это, выйти в мир и зарабатывать на жизнь".
Амбри изогнул идеальную бровь. "Возможно, вы бы добились большего успеха, если бы не пытались уговорить платящих клиентов не нанимать вас".
Я снова захихикал, чувствуя себя легче, несмотря на себя, и посмотрела на этого странного человека, который вошел в мою жизнь.
Или проскользнул через щель в окне?
"Все то негативное дерьмо, которое я испытывал по отношению к своей работе, было как зыбучий песок", - сказал я. "Чем больше я боролась с ним, тем больше оно засасывало меня. Пока..."
"Пока?"
"Пока я не нарисовал тебя в виде демона. Из моих снов, наверное. Из тебя получился чертовски красивый падший ангел, Амброзиус. Без обид."
"Не обижаюсь".
"Эти наброски... они возродили во мне чистое желание рисовать просто ради рисования. Как будто я воссоединился с чем-то, что потерял. Все вернулось, и на несколько коротких минут стало неважно, что говорят маленькие голоса". Я горько рассмеялась. "Звучит безумно, не так ли?".
Наступило короткое молчание, и казалось, что Амбри что-то перебирает в уме. "Нет", - сказал он, наконец. "Ты не сумасшедший. И тебе не снился сон. И никогда не снился".
Я откинулся назад в своем кресле. "Что ты имеешь в виду?"
"В эту часть тебе, возможно, трудно поверить, но ты должен знать правду, чтобы мое предложение сработало. Чтобы ты не скатился к неизбежному".
"Хорошо", - медленно сказал я. "Что такое правда?"
Его сине-зеленый взгляд пронзил меня. "Я такой, как ты говоришь. Существо подземного мира. Демон".
"Правда? Демон?" Я начала смеяться, но это быстро угасло при виде выражения его лица. "Я был прав. Ты собираешься убить меня, не так ли?".
"Думай о снах, Коул Мэтисон. Ты действительно веришь, что спал?"
Не совсем, - последовал немедленный ответ, но я отверг его. Конечно, отверг. Какова была альтернатива? Что он говорил правду?
"Это... нет. Невозможно. Я тебе не верю".
Амбри фыркнул. "То, во что ты веришь, не имеет никакого отношения к реальности". Он сел поудобнее и скрестил ноги, положив одну лодыжку на одно колено. "Твоим главным заданием будет написать мой портрет - мой человеческий портрет. Ты должен изобразить меня так, чтобы это было подобающе члену пэрства. Я полагаю, это займет некоторое время - полное тело, с высокой детализацией и тому подобное?"
Я слабо кивнул.
"В промежутках между этими работами я позволю тебе рисовать меня в моем истинном облике так часто, как ты захочешь. Эти рисунки ты можете продавать по своему усмотрению. Подозреваю, что они принесут тебе кругленькую сумму".
"Твоя истинная форма..."
"Да, Коул. Та форма, в которой я впервые открылся тебе". Амбри встал и подошел к окну. "Форму, которую я принял после своей безвременной смерти весной 1786 года".
По мере того как он говорил, его сине-зеленые глаза темнели, чернели, пока не превратились в ониксовые шары. Пернатые крылья пробились сквозь ткань его костюма и распустились.
Этого не может быть...
"Я выбрал это существование, когда человечество отвергло меня", - сказал он, гнев окрасил его слова. "После предательства каждого человека, который должен был заботиться обо мне - моих родителей, моего дяди, моего возлюбленного... Они разрушили меня, бросили меня, убили меня. Но теперь... теперь я великолепен". Он повернулся ко мне лицом, его глаза стали чернейшими ямами на бескровной белой коже, кончики крыльев задевали стены. "Теперь меня нельзя игнорировать".
Я уставился на него. Реальность и мои сны сливались друг с другом, соединяясь и переплетаясь, и настаивая на том, что они не отдельные сущности, а одно целое.
"Ни одному человеку не суждено увидеть меня во всей красе", - продолжал Амбри. "Но я дам тебе это, Коул Мэтисон. Я отдам тебе всего себя, чтобы ты мог продать меня всему миру и сделать свое имя. Свое состояние".
Я тяжело сглотнул; мне потребовалось три попытки, чтобы обрести голос. "Это... реально?"
"Действительно", - сказал Амбри, и в следующее мгновение он снова стал красивым мужчиной, стоящим у окна. "Немногие люди встречали наш род во плоти, и большинство не сохранили рассудок надолго после этого. Но ты будешь другим. Любимым. Прославленный своей художественной изобретательностью. Бесспорным мастером. А у меня будет портрет, которого мне не дали при жизни". Он наклонил голову. "Мы договорились?"
Ранее, на мосту, я был пустым. Истощен. Мое самосохранение было маятником, качающимся туда-сюда всю ночь, но я не был готова к... чему бы это ни было. Фаустова сделка. Или к полному погружению в безумие.
Я поднялся со стула на дрожащих ногах и попятился к двери, не сводя с него глаз. Я едва осмеливалась моргнуть. "Н-нет сделки".
Амбри сцепил руки за спиной.
"Я вижу тебя, Коул. Возможно, когда никто другой этого не видит. В твоих глазах светится страх, но в них есть и искра жизни. Твой артистизм. Твое дикое любопытство. Я вдохновляю тебя. Я чувствую его вкус. Я чувствую его тепло. Ты жаждешь меня..."
"Нет." Я попятилась к двери, нащупала ручку. "Нет, я... я не могу".
Он улыбнулся, не обращая внимания. "Ты знаешь, где я, если передумаешь".
"Не передумаю".
"Будешь, Коул Мэтисон. Ты вернешься, чтобы забрать у меня то, что хочешь. Ты же человек, в конце концов". Его самоуверенная ухмылка скользнула. "Это то, что они делают".
Я поспешил к выходу, бежал по шикарным коридорам, как будто Амбри гнался за мной. Но он сдержал свое слово и отпустил меня. Вместо этого меня преследовала мысль, почти такая же тревожная.
Он прав... во всем.
Перевод: https://t.me/justbooks18
Глава 10
Я дошел до улицы Флуд.
Холодный ветер, казалось, пронизывал меня насквозь. Час был слишком поздний для такси; на улицах двигались только тени и я. Я кутался в пальто и шел против порывистого ветра, пока не смог идти дальше. Я не хотел идти дальше.
Что меня ждало? Крошечная комната с разбитым окном. Без камина. Никакого тепла. Черные стены и горячая плита.
И пустая кровать.
Я остановилась и, щурясь от ветра, вернулась к зданию Амбри. К комфорту, теплу и ему.
"Настоящий демон?"
На этот вопрос я не мог ответить. Но то, что заставило меня обернуться, было именно тем, о чем
