хотел. Единственное, что меня заинтересовало, так это источники бао огненного аспекта. Вот построить тепловые артефакты на их основе было бы весьма неплохо… Однако, не думаю, что у меня хватит монет на покупку такого хранилища энергии — я ни разу даже не слышал о том, чтобы камни, заполненные бао определенного аспекта, продавались в торговых рядах. Думаю, их можно разве что обменять на что-нибудь, и то, по заказу. Однако, у меня сейчас для таких заказов оплаты нет.
Для задуманного сильно не хватало накопителей. У меня в запасе было двенадцать последних хранилищ для энергии, чего не хватит для создания артефактов и полноценного обогрева — разве что снег по всему периметру растает за сутки-другие. Конечно, это тоже неплохо, но сильно не дотягивает до того, что я хочу.
Адепты работали на совесть, и давно уже окупили и испорченные камни, и сожженные деревья, но я постеснялся им об этом сказать.
— Пацаны, — негромко позвал я Грега и Василя, сосредоточенно латающих последние метры скалы. — Пацаны!
— Да?
— У меня есть деловое предложение к вам. Как насчет доставить мне от школы камни души и накопители? Скажем, штук десять того и того. Заплачу с наценкой на одну пятую от потраченного на товар.
Адепты переглянулись.
— Ну… Можем. Мы и еще что-нибудь достанем, если нам можно можно будет оставаться здесь временами, чтобы уходить подальше в пустыню.
Я задумался. Пускать никого к себе за барьер не хотелось, неуютно мне рядом с людьми, однако можно создать гостевую зону где-нибудь рядом.
— Я подумаю на этот счет, — кивнул я. — А пока мне нужны камни, накопители, мясо, крупы и хлеб. Ну, и другие долго хранящиеся продукты.
— С наценкой?
— Да. В накладе не останетесь.
Пацаны повеселели. Доделали работу под ниочемные разговоры, а потом Грег сказал, вытирая испачканные ладони о тулуп:
— Кстати, мы тут подумали насчет химеры…
— Ну? — спросил я, не ожидая дельных советов и мыслей.
— Меч против химеры не сработает? Типа, просто подловить на ее атаке в полете. С ее скоростью встречный удар будет более чем сильный. У нее, вроде, только скорость хорошая, но и у тебя неплохая, потому увернуться в прыжке она не сможет.
— Сработает меч, — пожал я плечами. — И воздушный удар сработает. Только она, тварь такая, не нападает, пока я этого жду.
В разговор подключился Василь:
— Еще вопрос. Химера без поводка ведь, да? Без контроля? Почему тогда она не нападает на других людей?
Я вспомнил, как ходил по Басхуру, встречал прохожих, и химера на них действительно не нападала. И стражников на воротах не тронула.
— Я слышал, что химерологи при создании химеры вшивают в разум зверя определенные установки: не трогать хозяина, реагировать на определенные команды. Думаю, зверушка имела установку атаковать того, кто убил ее хозяина, и к людям в целом не имеет претензий.
— Почему тогда другой монстр напал на союзников химеролога?
— Не знаю. Возможно, ему ударило по мозгам оборванным ментальным поводком, или он оказался тупее паукоскорпиона и решил, что хозяина убили те, кто находился ближе всех.
Вновь вмешался Грег, который с нахмуренными бровями обдумывал что-то:
— Убить убийцу? Зачем адепту ставить химере такую установку? Не думаю, что он размышлял о том, чтобы самому сдохнуть, но приказ выполнить.
Я хмыкнул.
— Знаешь, если бы была возможность запрограммировать созданную мною химеру, я бы просто из принципа поставил условие: убить того, кто убьет меня. Это же возможность дотянуться до своего убийцы буквально из гроба и забрать его с собой, а если не сработает — хотя бы чуточку подговнить. Почему нет?
— Допустим, — соглашаясь, поднял ладони Грег. — Но если так, на месте того адепта, я бы такой посмертный приказ внедрял в химеру, у которой уж точно получится. И здесь мало просто скорости: скоростная и слабая химера — все равно, что надоедливая муха.
— Не каждый адепт дотягивает до моей скорости, — надменно и снисходительно сказал я. А вспомнив, как та атаковала меня в момент сотворения молнии, добавил. — Да и химера умна. Или, как минимум, осторожна.
— Но и адепты без защиты не ходят. И вот мы вернулись к вопросу: а в чем смысл создавать существо, которое не пробьет щит адепта, и тем более, давать ему команду убить своего последнего врага? Возможно, у нее есть какой-нибудь козырь, раз уж на ней не экономили?
Мне такой разговор не нравился. Слова и аргументы звучали чересчур логично. Они ложились на благодатную почву и подкармливали мою паранойю.
— Может, это все вредность химеролога и предварительная ненависть к убившему его? Мол, хоть попугать напоследок внезапными атаками.
— Слабый аргумент, — обрубил Грег, а Василь кивнул. — Как-то мелочно. Как если бы тебя убили, а ты после смерти приказал блохам следовать за врагом и покусывать его, чтобы жизнь медом не казалась.
— Такая блоха может и палец на ноге отхряпать.
— Не спорю. Но, может, у нее есть какая-то особая способность, о которой ты не знаешь? Вот у адептов есть щиты. Возможно, тварь может выделять и размазывать по поверхности яды, которым класть на щиты? Или выпускать эти яды в виде газа…
Если бы все было так, как расписывают пацаны, то это облако газа химера бы запустила в комнату таверны, или выдала в лицо при битве в лесу. Но вместе с тем, были в их аргументах даже не зерна — ядра истины.
Мне очень не нравилось, куда зашел разговор, а особенно не нравилась логичность сказанного. Но реальности чхать на мои эмоции. От того, что мне не нравились факты и предположения, существовать они не перестали.
Я попросил пацанов перед выходом создать каменные пластины, которые планировал использовать для будущих мелких печатей, отдал тем остатки высушенного гербария из не до конца сгоревшей сумки — оплата за работу, которую пацаны выполнили на все двести процентов, и проводил за барьер. Напоследок предупредил, чтобы смотрели по сторонам, и если заметят химеру, пусть бросают сани и телепортацией уходят до школы. И добавил, что буду достраивать защиту, и ко мне за барьер лучше больше не телепортироваться, а ждать снаружи.
Попрощавшись, пацаны ушли. Я же вышел за защитный купол в месте, где заходил под него и внимательно осмотрелся, отыскивая любые следы, кроме своих. И то, что никаких необычных следов я не обнаружил, меня
