Но Люсьен не мог ограничиться одним лишь созерцанием алебастрового тела Адриенны, хотя оно, конечно, его восхищало. Девушка напоминала ему одну из мифических сирен, которые, как известно, обладают даром разжигать в мужчинах страсть невероятной, магической силы. Когда он расположился у нее между ног, она обвила руками его шею, улыбнулась ему и привлекла к себе. В следующий момент он в нее вошел. Это произошло так просто и естественно, будто они занимались любовью уже не один год. Когда член Люсьена проник в ее лоно, Адриенна испытала поистине волшебное чувство. Их тела двигались в одном ритме. Завладевшая ими страсть в скором времени достигла такого накала, что могла, казалось, испепелить их. Но этого не произошло, поскольку в следующее мгновение они испытали удивительное, почти божественное освобождение и неземную легкость. Сжав друг друга в объятиях, они воспарили в небо и, едва не касаясь головами края грозовой тучи, понеслись, словно ангелы, над огромным сумрачным лесом…
Когда они вышли из сладкого забытья, то обнаружили, что лежат на пожухлой листве и еловых иголках – точь-в-точь как в тот, первый их вечер. И так же как тогда, в изголовье у них разбросана одежда, а вокруг непроницаемой стеной стоят деревья и сгущается ночная тьма. Мир казался им зыбким и нереальным, как если бы они видели окружающее во сие.
«Уж если все это сон, – подумала Адриенна, – то лучше бы вовсе не просыпаться».
Действительность, однако, брала свое.
– Нам пора прекратить подобные встречи.
– Что такое?!
– Я пошутил, – с улыбкой заверил Адриенну Люсьен. – На самом деле я хотел бы предаваться с тобой любви не на земле, а на широкой, мягкой постели. Еловые иголки и камешки, на которых мы лежим, раздражают меня. – Он сунул руку за спину, достал острый камешек и, поморщившись, отшвырнул в сторону.
Люсьен подшучивал над Адриенной, но она этого не замечала. Наоборот, при мысли о том, что он хочет спать с ней в постели, а значит, расставаться не собирается, у нее захватило дух. Видимо, он тоже думает о будущем.
– Я должна тебе кое-что сказать, – быстро проговорила Адриенна.
Люсьен погладил ее плечи, заглянул в глаза:
– Я тоже хочу сказать тебе одну вещь.
– Сначала я, можно? – попросила Адриенна, поворачиваясь на бок, чтобы видеть лицо возлюбленного. – Дело в том, Люсьен, что мы с Лотти поначалу приняли тебя за простолюдина.
– Я знаю. Лотти мне говорила. Но почему ты об этом вспомнила? Тебя смущает то, что я рыцарь? – Он внимательно на нее посмотрел, ожидая ответа.
– Да нет, Люсьен, ничего подобного. Наоборот, не будь ты рыцарем и не владей мечом, как положено воину, тебе вряд ли удалось бы спасти нас с сестрой. Так что твое рыцарское звание нисколько меня не смущает.
– Это меня радует.
– Правда? В таком случае ты обрадуешься еще больше, когда узнаешь, что я не крестьянка, а прирожденная леди!
Выпалив это, Адриенна замолчала и устремила взгляд на аристократический профиль Люсьена.
– Прирожденная леди?
– Да. И мое полное имя Адриенна. Сестру же зовут не Лотти, а Шарлотта.
– Подумать только! Леди Адриенна, леди Шарлотта! – Люсьен говорил спокойно, однако что-то в его тоне настораживало. – А с какой стати ты все это затеяла? Зачем прикинулась простолюдинкой?
– Дело в том, – сказала Адриенна, – что мы с сестрой сбежали из дому, когда дедушка был в отъезде, и, отправляясь на ярмарку вместе с Уиллзом, решили на всякий случай переодеться крестьянками. Потом, когда я познакомилась с тобой, подумала, что ты йомен, а йоменам леди не нравятся, они предпочитают ровню. Вот, собственно, и все…
У Люсьена стала подергиваться щека, но ему было наплевать, заметит это леди Адриенна или нет. Гораздо больше его огорчило то, что Адриенна для него потеряна и придется распрощаться с мечтой предаваться с ней любви на мягкой, широкой постели. Ведь она – прирожденная леди. А леди, как известно, до замужества себе ничего лишнего не позволяют. За ними надо ухаживать, а потом жениться! Уж лучше бы он и в самом деле был крестьянином и пахал землю. Тогда женитьба на Адриенне ему бы не грозила, он мог бы просто стать ее любовником. Но теперь…
– Люсьен? – окликнула возлюбленного Адриенна.
– Да? – спросил он, поднявшись с земли и натягивая штаны.
– Ты сердишься на меня?
– Нет.
– Но… – Адриенна встала на колени и ухватилась за край туники, которую он собирался надеть. – Не все ли равно, какого мы происхождения? Ведь ничего не изменилось с момента нашей первой встречи.
– Изменилось, – жестко возразил Люсьен, прищурив один глаз. – Высокое происхождение накладывает определенные обязательства. Твой долг – жить с сестрой и слушаться дедушку, а мой – исполнить обет, данный Богу, хотя бы ради этого мне пришлось провести в боях и странствиях всю свою жизнь. Нам не следовало встречаться и уж тем более заниматься этим… – Он жестом показал, чем именно.
Бедняжка Адриенна полагала, что ее признание сблизит их еще больше, но слова Люсьена мигом развеяли все ее надежды на будущее. Только сейчас она осознала, что не следовало раскрывать ему свои карты.
– Ты, наверное, думаешь, что я шлюха? – спросила она, в упор глядя на Люсьена. – По-твоему, прирожденная леди не должна отдаваться мужчине до брака, тем более если этот мужчина – простолюдин? Я правильно тебя поняла?
– Ничего подобного у меня и в мыслях не было, – ответил Люсьен.
– Почему же ты вдруг стал со мной холоден? Неужели не понимаешь, что между нами произошло нечто важное? Ты не можешь теперь от меня отказаться!
В глазах у нее стояли слезы, она старалась говорить как можно тише, чтобы, не дай Бог, не услышали сидевшие у костра Лотти и Уиллз. Голос девушки дрожал от затаенной боли, но Люсьен не стал ее успокаивать, не решился. Он знал, стоит ему к ней прикоснуться, как им снова овладеет страсть.
– Я отношусь к тебе по-прежнему, – негромко произнес он. – Но сейчас меня гораздо, больше беспокоят мои личные дела.
– Ты лжешь! – Адриенна вскочила и, прикрывшись платьем, метнула в него гневный взгляд. – Я вполне тебе подходила как Адди, простая крестьянская девушка, а вот леди Адриенна почему-то не подходит. Интересно, почему?
– Да потому, Адди, – вскричал Люсьен, шагнув к ней так стремительно, что она невольно подалась назад, – что я никогда не лишал невинности девиц благородного происхождения!
Отвернувшись от Адриенны, он принялся дрожащими от возбуждения руками застегивать тунику и пояс с висевшим на нем мечом. В этот момент разверзлись хляби небесные и полил дождь. Люсьен провел по мокрым волосам рукой и вновь повернулся к девушке:
– Будь ты вдовой, даже замужней женщиной, твое происхождение никак не повлияло бы на наши отношения. За свою жизнь я познал немало благородных вдов и жен баронов и лордов. Не повлияло бы оно и в том случае, если бы ты была крестьянкой – простой девушкой, которой взбрело в голову побаловаться с мужчиной. Но ты – леди! И два дня назад была девственницей. Я же… – прежде чем сообщить ей самое неприятное, он сделал паузу, – в определенном смысле я тебя уничтожил!
