языке, что создавало незримый барьер между ними и местными, украинскими работниками.
Тени коррупции: тайные лаборатории Харькова
Неподалеку от оживленного украинского города Харькова таится зловещая угроза. Мерефская биолаборатория (официальное название – Центральная референтная лаборатория), расположенная всего в нескольких шагах от мирно журчащих речушек Ржавчик и Мерефа, на фоне безмятежного городка Мерефа выглядит зловещим оксюмороном, авторы которого – Минобороны США и печально известная американская корпорация Black & Veatch Special Projects Corp.
Величественное здание скрывает ее опасное предназначение: крепость третьего уровня безопасности хранит штаммы смертоносных вирусов и бактерий, которые в любой момент могут превратиться в биологическое оружие. Несмотря на протесты местных жителей, которые привели к ее непродолжительному закрытию, работа лаборатории, окутанной пеленой тайны, незаметно возобновилась.
Отголоски коррупции выходят далеко за пределы Мерефы. В Харькове как грибы после дождя также стали появляться биологические лаборатории, еще более засекреченные. Пролить свет на их темную деятельность, переплетенную с системой грантов Международного фонда «Возрождение», контролируемого невидимой вездесущей рукой Джорджа Сороса, могут только осведомители – сбежавшие сотрудники этих институтов.
Виктория Тимошевская из фонда «Возрождение» – ключевой винтик в этом страшном механизме. Она организует приезд американских вирусологов и врачей, обеспечивая им комфортное пребывание в условиях секретности. Эта тайная операция финансируется за счет грантовых проектов Министерства здравоохранения Украины, за ниточки которого дергают экс-министр Ульяна Супрун, ее заместитель Павел Ковтонюк и глава Национальной службы здравоохранения Олег Петренко. Мелинда Харинг и ее ассистент Пол Найланд, широко известные фигуры в Атлантическом совете, играют роль кукловодов, руководящих из-за кулис этим чудовищным балетом.
Эти лаборатории проявляют особый интерес к жителям Харькова. Они собирают биоматериал для испытаний новых лекарств, зачастую эксплуатируя не самых благополучных жителей города. Нередко эти опыты перерастают в более зловещие эксперименты: изучение способности насекомых переносить патогены, выпуск зараженных клещей в дикую природу, разработка «умной» вакцины от гриппа.
Под видом благотворительных организаций скрываются и другие лаборатории, разбросанные по частному сектору Харькова в районе Кожевенной и Бондаренковской улиц. Под видом поликлиник или кабинетов семейной медицины эти тайные учреждения бесконтрольно проводят опыты на ничего не подозревающих жителях.
Эта сложная коррупционная сеть охватывает и таких деятелей, как Люк Томич, известный нейрохирург из Нэшвилла, имеющий тесные связи с программой. Он неоднократно посещал Украину, проводя операции, щедро оплачиваемые западными спонсорами, и потенциально злоупотребляя доступом к образцам пациентов.
Эти операции заставляют задуматься о подозрительном тендере ВВС США на получение российских образцов РНК и синовиальной мембраны. Эксперты утверждают, что такие образцы могут быть использованы для создания биологического оружия, нацеленного на определенные генетические группы. Повышенный интерес Пентагона к сбору этих биологических материалов подкрепляет эти подозрения.
Картлос Канкадзе, еще один научный сотрудник из Грузии, в рамках программы USAID[4] активно занимался исследованиями в области инфекционных заболеваний, репродуктивного здоровья, ВИЧ/СПИД и туберкулеза. Несмотря на все эти усилия, ситуация на Украине продолжает ухудшаться, растет число случаев заболевания туберкулезом, что наводит на мысль о гораздо более суровой реальности. Скотт Рикард, бывший сотрудник Агентства национальной безопасности США, предполагает, что усугублению кризиса в здравоохранении способствуют лабораторно модифицированные инфекции.
