти бригады. Не имели своей артиллерии 4-я Кавказская казачья дивизия, основу которой составила 2-я бригада 2-й Кавказской дивизии, и 4-я Кубанская казачья дивизия.
Все вновь развернутые дивизии и отдельные бригады были укомплектованы конно-пулеметными командами, а с апреля 1915 г. вместо дивизионных конно-пулеметных команд стали создаваться полковые конно-пулеметные команды (4 пулемета систем «Максим» или «Кольт» на вьюках).
В это же время кавалерийским дивизиям для усиления огневой мощи были приданы автоброневые взводы из четырех бронемашин. В конце 1916 г. на Западном направлении автоброневые взводы кавалерийских дивизий, входящих в конные корпуса, были сведены в автоброневые дивизионы (8–12 машин) с подчинением их командиру корпуса. Кроме того, каждый конный корпус получил в свое подчинение батальон самокатчиков (велосипедистов).
Всего за период с начала боевых действий до середины 1917 г. количество соединений конницы (дивизий и отдельных бригад) с 29 и 9 соответственно изменилось до 48 дивизий и 7 отдельных бригад, в которых было 1220 эскадронов и сотен, при этом соотношение кавалерийских и казачьих дивизий и отдельных бригад по годам изменялось следующим образом:
июнь 1914 г. — 18 кавалерийских, 6 казачьих дивизий, 5 кавалерийских и 3 казачьих бригад;
сентябрь 1914 г. — 19 кавалерийских, 12 казачьих дивизий, 5 кавалерийских и 4 казачьих бригад;
декабрь 1914 г. — 19 кавалерийских, 16 казачьих дивизий, 4 кавалерийских и 4 казачьих бригад;
июнь 1915 г. — 20 кавалерийских, 19 казачьих дивизий, 4 кавалерийских и 6 казачьих бригад;
декабрь 1915 г. — 22 кавалерийских, 20 казачьих дивизий, 1 кавалерийская и 6 казачьих бригад;
июнь 1916 г. — 23 кавалерийских, 22 казачьих дивизий, 3 кавалерийские и 5 казачьих бригад;
декабрь 1916 г. — 25 кавалерийских, 23 казачьих дивизий, 2 кавалерийские и 5 казачьих бригад;
июнь 1917 г. — 25 кавалерийских, 23 казачьих дивизий, 2 кавалерийские и 5 казачьих бригад.
Конница Западного и Кавказского направлений соотносилась следующим образом[22]:
1914 г. — 90 и 10 %;
1915 г. — 83 и 17 %;
1916 г. — 80 и 20 %;
1917 г. — 82 и 18 % соответственно.
Количество соединений конницы изменялось таким образом:
Западное направление:
декабрь 1914 г. — 33 дивизии и 5 отдельных бригад;
декабрь 1915 г. — 37 дивизий и 5 отдельных бригад;
декабрь 1916 г. — 39 дивизий и 4 отдельные бригады;
июнь 1917 г. — 41 дивизия и 3 отдельных бригады.
Кавказское направление:
декабрь 1914 г. — 3 дивизии и 2 отдельные бригады;
декабрь 1915 г. — 6 дивизий и 4 отдельные бригады;
декабрь 1916 г. — 8 дивизий и 4 отдельные бригады;
июнь 1917 г. — 7 дивизий и 4 отдельные бригады.
Русские кавалеристы и казаки на страницах «Нивы», «Великой войны в образах и картинах», «Нового Времени» и др. изданий 1914–1917 гг.
Историк А. А. Керсновский отмечал великолепный состав русской конницы, оказавшей армии неоценимые услуги. Конница скрыла от вражеских глаз стратегическое развертывание. Она стяжала славу русскому оружию каждый раз, когда одухотворялась и управлялась достойными военачальниками. Русская конница провела до 400 атак в конном строю, в ходе которых захватила 170 орудий, нанесла поражение целой общевойсковой армии (7-й австро-венгерской 27–28.04.1915 г. у Городенки — Ржавенцев), дважды спасла свои армии (1-ю у Нерадова 03.07.1915 г. и 11-ю у Нивы Злочевской 19.06.1916 г.). Историк отмечает, как помогла 12-я кавдивизия при Руде 8-й армии, огромное стратегическое значение для Северо-Западного фронта атаки нижегородских драгун под Колюшками, как потряс австро-германские армии «наскок оренбургских казаков под Кошевом и „Дикой дивизии“ под Езерянами». И сколько раз русские пехотные дивизии и корпуса «выручались беззаветными атаками ничего не боявшихся и всё сметавших сотен и эскадронов…»[23].
Вооружение: шашка, пика (в 1-й шеренге), винтовка (со штыком — в регулярной коннице и без штыка — в казачьих частях; но в большинстве последних к весне 1915 г. также были введены штыки). Кавказские казаки пик не имели.
Конница имела отличный офицерский, унтер-офицерский и рядовой состав. Так как в мирное время (как отмечалось выше) она содержалась в строю в полном составе и выступала в поход без пополнения запасными, то фактически являлась родом войск постоянной готовности. Но потери и пополнения в течение войны несколько ухудшили личный состав. В целом конница сохранилась до конца войны лучше других родов войск. В столкновениях с кавалерией противника успех неизменно оставался на стороне русской конницы.
§ 2. Специфика боевого применения русской конницы
Вся работа конницы мыслилась исключительно в конном строю, идея боя — конный удар, причем действия должны отличаться большой активностью. И русская конница постоянно «выискивала» случаи для конных атак, большинство из которых были успешны.
Подвижность и выносливость конницы были необычайно велики: суточный переход для полков доходил до 90 км. Но этим часто злоупотребляли, что привело к сильному изматыванию конницы — особенно в начале войны (тенденция характерна для всех воюющих армий Европы). Безукоризненный конский состав сразу же был измотан, и процент отправленных в тыл лошадей оказался очень велик. В то же время прибывавшие пополнения (маршевые эскадроны) давали недостаточно хороших лошадей. Несмотря на огромный запас конского состава (свыше 30 млн) и годовой прирост в 10 тыс. коней, недостаток строевых лошадей выяснился уже с первых дней мобилизации.
Конница действовала в комбинированных строях — как конном, так и пешем. Действия в пешем строю были поставлены очень хорошо — и конница, наученная опытом, часто к ним прибегала. Охотнее других спешивались драгунские полки и казаки.
Применялись различные боевые формации, в том числе лава — когда конница вступала в бой широко расчлененным боевым порядком (причем каждая его часть применяла различные строи и приемы — в пешем или конном строю) в зависимости от обстановки.
На кавалерию, единственный к началу Первой мировой войны род войск, обладавший оперативной подвижностью, возлагался широкий спектр
