дам! Будете писать про акудзин.
Маша изобразила на лице улыбку, хотя в душе почему-то запротестовала. Вспомнился недавний странный сон о Голицыне-демоне.
— Хорошо, — кивнула она и полезла за тетрадью, но наткнулась в сумке на книгу, которую взяла из библиотеки. Так и не удосужилась выложить труд профессора Крапивницкого и таскала его с собой. Она пожала плечами — ну и ладно, все равно пригодится уже совсем скоро.
***
В конце пары Голицын раздал всем темы для курсовых и отпустил огорчённых студентов. Всех, кроме Маши.
— Я бы хотел обсудить с вами план вашей работы, — сообщил он, усаживаясь напротив.
— Давайте обсудим, — кивнула Маша и перевернула страницу в тетради.
— Дело в том, что акудзины редкие существа даже для Японии, а в нашей стране о них почти нет информации, — начал говорить Голицын, будто подбирая слова.
— Можно поискать в японской сети, перевести статьи через онлайн-переводчик, — предложила она идею.
— Можно, но слишком трудозатратно, Мари. Есть у нас в городе одно место... библиотека, куда можно зайти лишь по рекомендации или приглашению, там информации достаточно.
Маша посмотрела на него непонимающе:
— Частное собрание?
— Что-то вроде этого. Скорее, закрытая библиотека узкой направленности, куда допускаются работать научные сотрудники, ученые, профессора и так далее. Хранилище древних бумажных реликвий.
Маша даже подобралась и села за партой прямо, словно первоклашка. Поработать в таком месте! Что может быть интереснее?!
Голицын тихонько засмеялся:
— Я знал, что вам понравится эта идея, Мари. Вы прямо светитесь от любопытства.
Маша закусила губу:
— Извините, но это реально нереально! А как я туда попаду?
— Я предупрежу администратора, что придет Мария Миронова от меня, вас впустят и даже подготовят книги к вашему приходу. Только мне нужно знать, когда вы туда пойдете. Далее уже будете сами договариваться с Натальей. Наталья — это администратор.
— Сегодня! — подпрыгнула от нетерпения Маша.
— Какая вы шустрая, Мари! — засмеялся он. — Но хорошо. Раз так, то лучше приходите часам к семи. Вечером там вообще не бывает никого, так что вам никто не помешает работать. Давайте запишу адрес и телефон Натальи на всякий случай.
Она повернула к нему тетрадь, и Голицын записал данные.
— А теперь пройдемся по основным моментам, которые надо будет отразить в работе, — он вернул ей тетрадь и открыл свой ежедневник.
Маша кивнула и приготовилась записывать. Но мысли уже были в книгохранилище, куда имели доступ только «избранные». Почему-то она представляла себе подземный бункер со арочными сводами, скудным освещением и стеклянные «аквариумы», где хранились самые редкие и ценные экземпляры.
— Мари, вы тут? — голос Голицына вывел ее из мира грез и вернул в реальность.
— А, да. Да, мы пишем план, — кивнула она, пытаясь скрыть смущение.
— Пишем план, — улыбнулся он. — Не совсем план, план вы мне потом сами расскажете. Просто основные моменты, которые надо затронуть. Про происхождение, первые упоминания и место в фольклоре стоит написать кратко — это не самое важное.
— Поняла, — кивнула Маша и сделала запись в тетради.
— Надо более подробно остановиться на особенностях акудзин, — продолжал Голицын. — Как и чем питаются, зачем питаются эмоциями людей. Что бывает, если вовремя не остановятся во время трапезы...
— Извините, Марк Юрьевич, — прервала его Маша, — а почему вы говорите о них в настоящем времени?
Он поднял на нее взгляд и посмотрел как-то слишком пристально. Настолько пристально, что ей стало не по себе.
— Просто мне так удобнее, — бросил он и продолжал. — Еще нужно описать их сверхспособности — перемещение в пространстве и так далее — и выявить особенности этих сверхспособностей. Ну и самое главное. Считается, что против акудзин нет оружия. Начав питаться страхом людей, они его усиливают и человек теряет контроль, поэтому не может противостоять акудзину. Вам надо попробовать отыскать слабые места этих существ, пусть даже это будет только ваша теория.
Голицын оторвал глаза от ежедневника и посмотрел на Машу. Она задумалась. Снова вспомнила странный сон. Заметив, что он смотрит на нее, не мигая, она собралась и улыбнулась:
— Я все поняла. Может, напишу книгу, как Крапивницкий.
— У него, кстати, довольно скудные сведения. Минимум, так сказать.
— Ладно... — протянула Маша.
Сегодня Голицын казался сверхзагадочным. Смотрел как-то странно, иначе, словно изучая ее.
— Тогда на этом все. Я предупрежу Наталью, что вы придете в... семь?
— Да, в семь, — утвердительно кивнула Маша и поднялась. — Я приду в семь.
***
— Что там по камерам? — сходу спросил Марк, едва прыгнув в кабинет Кирилла.
— Явился не запылился, — бросил сидевший тут же Ворон. — А нас, между прочем, в восемь часов дрючить будут. И мне кажется, что сегодня никто не будет спать.
— Почему в восемь? — уточнил Марк, усаживаясь на второе кресло.
— Потому что в шесть дрючить будут Константинова. Его сегодня снова вызывают в Правление, а у нас пусто, — ответил Кирилл. — Миша отчитался по камерам. В Центре записи хранились только сутки, а за сутки в приемной у Васнецовой были только сотрудники и никого постороннего.
— Понятно, а у Макаровых?
— Там записи хранятся месяц, но за этот месяц у них были только родственники, уборщица да парочка друзей. У всех есть алиби на момент убийства.
— Все тлен... — прошептал Марк, задумавшись. — Зато моя студенточка рвется в бой и уже сегодня приступит к работе.
— Выписал ей специальное приглашение? — усмехнулся Ворон. — Мари в качестве основного блюда или десерта?
— Мари в качестве эксперта, — укоризненно глянул на него Марк. — Я вчера все обсудил с Натальей, мы подобрали Мари книги, с которых надо начать. Никого там в это время не бывает, так что все будет в порядке.
— Как же ты уговорил Наталью Николаевну на эту авантюру? — ехидно осведомился Ворон.
— Ты даже не представляешь, на что согласна женщина после качественного секса, — Марк улыбнулся. Предельно самодовольно.
— Ах, ты! Пользуешься бабами? — делано возмутился Ворон. — Одобряю.
— Хватит паясничать, — попросил Кирилл.
Он их веселья не разделял. Его ситуация очень беспокоила. Неужели Марк прав? И чтобы хоть как-то продвинуться в этом деле, нужен еще один труп?
***
В семь часов вечера Маша стояла напротив здания библиотеки и любовалась.
