Читаем без скачивания Карболитовое Сердце - Алексей Павловский

— Ого, ваша светлость. От самого Святогора командирскую заруку схлопотал. Что там, сорок киловольт?

— Восемьдесят! — гордо приосанился Бахтияр. — У полковника рука тяжёлая. А вот и сам полковник.

Из каморки, не подымая тяжёлых век, решительно вышел вовсе не исполин, а скромный пузатенький дедушка с острым носом, похожий на печальную птицу. Лысину обрамляли редкие длинные волосы, да и пегая борода густотой не поражала. Из-под тельняшки на флисовые подштанники свешивался провод с дымящимся куском княжьего оборудования. Не замедляя шага, Святогор негромко буркнул:

— Майор Усманходжиев!

— Я.- устало подтвердил Бахтияр.

— Посторонние в расположении. Два наряда вне очереди!

— Так точно. — не стал перечить араб и никуда не пошёл.

Святогор строевым шагом удалился в ходок вентиляции.

— Майор это нехило. — Оценил звероволк. — А что так лениво командиру отвечаешь?

— Да я давным-давно присяжный блок разлочил и армянину на рынке продал. Хватит с меня этой дряни. Нарядов у меня уже штук триста. И разжалован — раз десять. И не бередит вообще, представляешь?

Яроволк изобразил на лице уважение пополам с чорной завистью.

Князь собрался в кучку и присел на край дастархана. Ему поднесли кофию. Княжеские зрачки имели форму звёздочек, причём левый мигал. Минут через десять князь примерно пришёл предположительно в себя. Как ни странно, он был доволен:

— Насыщенный денёк. Ну вроде ничего не пожёг особо. Я, пожалуй, домой пойду, подумаю, предохранителей поем. А вы уж тут сами…

И аккуратно ушёл, слегка пошатываясь. А Святогор, насколько мог слышать Филин, дошёл до сортира, сделал всё по армейски, кратко и решительно, а потом столь же решительно поливался из шланга. Затем оделся и так же строем пришёл обратно.

Из шкафчика старый киборг вынул стальную миску, ложку и банку крайне подозрительной тушёнки, вскрыв её одним движением. Из банки в миску с жирным хлюпаньем выпал порнографически-розовый цельнолитой цилиндр плоти с шайбой сала наверху. По мастерской разлился сытный запах, идентичный натуральному. Ляпнув из второй банки перловки, спящий воин тщательно вымесил всё ложкой. Полученный сиваш киборг перекрестил двумя струями майонезика, обратив в нямку, и сожрал холодным. Через какую-то минуту военный организм уже храпел в своей каморке. Вот уж чего Филин не ожидал от спящего богатыря, так это чёткого соблюдения нямочных традиций. Сам-то Ваня нямку в принципе не переваривал, но даже врага надо уважать. За верность убеждениям.

На «Жигулях» уехал князинька, и Роме с Ваней пришлось тащить полкоровы домой пешком. Для звероволка это была вполне посильная задача. Он был молчалив, что-то про себя прикидывал. Ну а Ванина голова переполнилась впечатлениями, так что он тоже помалкивал. Только у дома вспомнили, что можно же было вызвать такси.

В общем, домой Филин пришёл уже в ночи, вымотанный, зато с добычей. Его хватило только на то, чтобы намесить теста: восемь стаканов муки, восемь яиц, два стакана воды, соль. Нет, ещё муки надо. Блин, а теперь надо опять воды… Вымешивал долго, гораздо дольше, чем хочется. Ходят легенды, что хорошо вымешанное тесто должно отлипать от рук. Немногие доподлинно знают, что достичь этого возможно. Такое тесто не рвётся и отлично раскатывается. Теперь крышкой закрыть и на холодильник, расстаиваться.

Уснул Ваня мгновенно. Конечно, всю ночь по его снам маршировал спящий полковник Святогор. И маршировал там до тех пор, пока Филин не понял, что уже не рано, и это не грохочут сапоги, а кто-то на кухне мерно рубит мясо сечкой. За окном стояло пленительное утро, из тех, что шепчут: «Посмотри, глупый, как хорошо дома!» Мглистое небо и горизонтально летящие ледяные иглы.

В кухне заспанного киборга ожидало оживление и многолюдство. На балконе Руст с самокруткой в зубах мучил контрабас попытками Жобима. Звероволк пришёл и рубил мясо, чем обаял бабушку. За ним пришла его звероволчица — Филин и не знал, что таковая имеется. Это оказалась несгибаемая крепкая индейская женщина Тайга, из тех, что живут в типи и курят ягель или что там положено. При этом звали её Даша Дёмина, и была она родом из Мытищ. Она также грела бабушкино сердце, пичкая манной кашей маленького смурного звероволчика:

— За Родину, за Сталина, за Юрия Гагарина, за Днепрогэс, за технический прогресс, за Третьяковскую галерею и… Отставить корчи, это последняя! За маленького Зверофея!

Ваня прикинул, что для этих диковатых людей со множеством имён и личностей назвать потомка Зверофеем вполне логично и нормально. В общем, так сказать, стиле. В этот момент Яроволк решительным ударом сечки разрубил деревянное корыто. В итоге фарш без колебаний изготовили в мясорубке.

