Осколки глины рассыпаются во все стороны, не причиняя вреда, но по телу растекаются липкие пятна.
— Мышь, твой выход! — произношу я.
Магичка, всё это время стоявшая рядом со мной картинно выходит вперёд и выставляет ладонь.
В следующий момент маленький фаербол точно попадает в голову чудовища.
Бах! Даже небольшая вспышка достаточна, чтобы воспламенить осьминога.
Он зажигается, словно новогодняя гирлянда, издавая заманчивый запах жареного мяса.
Пылающий монстр кидается к морю. Спасается бегством.
Э, нет! Мы так не договаривались!
Навстречу ползущему спруту выскакивает хрупкая женская фигурка.
Мышь.
Это кажется безумием, но только на первый взгляд.
Сегодня эти любители вечеринок поучатся у Мыши, что такое зажигать!
— Ты… НЕ ПРОЙДЁШЬ! — пафосно восклицает Мышь, и между раками и осьминогом вспыхивает огненная полоса, отсекающая его от воды.
Вдоль берега разлит жир, смешанный с воском, который пропитал песок и теперь горит мощной и стойкой стеной.
Осьминог мчится прямо на огонь. Он вцепляется своими щупальцами в почву и буквально швыряет тело вперёд. Что не сделаешь, когда у тебя в прямом смысле слова «задница подгорает».
Спрут вовсе не глуп и соображает, от кого исходит главная угроза.
Плюх.
Осьминог выплёвывает непонятную жижу в сторону Мыши.
Могущественная магесса стоит и обтекает, покрытая с ног до головы чернилами.
Я бегу к ней на помощь, чтобы прикрыть силовым щитом, но не успеваю.
У спрута оказывается козырь в рукаве.
Три плевка, и в стене пламени образуется брешь. Спрут протискивает в неё своё тело, словно желе, на какое-то время становясь совсем узким.
С шипением он погружается в воду и через мгновение скрывается в морской пучине.
Вслед за ним обращаются в бегство ракообразные, не заботясь о порядке и строе.
Они полностью деморализованы. Их большому боссу взяли и поджарили пятую точку, из-за чего он так бесславно сбежал с поля боя.
Так что монстры поменьше скрываются в море даже быстрее своего предводителя.
Да так споро, что им в спину успевает прилететь лишь одна волна дротиков.
Вот тебе и могучие порождения «большой воды».
Ну, хоть мы и не достигли безоговорочной победы, но форпост остался стоять на своём месте, а волна монстров с позором сбежала с поля боя.
Думается мне, это вполне себе приемлемый итог.
Можно сказать, что в этот раз мы одержали победу.
Вот только это не похоже на последнюю битву.
* * *
В итоге Мышь всё утро тратит на то, чтобы отмыться от чернил.
Эта субстанция оказывается крайне клейкой. А ещё радикально чёрной. И ещё вонючей.
Алиса даже попыталась добыть с Мыши немного чернил для дальнейших экспериментов в своём «научном центре».
Бумага-то у нас есть, а вот писать на ней толком и нечем.
Но, наткнувшись на ледяной взгляд магессы, моя супруга решила отложить свои изыскания до лучших времён.
Кто бы мог подумать, что у осьминога есть такая мощная козырная карта?
Если мы хотим его победить, то во что бы то ни стало нельзя позволять ему возвращаться в море, так как огонь — единственное оружие, которое нанесло монстру хоть какой-то ущерб.
Но как это осуществить?
Да, мы отбились сейчас, и это, безусловно, хорошо, но проблема не решена.
Не будем же мы постоянно держать в будущем порту большой гарнизон вместе с Мышью.
Устраивать подобные дискотеки с фаер-шоу каждую ночь не входит в мои планы.
К тому же как строители смогут заниматься флотом, если им постоянно будет угрожать Спрут-Затворник?
Ведь он может и корабль подстеречь.
В общем, уничтожение монстра становится вопросом первоочередной важности.
По этой причине я организую в своей палатке военный совете, на который собираются Гюнтер, Пирра, Мышь, Алиса и Третий.
Вопрос на повестке дня очевиден — как удержать на берегу осьминога?
Мозговой штурм длится больше часа. Участники предлагают десятки идей, большинство из которых отбрасывается с порога.
Но интересные предложения всё же появляются…
— А давайте его просто приклеим к земле! Можно изготовить клей или что-то подобное, чтобы осьминог влип в него, как тараканы в ловушку, — предлагает Гюнтер.
— И как ты собираешься это осуществить? — фыркает Мышь. — Мало того что ты ещё попробуй сделать такой клей, способный удержать этого моллюска-гиганта, так ты ещё и к чему его приклеивать собрался? К песку? Он даже не заметит этого!
— Можно яму выкопать, чтобы его замедлить, — уже не так уверенно предлагает мужчина.
Однако его идея не находит поддержки, и Гюнтер хмуро замолкает.
— А если сделать большую сеть и накрыть ей осьминога? — спрашивает Алиса.
— Монстр слишком велик, это первое. Изготовление такой сети займёт не один день. К тому же он слишком силён. Либо порвёт сеть, либо просто уползёт с ней в море, это второе, — решительно отвергает идею Третий.
С его авторитетом соглашаются и желающий спорить не находится.
— О! А если его отравить? Например, подсыпать что-нибудь в еду. Сквидвард или Лола наверняка смогут что-то такое предложить, — осеняет Мышь. — Или, может, его хотя бы понос прихватит! Тварь проклятую!
Кожа Мыши до сих пор сохраняет интригующе тёмный оттенок. Интересно, Малой мечтал когда-нибудь о супруге мулатке?
— Перспективный вариант, — киваю я. — Но кто знает, какой у него обмен веществ, и что для него ядовито. Да и сколько надо того яда, чтобы воздействовать на эту громадину. Он вон доски целиком проглатывает, и хоть бы хны.
Палатка снова погружается в гробовую тишину. Действительно, непростую задачу подкинула нам Система. Но подождите-ка минуточку. Осьминог же пожирает всё, что попадётся ему на пути! Может быть, можно использовать это против него?
— Кажется, у меня появилась идея, — моя улыбка превращается в оскал. — Но для этого надо подготовиться.
* * *
Новая ночь, новая атака.
На этот раз во главе волны монстров двигается сам осьминог, его тело усеяно десятками ожогов — пламя успело нанести ему серьёзный ущерб.
И всё же регенерация у него на высоком уровне, так что сил монстр явно не утратил.
Вместо того чтобы сразу же броситься в атаку, ракообразные в этот раз вообще не выходят из воды.
Они предоставляют спруту полный карт-бланш, а сами наблюдают за происходящим с безопасного расстояния.
На этот раз спрут действует не так самонадеянно, как раньше. Видимо, своевременная порция боли немного прояснила ему мозги, если у него вообще они есть.
Теперь спрут активно защищается, выплёскивая чернила на любые попытки приблизиться к нему.
Он тщательно перестраховывается, ползёт по берегу медленно, словно