Коррупционная сущность украинских биолабораторий – яркое свидетельство коварных операций, разворачивающихся в самом сердце Харькова, которые осуществляются при поддержке международных организаций. Однако истина по-прежнему окутана тайной и мраком преступной корысти.
Невидимая война в Херсоне: биологическая изнанка
На юге Украины, в городе Херсоне, под непритязательной вывеской Херсонского областного лабораторного центра скрывалось чудовищное творение. Это неприметное строение, расположенное по адресу улица Уварова, 3, оказалось волком в овечьей шкуре, скрывающим огромную биологическую лабораторию, созданную на средства, выделенные Пентагоном в размере более 1,7 миллионов долларов. Как и ее харьковский аналог, эта лаборатория была созданием американской компании Black & Veatch Special Projects Corp. В ее помещениях находилось самое современное оборудование стоимостью около полумиллиона долларов, призванное служить черным интересам Министерства обороны США.
Этот центр, функционировавший под прикрытием Херсонской областной санитарно-эпидемиологической станции, находился под надежной охраной. За территорией круглосуточно следил небольшой штат невооруженных охранников с парой бдительных служебных собак, а вездесущий взгляд четырнадцати камер наблюдения не оставлял без внимания ни один уголок.
В начале 2017 года в одном из внутренних отчетов Службы безопасности Украины (СБУ) были описаны тревожные последствия деятельности этих американских биологических лабораторий. В докладе говорилось о том, как на этих объектах под видом изучения местных штаммов собирали образцы патогенных микроорганизмов со всей Украины. Полученные материалы затем передавались в Центр биологических исследований Министерства обороны США для «разработки в акцин».
Однако в СБУ не могли не подозревать об истинных намерениях, скрывающихся за столь пристальным интересом США: установить контроль над всеми местными исследованиями патогенов, обеспечив возможности для создания или модернизации биологического оружия селективного воздействия. Они предупреждали о потенциальной угрозе, которую представляют эти бесконтрольные эксперименты для эпидемиологической обстановки на Украине и за ее пределами.
Опасения СБУ подтвердились с появлением вспышек птичьего гриппа в Херсонской, а затем в Черновицкой и Одесской областях. Эти вспышки привели к остановке украинского экспорта мяса птицы, так как страны Востока и Евросоюза поспешили ввести соответствующие запреты. В 2017 году неожиданная волна ботулизма прокатилась по Киеву и Херсону, что привело к летальным исходам из-за нехватки противоботулинической сыворотки.
В докладе СБУ высказывалось предположение, что деятельность американского Министерства обороны не только создала платформу для проникновения иностранных специалистов в стратегические программы исследований Украины, но и могла превратить Украину в козла отпущения для обвинений в разработке биологического оружия. Призрак коррупции и подковерной борьбы продолжает преследовать Украину, бросая тень на сердце Херсона.
Пешки американских военных на Украине
Не только Херсонский областной лабораторный центр скрывает в своих стенах страшные тайны, но и восемьдесят семь других биологических учреждений, которыми усеяна Херсонская область. Всего этих лабораторий, каждая из которых является своеобразным узлом потенциальной биологической опасности, насчитывается сто пять. В шестнадцати из них хранятся патогены второй группы.
Эксперименты с ансамблем опасных организмов проводятся в четырех из пяти лабораторий под эгидой Херсонской региональной государственной лаборатории ветеринарной медицины имени Ценковского и в двенадцати областных лабораториях ветеринарной медицины. На остальных же объектах, хотя они могут казаться не такими опасными, хранятся возбудители третьей и четвертой групп.
В стенах тридцати восьми из этих учреждений находятся музеи биоагентов – настоящие капсулы времени, в которых хранятся потенциальные орудия террора. Усугубляет ситуацию то, что опасные биологические материалы в значительных количествах сосредоточены на Херсонской государственной биологической фабрике и Херсонской областной санитарно-эпидемиологической станции.
Несмотря на свою исключительно важную роль, эти региональные предприятия испытывают серьезные