Филин прикинул, что получается где-то килограмм говядины, грамм шестьсот свиньи и столько же барана. Значит, луковиц штук шесть, да побольше. Для первой пельменной сессии хватит.

Потом в фарш были добавлены свежемолотый перец, соль и немного запрещённой и незаконной чорной зры, пищи отверженных. Добавлять в фарш что-либо ещё Ваня считал преступным и неверным.

Тесто он катал прямо на пластике стола, едва успевая расправлять тонкие блины на пельменнице в тридцать семь ячеек. Восемь рук мгновенно наполняли ячейки мясными шариками, и Филин тотчас же накрывал всё сверху вторым блином, почти прозрачным. Затем прокатать пельменницу скалкой, пока рёбра металла не проступят через тесто, и резким движением вытрясти пельмени на стол с мукой. Это тоже не у всех получается. Пельменница таит в себе множество подлых ловушек, требуя сноровки и коварства… На доску теперь их и на балкон.

Тесто кончилось внезапно, как патроны в пулемётной ленте. Фарша осталось немного. На балконе стыла груда поверженных пельмешек. Особо отличившиеся уже плавали в бульоне, и надо было подождать буквально ещё три-четыре минуты, самые томные и волнительные.

Бабушка уже несла, выставляла на стол и сметану, и масло, и разведённую кислоту, и свежие предохранители, и непременный графинчик запотевшего спирта, и воду для шила, поставила и того самого веретённого маслица с портретом бешеного сикха, и дорогого баллистола — для престижу.

В тарелки упали первые пельмени, были вознесены за здоровье стопки самогона и наступило сосредоточенное молчание. Вмиг пельменей не стало, и в кипящую кастрюлю были водворены вторые пельмени. Туда, в сытный первородный туман, хищно и неотрывно взирал юный Зверофей. До этого пельмени с ним не случались.

Через несколько колов времени Яроволк, Филин и Тайга расслабленно курили на балконе. Передавая самокрутку, Филин вздохнул:

— А дед Святогор уже двадцать лет каждый день жрёт свою тушёнку тошнотную. С холодной перловкой.

Яроволк подтвердил:

— Да, жесть.

Мудрая женщина Тайга сказала:

— Дуйте живо!

Яндекс-такси прислало сани через пять минут. Князь уже давно был в дизельной. Он велел проветрить, вон то дерьмо выкинуть и пол тут вымыть, нет, Алтын, ты не понял, не просто грязь размазать, и вот ещё, в основной дизельной все агрегаты работают? Вот пусть они там и работают, а это убоище не включать.

Бахтияр-эфенди ушёл претворять распоряжения в жизнь. С достоинством. Вчера ввечеру его высокопреподобие посмотрел логи и выяснил, что ещё лет десять назад Главный инженер лёг на подзарядку, залогинился да и отдал Богу душу, но не всю. Практичный араб положил ценного специалиста в дальнюю морозилку, откуда тот все эти годы работал удалённо. Основные обязанности инженера выполнял Бахтияр. Князинька поразмыслил да и оставил их всех как они есть. Только повысил, наконец, майора из разнорабочих в далай-электрики.

Святогор вновь был опутан проводами, подсоединён к новому компу, но теперь князь работал хорошо заземлённым, с кабелем в зубах. Пельмени в его светлость впихнули с трудом, но с первым же укусом тот изволил оценить и проникнуться. Может, и сработает.

До очередного пробуждения Святогора оставалось минут пять. Совместными усилиями деда побрили и обкорнали машинкой по уставу. На тумбочку киборгу положили свежую тельняшку и портки. Провода от греха подальше поснимали и стали ждать.

Проснулся Святогор мгновенно, по походному, всё так же стремительно слетал в сортир, привычно сунулся в шкафчик, а в шкафчике пусто. Нет ни вилки, ни миски, ни еды. Старый киборг добавил немного напряжения на процессоре.

— Капитан Усманходжиев! — возмущённо взревел он командирским голосом.

— Так точно, товарищ полковник. — чётко и обтекаемо отозвался Бахтияр, сияя зубами из шерстяной чащи хайров и бороды. — Прошу к столу!

На столе не было привычной нямки, однако некоторая еда всё же присутствовала. Полковник сел на стул, наклонился над едой и безо всякого выражения на лице вдохнул пар. Несколько секунд ничего не происходило, потом дедовы ноздри вздрогнули, и даже веки чуть приподнялись. Напряжение на проце ещё подросло. В сторонке князь, обливаясь потом, следил на своём планшете за Святогоровой телеметрией. Аккуратно отправив в рот пельмешку, Святогор вдумчиво её разжевал. Затем, оценив обстановку и даже не вспоминая о майонезике, воин быстро смолотил полную миску, да со сметаной, промедлив миг лишь перед последним воином пельменьего племени. Им он уважительно закусил возникшую невзначай под рукой стопку Николаевской янтарной самогонки. Тотчас Бахтияр выдал в зубы Святогору прикуренную самокрутку и поставил рядом пепельницу. Полковничий процессор теперь кушал все свои старомодные шесть вольт. И вот ещё кофий с лимоном. На плитке уже томились вторые пельмени.