— Алекс, но как насчет твоей учебы? Ты ведь не можешь просто взять и…
— Ой, к черту эту учебу, — заявил он. — Я могу вернуться, когда пожелаю. Энджи, я в диком восторге от того, что случилось. Роке просто невероятный. Кто бы мог подумать? Он уже сказал тебе, что я буду учиться объезжать мустангов, ухаживать за скотом и всякое такое? Я чувствую себя очень виноватым, что вел себя с ним как последняя скотина.
Из-за помех на линии Энджи не могла расслышать, что говорил ее брат.
— Мне нужно идти. Нас зовут обратно в самолет. Энджи, послушай, — заторопился Алекс, — мне очень жаль, что я испортил ваши отношения.
— Ты этого не делал.
— Конечно, делал, — вздохнул Алекс. — Я все время думал об этом. Я ревновал тебя к нему и хотел разлучить вас. Но это было очень низко с моей стороны — поступить так с его деньгами. И мне повезло, что моя голова все еще при мне.
— Алекс…
— Энджи, я просто хочу сказать тебе, что я люблю тебя, но мне пора самому начать заботиться о себе. — В трубке снова запищало. — Я в порядке… Береги себя… Роке…
— Алекс?
Связь оборвалась окончательно. Энджи стояла и смотрела на телефон, который крепко сжимала в руке. Ее брат наслаждался жизнью. Он в восторге. Роке внезапно из его злейшего врага превратился в самого лучшего друга. И теперь Алекс не против того, чтобы уехать от нее на другой конец света. Какое счастье, что он теперь свободен!
Энджи всхлипнула, по ее щекам потекли слезы. Ее всю трясло, и она никак не могла унять эту дрожь.
Подошел Роке и забрал у нее телефон:
— Просто сделай несколько глубоких вдохов.
Энджи покачала головой. Ей хотелось плакать.
Ей хотелось выплакать свое глупое сердце.
— Надо же, ты вдруг стал его героем.
Она стояла между ними, как рефери на боксерском ринге. Вытянув руки, она держала их на расстоянии, чтобы они не могли причинить друг другу вреда. А теперь ни с того ни с сего они решили помириться. Почему они не попытались сделать этого раньше? Ради нее?
И что делать с Надей, которая стеной встала между ней и Роке?
Роке обнял ее, чтобы утешить, но Энджи показалось, что он сделал это весьма неохотно. Они все еще находились по разные стороны баррикад. То, что Роке разрешил ей поговорить с Алексом, не означало, что он предложил ей мир.
— Прошу прощения, — все с той же неохотой сказал Роке. — Я признаю, что мне не следовало лишать тебя права удостовериться, что с твоим братом все в порядке. Но он уже вылетел, и я знал, что смогу дозвониться до него только через пару часов. Когда я преследую какую-то цель, я становлюсь бессердечной скотиной.
— Я никак не могу понять: ты отправил Алекса в Бразилию для того, чтобы сделать из него мужчину, или потому, что тебе хотелось, чтобы он оказался от тебя как можно дальше?
— Немного и того и другого, — честно признал Роке. — Вот… возьми… — Он взял со стола чистую салфетку и протянул ей.
Энджи восприняла этот жест как намек на то, что пора бы прекратить эти слезы.
— Это я должна извиняться. — Она взяла у него салфетку и вытерла глаза. — Не думала, что так расклеюсь.
— Если хочешь знать мое мнение, тебе давно следовало это сделать.
Возможно, он был прав. Много лет Энджи копила в себе эти слезы. С семнадцати лет она держала свои эмоции под контролем, потому что только так можно было чего-то добиться. Им с братом нужно было выживать. Каждое ее решение сопровождалось страхом. Если она допустит ошибку и Алекс не сможет продолжить свое обучение в частной школе, его могут отобрать у нее и поместить в какой-нибудь приют для сирот.
Потом в ее жизни появился Роке.
