найти другую область применения вашим многочисленным талантам".
- Язвительный был старик.
- Ага. Кстати, мне он одни пятерки ставил, я электронику очень любил... Получилось наоборот - ты остался, а его самого на пенсию отправили, проштрафился, говорят. В чем там было дело, не знаешь? С тех пор ничего о нем не слышал. А ты?
Вместо ответа Роберт осушил свою рюмку и налил еще. "Горазд Роб выпивать, - подумала Таня, - странно, что Нину это не беспокоит, а я... хотя Женька молодчина, с тех пор как узнал про малыша, употребляет самую капельку, только за компанию. Где я раньше слышала это прозвище - Диодыч?"
Появилась Нина, обняла Таню за плечи, затормошила, защебетала о своих подвигах на кухне: обучила роботов готовить здоровую пищу для беременных, "а то у вас все жирное и соленое", - добавила она. Потом потащила Таню в другую комнату "посекретничать" и добрые полчаса, с придыханиями и закатыванием глаз, рассказывала о новом любовнике. Так что, когда они вернулись, мужчины уже сменили тему и говорили о вечном. То есть об искинах, светлом будущем и служении человечеству.
- Контроль и управление порядком на всех уровнях под силу только искусственному интеллекту, - вещал Роб, - в нашей конторе сейчас работает всего сто тридцать шесть человек. Еще в прошлом веке подобные государственные организации насчитывали тысячи сотрудников. В каждой стране, представляешь? И все равно все шло наперекосяк - войны, голод, болезни, забастовки, терроризм. Сейчас ничего этого нет благодаря умным стратегиям искинов. Знаешь, технологии тоже очень важны, но главное - алгоритмы управления людьми. Без этого, как показала история, наступает полный хаос.
- Мы, Вычислители, тоже помогаем строить верные модели управления, - гордо сказал Женя, - поэтому в нашем обществе все устроено идеально!
- Если все идеально, то почему мне нельзя ходить куда хочу? - неожиданно для себя самой встряла Таня, - почему какой-то дурацкий чип не дает мне зайти в крутой магазин и купить модную сумку? И мой ребенок, он ведь не сможет посещать Диснейленд для детей сотрудников Управления Безопасностью, так? Это несправедливо!
Она почти забыла о том, что раньше отключала свой чип и ходила, куда только пожелает. С тех пор как пропали Бланки, Таня сняла с руки и спрятала часы, которые отключали ее чип, в самый дальний угол кладовки: выбросить было жалко. Вдруг пригодятся, когда все утрясется.
- Танечка, не волнуйся, - миролюбиво зажурчала Нина, - твоему малышу я обязательно достану личное приглашение в наш Диснейленд.
- Понимаешь, милая, социальное неравенство необходимо. Это для того, чтобы у людей было куда стремиться, чем заниматься. Если всем дать все сразу, начнутся волнения, а потом и войны. Все просчитано искинами, поверь, - Женя пустился в пространные объяснения, говорил про необходимость социальных каст, про контроль потребления.
Однако Таня никак не могла успокоиться. Потому что опять вспомнила злополучных Бланков. Лучше бы она никогда с ними не встречалась!..
- Какой идиот программирует эти чипы? Почему старикам нельзя покупать сервелат? У нас что, его не хватает? А потом вы используете их тела как удобрение, а они еще счастливы, что работают на вас! Была я на этом вашем проклятом Солнечном острове!
- Прекрати истерику! Это уже переходит все рамки. Евгений, займись женой, вызови врача. Нина, мы уходим. Сейчас, я сказал! - бледный Роберт стоял, возвышаясь над всеми, похоже, он даже протрезвел.
- Я никуда не пойду, - отчеканила Ниночка, - и ты тоже. Сядь! Забыл, как мой папа тебя из дерьма вытянул? Не смей мне приказывать, придурок, а то пожалеешь, что родился.
Таня, затихнув, смотрела на Нину с изумлением, она никогда не видела ее в такой ярости.
Роберт сел.
- Значит, это не искины, а твой отец... - Жек не договорил, а Нина подхватила: "Как же, искины! Да они его забраковали еще на первом курсе! Алкаш, гуляка, тупой как пробка. Его счастье, что мне понравился! Больно уж сексуальный был. Да и сейчас ничего".
Она по-хозяйски потрепала Роба по голове.
- Принеси подруге горячего чаю, и поживее. Танечка, ты зря насчет искинов беспокоишься. Не они правят миром, кто бы им позволил!
Роб отправился на кухню и принялся там греметь. Женя попытался налить себе из пустой бутылки. У Нины зазвонил телефон, она отошла к окну, до Тани донесся ее беззаботный смех - наверное, звонил очередной ухажер. Таня почувствовала, что ужасно устала. Скорее бы все ушли и оставили бы ее в покое. Ребенок мягко повернулся внутри, она положила ладонь на живот. "Скоро ты появишься на свет, - думала Таня, - а остальное неважно. Мой человечек. Я подарю тебе волшебные часики... Никто не будет тобой управлять - ни искины, ни люди.
Настоящая свобода внутри, ее никто отнять не может..."
- Так даже лучше, - невпопад сказал Женя, обращаясь неизвестно к кому, - что искинов тоже контролируют. Ведь они созданы людьми, по сути, инструменты, обладающие интеллектом. Человеческим интеллектом, заметьте! Конечно, они тоже могут ошибаться...
Хмурый Роб, наконец, принес ей чай - в любимой синей чашке, как он угадал? Таня отпила глоточек и продолжала размышлять: "Чип вживляют младенцам сразу после рождения, так сказали в больнице, где будут проходить роды. Серж, конечно, не откажет ей в просьбе и прооперирует малыша. Но кто перепрограммирует сам чип? Надо попросить Жека. Ведь он учился у Аркадия Бланка".
Ольга БЫКОВА
В ОСЕННЕМ ПАРКЕ КРУЖИЛАСЬ ЛИСТВА
"Хотя человеческой жизни нет цены,
мы всегда поступаем так,
словно существует нечто более ценное"
Антуан де Сент-Экзюпери
Ранним утром пожилой господин в сером пальто и с тростью в руках шел по пустынной аллее парка, вдыхая его осеннюю прохладу, пропитанную запахом опавшей листвы и спелых каштанов. Он периодически ускорял свой шаг, сжимая рукоятку трости и с силой вдавливая ее наконечник в рыхлую, посыпанную мелким щебнем дорожку. Поравнявшись с газетным киоском и, заметив сидевшего на скамейке мужчину в черной фетровой шляпе и портфелем в руках, пожилой господин остановился, огляделся по сторонам и как бы невзначай подсел к нему.
- Вы опоздали почти полчаса, господин Хайд. Скоро здесь будет полно народу, - процедил мужчина в шляпе, демонстративно отодвинув рукав своего пальто и посмотрев на часы. После чего он достал из потертого портфеля тонкую пластиковую белую папку и положил ее на скамейку. - Здесь вы
