тот игрался с Гермионой.
— Почему она не уходит? Почему становится только ближе? — прошипел он и потянулся к третьей сигарете.
— Посмотрите на это! Да ее же нельзя оставить одну! — раздался вдалеке крик Пэнси.
«Ты знакома с Паркинсон? А я думал, ты не умеешь заводить правильных друзей… интересно», — мысленно обратился Тео к Гермионе.
Внезапно возникшая гордость за нее тепло растеклась по телу, заставляя уголки губ приподняться. Приятное мимолетное чувство, обволакивающее его гнилую натуру. По ощущениям было похоже на действие лекарственного препарата при болезни.
Возникшая злость стала проходить так же быстро, как и появилась.
— Не маловат еще, чтобы курить, Нотт? — раздался голос за спиной.
Как долго Тео копался в себе, что упустил момент, когда Драко покинул компанию Гермионы?
Подойдя к нему, Драко облокотился локтями на перила и теперь тоже наблюдал за Гермионой, Пэнси и Седриком. На его лице сияла самодовольная улыбка.
— Что за стремный оскал, Малфой? Так на тебя ни одна девушка не посмотрит, — спокойно проговорил Тео, закуривая третью сигарету.
— Значит, ты видел, как она жаждала моего внимания? Уже чувствуешь вкус поражения? — довольно спросил Драко. — Ауч, — прошептал он, когда увидел, как Гермиона отпихнула от себя Седрика, заставляя того сделать несколько шагов назад, чтобы поймать равновесие.
— Интересно, что ее так взбесило? — Тео тоже внимательно наблюдал за стычкой.
— Я ей отказал, вот она и срывается на бедном пуффендуйце, очевидно. — Драко скучающе подпер ладонью подбородок, делая вид, что не озабочен происходящим.
Последние слова эхом отдались в висках. Он проигрывал? Так скоро? Нет, он не мог позволить Драко выиграть. Он должен доказать отцу, что не зря пошел именно на Слизерин. Должен показать, что его решения и действия могут приносить выгоду семье.
Он обязан выиграть. С помощью девчонки он сможет опозорить Малфоев, и их компания, без сомнений, упадет в рейтингах. Отец будет гордиться им. Он, наконец, признает в нем своего наследника!
Что бы сейчас ни происходило, это еще не конец. И пускай Драко соблазняет ее сколько хочет, Тео все равно победит, ведь его план был куда изощреннее простой игры на чувствах. Беспощадный и подлый, но все же план.
Он залез в карман брюк и достал телефон.
— Стоило бы уже привыкнуть, что твоя семья всегда на втором месте, — продолжил Драко, наблюдая за его реакцией.
— Так ли всегда, Малфой? — Тео косо посмотрел на него, наслаждаясь, как тот поменялся в лице, плотно стискивая зубы. Без сомнений, он вспомнил о событиях двухлетней давности, когда Тео настолько сильно запятнал честь Малфоев, что бедному Люциусу пришлось потратить немало сил и средств, чтобы стереть последствия действий сына.
— Слишком много болтаешь, — только и сказал Драко.
— Заметь, не я начал наш диалог, — безучастно проговорил Тео, набирая на телефоне сообщение: «Ты в академии?».
В его глазах промелькнула недобрая искра, когда он увидел «Да» в ответе. Это придало ему уверенности. Он повернулся к Драко.
— Может, ты и привлек внимание Грейнджер, но выиграю все равно я. Как-никак, мы с ней одногруппники. Идеальная ситуация, чтобы сблизиться, не считаешь? — Тео не смог сдержать хитрую улыбку.
Набрав на телефона: «Встретимся в нашем деканате», он поспешил покинуть Драко, не давая ему возможности ответить на последние слова.
Сегодня он начнет приводить план в действие. Задумывался ли он, что могут пострадать другие? Нет. Им двигало только сильное желание доказать отцу, что он в состоянии достигать своих целей. И он готов пойти по головам, лишь бы добиться этого.
Тео понимал, что, когда опозорит Драко, под удар попадет и Гермиона, ведь, как известно, пресса никогда не упускает возможности раздуть из мухи слона. Она точно возненавидит его, начнет презирать…
«Плевать», — отметил про себя Тео, заходя в деканат Слизерина.
Чжоу сидела на диване, с интересом изучая картину, на которой девушка была прикована наручниками к кровати. Она выглядела напряженной и отстраненной.
— Не нравится такой вид? — Шепот около уха заставил ее подпрыгнуть от неожиданности.
— Т-тео! Напугал, — смущенно проговорила Чжоу, разворачиваясь к нему. — Что ты хотел?
— Квиррелл просил зайти в его кабинет, чтобы забрать материалы для будущей пары. Сказал, нужно два человека. А я вспомнил, что у тебя сегодня вроде плавание, вот и подумал…
«Блядь, Квиринус же только со следующего года, вот я идиот», — мысленно отругал себя Тео за глупую ошибку.
Однако Чжоу мило улыбнулась и послушно кивнула.
— Да, конечно, я помогу. Где его кабинет?
Тео не знал, как реагировать: радоваться, что она неосведомленная, или грустить, что отец спонсирует академию, в которую принимают таких глупых людей. И как она вообще прошла отбор?
— Слушай, я не спрашивал, а как ты прошла отбор у нашего декана? Говорят, девочек он валит только так. — Тео прошел к фиолетовой двери, на которой висела золотая табличка «Квиринус Квиррелл. Преподаватель Камасутрологии».
— Н-ну… я… — замялась Чжоу, сильно покраснев. — Я сделала минет… — Она обратила внимание на золотую табличку, когда Тео открывал дверь. — Погоди, камасутрология? Она же только на втором кур…
— Минет, говоришь? Отлично, — перебил он ее, не в силах сдержать коварную усмешку.
— Тео, что ты дел…
Он силой протолкнул Чжоу в кабинет и закрыл за собой дверь на замок.
Чжоу упала на ягодицы, упираясь руками в пол позади себя. Она была напугана: губы подрагивали, колени сжимались, дыхание заметно участилось. Он видел, как ей было страшно, и это воодушевляло. Ощущение власти и контроля придавало смелости и решительности на осуществление задуманного.
Чжоу была ключом к его победе в пари. Он, конечно, мог бы, как Драко, играть в соблазн, да и, по правде, он хотел бы сблизиться с Гермионой, однако… Он не хотел зависеть от чувств, поэтому сейчас стоило сделать то, что всегда приносило победу, — воспользоваться другим человеком, заставив его сделать всю грязную работу за себя.
— Я изучал твою биографию, — начал Тео тихим, зловещим голосом. — Карьера порноактрисы — твой единственный шанс финансово спасти свою семью, не так ли?
Чжоу шумно сглотнула, медленно отползая от него.
— Молчишь? — Приглушенный смешок. — Я прав, я всегда прав.
Тео неспешно подходил к ней, дожидаясь момента, когда она упрется в стену. Он не видел перед собой девушку, для него она была лишь средством достижения цели. И ему было плевать, что она чувствовала, плевать, что по ее щекам текли слезы, плевать, что он поступал неправильно… Плевать.
— Не бойся. — С каждым шагом в ее глазах появлялось все больше отчаяния и страха. — Будешь хорошей девочкой, и у тебя появится шанс спасти свою семью от жалкого существования. Выберешь другой путь — и ты
