Лемонс! — позвал я лекарей.
На секунду они обернулись на меня и смерили таким бешеным взглядом, будто я предложил им бросить ребёнка умирать, однако же в мои задачи это не входило.
— У девочки инициация, — попытался я прояснить ситуацию. — Она могла бы быть сильным магом огня. Держите её на этом свете, сколько можете. По возможности, Эльза, если выйдет, сформируй хотя бы основные меридианы энергоканалов. А я скоро вернусь с тем, кто, надеюсь, поможет ребёнку пережить этот процесс.
Переноситься телепортом во дворец явно было хреновой идеей. К тому же не было у меня там безопасного места для подобных фокусов. Даже если бы я перенёсся напрямую в башню, принадлежащую Нифельхам, оттуда бы мне пришлось выходить и обращать на себя внимание. Как бы то ни было, но пропуски на вход и выход существовали не просто так. Да и отметки о посещении дворца охрана ставила стабильно, и в конце смены можно было с лёгкостью сверить количество прибывших и убывших по журналам и обнаружить, что в прибывших меня не было. Поэтому пришлось вынимать Гора из своего собственного «Ничто» и на нём лететь в сторону дворца.
Уж что-что, а с учётом переполненного резерва Гор себя чувствовал не просто прекрасно, он развивал просто шедевральные скорости. Заодно и чувство тошноты и несварения слегка отступило, ведь я постарался вбухать в Гора как можно больше имеющейся, переполнявшей меня силы. На удивление, тот едва ли не искрился радугой.
Летя в сторону дворца, я услышал:
— Почаще бы ты меня так кормил. Это даже лучше, чем мороженое, — со смешком и с неким протяжным удовольствием промурчала химера.
Мне сегодня однозначно везло, что я могу сказать. Пропустили меня без задержек во дворец. К тому же, по утверждению Мурки, принцесса вместе со своей гувернанткой из дворца сегодня не отлучались и сейчас занимались изучением этикета в малой столовой.
Я попросил Мурку немножко подыграть мне для того, чтобы мне не пришлось пробиваться в столовую через охрану. Нужно отдать должное химере: она постаралась и выполнила мою просьбу филигранно. Стоило мне приблизиться ко входу в малую столовую, как из-за дверей послышался звон столовых приборов, грохот разбившейся посуды и вскрики. А следом за этим дверь распахнулась, и на пороге появилась взъерошенная Мурка с шерстью, вставшей дыбом. Увидев меня, она метнулась мне на руки и принялась мурлыкать.
Следом выбежала Елизавета Алексеевна, а за нею и фрау Листен. Увидев кошечку у меня на руках, они обе нахмурились очень похоже. Говорят, дети неосознанно копируют мимику того, кто проводит с ними больше времени. Сейчас я имел возможность лицезреть подтверждение сему факту.
— Мурка! — возмутилась, принцесса. — Ты плохая, плохая девочка! — химера вжала голову в плечи и прикрыла морду своим белоснежным хвостом. — Что ты устроила на уроке? Я же только почти запомнила, какой вилочкой что нужно делать! И кто теперь будет отстирывать суп со скатерти?
Пока я передавал химеру обратно на ручки принцессе, то невольно встретился с фрау Листен взглядом. Она поджала губы и неодобрительно покачала головой.
— Я полагаю, что причина для прерывания урока принцессы должна быть веская, — сказала она, чуть завуалировано приглашая меня объясниться.
Я смело встретил её взгляд.
— Ну, если веской причиной можно считать спасение жизни одной маленькой девочки, небезызвестной вам, то да, причина веская.
Фрау Листен нахмурилась, бросив мимолётный вопросительный взгляд на принцессу. Я лишь отрицательно покачал головой, развеяв её тревоги. Тогда фрау вновь нахмурилась, пытаясь сообразить, какой из девочек может грозить опасность.
— Храм, меньше недели назад, — подтолкнул я её в нужном направлении.
— Когда я покидала Настеньку, она была жива и здорова, — нахмурилась фрау Листен.
— Да, в отличие от вас. Но спустя несколько дней у Настеньки случилась магическая инициация, и сейчас, как вы понимаете, одна часть её сущности борется с другой. Если вы ничего не сделаете, то, возможно, все ваши предыдущие старания пропадут всуе.
Я видел, как колебалась фрау Листен, вполне понимая, что от неё требуется, но при этом растерянно взирая на принцессу, с которой она должна была проводить занятия.
— Я думаю, принцесса не расстроится, если мы сегодня проведём небольшое практическое занятие по оказанию первой медицинской помощи? — постарался я прийти на помощь гувернантке. Тем более, что это было в моих интересах. — Вдруг какой-нибудь порез, или вывих, или что-нибудь в этом роде случится, чтобы она смогла оказать помощь как себе, так и Мурке, — улыбнулся я, присев напротив принцессы, чтобы оказаться взглядом на одном уровне с ней. — Как вы относитесь к этой идее, Ваше Императорское Высочество? Хотите научиться оказывать первую помощь своим близким и родным?
Принцесса слегка нахмурила лобик, а после серьёзно кивнула.
— Да, я думаю, это всяко полезнее, чем изучать количество вилочек, ложечек, тарелочек и ножичков, которыми необходимо пользоваться, чтобы не ударить в грязь лицом перед какими-нибудь важными персонами.
«Ну чудо же, а не ребёнок», — подумалось мне.
— Вот только карета, сопровождение, уведомление охраны… — фрау Листен перечисляла все необходимые этапы организации выезда особы императорской крови за пределы Кремля, и я понимал, что занимает это отнюдь не пять минут.
— До больницы здесь пятнадцать минут езды, лётом — пять. Берём звено охраны, уведомляем обер-камергера и отправляемся на ездовых питомцах, — внёс я рациональное предложение. — Тем более что при необходимости я готов организовать питомцев для смены охраны прямо на месте.
Фрау Листен кивнула и обратилась к принцессе:
— Ваше Императорское Высочество, не соблаговолите ли вы вместе с князем Юрием Викторовичем Угаровым отправиться во внутренний дворик, где обычно начинаются наши с вами занятия по обращению с питомцами? Я подойду туда через пять минут, уладив некоторые сложности с нашим выездом.
Принцесса серьёзно кивнула, а после отпустила Мурку на пол и провозгласила:
— Кто последний во дворик, тот дурак! Или дурочка! — тут же поправилась она и рванула с места, чуть приподняв руками подол платья над полом, дабы не запнуться.
Мурка дала ей фору в пяток метров и лишь тогда рванула вслед.
Я всё никак не мог привыкнуть к тому, что в принцессе сочетается самая обычная детскость вместе с серьёзными манерами особы императорской крови. Будто маятник качался от одного состояния к другому. Но радовало, что данный маятник вообще существовал и существовала данная амплитуда, ведь откуда-то мне было известно, что в большинстве случаев все особы императорской