— Ты был прав, — шмыгнула носом Энджи. — Я не должна была разрешать Алексу управлять моей жизнью. Мне следовало прислушаться к твоим советам.
— Ты признала мою правоту? — без особого энтузиазма спросил Роке. Он подошел к окну и выглянул на улицу. — Уже поздно. Я пойду приму душ. А ты ложись спать.
Он отпустил ее и перешел на другую сторону спальни, весь такой горделивый, с только-посмей-меня-тронуть выражением на лице.
— Роке, ты считаешь себя таким идеальным. Не правда ли? — дрожа, бросила ему в спину Энджи. — Думаешь, если сбылись все твои прогнозы насчет моего брата, это дает тебе право превозноситься. Что ж, у меня есть новости для тебя.
Услышав это, Роке остановился.
— Когда ты добивался своего, ты вел себя не лучше Алекса. Алекс просто ревновал тебя. Что ты скажешь в свое оправдание за то, что превратил наш брак в бесконечную битву, в которой каждый из вас тянул меня на свою сторону? Кто из вас был старше и умнее?
Роке пожал плечами и насмешливо улыбнулся:
— Бедняжка Энджи, мы тебя совсем замучили.
Она густо покраснела оттого, что он насмехался над ней. Но не стала останавливаться:
— Да, я наделала ошибок. Я была плохой женой для тебя…
— Именно так, — согласился Роке:
— Но, по крайней мере, я не искала утешения в постели другого мужчины! — гневно добавила она.
Роке повернулся и внимательно посмотрел ей в глаза. Ей показалось, что она прочитала в его взгляде раскаяние. Он хотел что-то сказать, но она перебила его:
— И не смей извиняться.
Роке удивленно поднял брови:
— Я и не собирался этого делать. С чего бы? Ты ведь сама сказала, что была плохой женой.
Энджи захотелось бросить в него чем-нибудь тяжелым. Но вместо этого она застыла на месте, сжав кулаки, и проводила его полным ненависти взглядом, когда он выходил в свою гардеробную.
Он опять взял над ней верх. Опять сбил ее с толку. Может, он ожидал, что это она должна извиняться за то, что он оказался в постели с другой женщиной?
В дверь тихо постучали, и Энджи поспешно приняла расслабленную позу и вежливо ответила:
— Войдите.
Дверь открылась, и на пороге появилась невысокая черноволосая горничная. Она застенчиво улыбнулась Энджи и знаками дала понять, что пришла убрать со стола. Энджи улыбнулась в ответ и даже умудрилась объясниться с ней на португальском и узнать, что девушку зовут Мария. Потом Энджи ушла в ванную, чтобы почистить зубы и привести волосы в порядок. Она смотрела на свое отражение в зеркале и грустно улыбалась.
Неужели он и вправду думает, что может оправдать свою измену, переложив вину на нее? Судя по всему, это именно так, иначе он не сказал бы этого.
Энджи вернулась в гардеробную и начала перебирать вещи в поисках своей ночной сорочки. Наконец она открыла один из ящиков комода и нашла то, что нужно. Она начала доставать атласную сорочку, как вдруг под ней увидела еще одну.
Она сбросила халат, мягко упавший на пол у ее ног, и, достав сорочку, встряхнула ее, чтобы распрямить многочисленные складки. Этот наряд был настоящим убийцей страсти. Энджи держала в руках мешковатую, длиной до самых пят сорочку и победоносно улыбалась. Ей подарили эту вещь, когда она снималась для рекламы нижнего белья. Энджи даже сделала копию той фотографии и поместила себе в портфолио. Компания нижнего белья, которая заказала эту рекламу, хотела придать ей прерафаэлитский вид. Остальные модели на фотографии были одеты в сексуальное белье современных дизайнеров и служили контрастом для Энджи, которая своим нарядом, ниспадающими волнами рыжими волосами и бледной кожей являла собой прерафаэлитскую девственную скромность. Она…
