Я чувствовала прилив эмоций и смотрела куда-то вдаль. И увидела Кассиана. В тот же миг губы стали покалывать от воспоминаний.
Он рассматривал меня своим властным черно-фиолетовым взглядом. На меня накатило ощущение вины. Хороша же я была: стояла рядом с сестрой, наслаждаясь нашей вновь обретенной близостью, а над нами нависала молчаливая тайна моего поцелуя с Кассианом.
— А вот и Кассиан! — приветливо помахала ему рукой Тамра.
Пока Кассиан шагал к нам, за ним увязался Корбин. Два брата обменялись взглядами, приближаясь к нам. Взглядами вовсе не дружелюбными, хотя эти двое даже не пытались притворяться, что они в хороших отношениях. Корбин никогда не скрывал своего желания стать следующим альфой стаи, он считал себя наилучшим кандидатом на эту роль. Своим поведением он напоминал мне Ксандера — кузена Уилла.
— Вы обе добились своего, — улыбнулся Кассиан, и я знала, что он понимал всю знаменательность и важность этого момента для меня и Тамры.
Я приветствовала его в ответ, понизив голос, словно это помогло бы остаться незамеченной... помогло бы забыть наш поцелуй, как будто ничего и не было.
— Я думал, этот дождь никогда не кончится, — произнес Корбин, потирая руки в предвкушении.
— Хочется ощутить ветер в крыльях.
Тамра кивнула с видом нетерпеливого ребенка.
— Да, мне тоже, — сказала она так, словно летала всю свою жизнь.
Я старалась не улыбнуться.
— Уже выбрал напарника, Кассиан? — спросил Корбин.
Кассиан колебался:
— Нет.
— Круто. Ну, тогда давай вместе.
Я нахмурилась, пытаясь припомнить, когда эти двое в последний раз были в паре на групповых полётах. Им так нравится соревноваться...
Мне не удалось как следует поразмыслить на эту тему, так как учитель созвал нас в центр темного поля. Огоньки по периметру поля обозначали его края, чтобы нам было легче приземляться или играть в воздушный футбол. Не то, чтобы это было необходимо. У большинства из нас было прекрасное ночное зрение. Я окинула Тамру взглядом. У большинства. Но для нее это всё ново.
Мы стояли парами. Когда нам подадут сигнал, мы скинем наши одеяния, обратимся и одновременно взлетим. Мы с Тамрой ждали очереди позади Кассиана и Корбина, но я даже не смотрела на них.
Стоя плечом к плечу со своей сестрой, я впитывала важность момента. Наш первый совместный полет. Наш отец всегда ждал этого. Мы бы разбили его сердце, если бы никогда этого не сделали.
В детстве, перед сном в своих постелях мы слушали, затаив дыхание, его рассказы о полётах. Мама снисходительно улыбалась, но никогда не разделяла и не понимала его любви к небу и ветру. И хотя папа ее очень сильно любил, он хотел, чтобы мы были похожи на него. По крайней мере, чтобы разделили его страсть к полётам. И сегодня нам это предстояло.
Прежде чем скинуть одежду, я почувствовала, как рука Тамры сжала мою. Она такая счастливая, умиротворенная, и я знала, что так и должно было быть. Я в стае — это моё место. В эту секунду я верила, что все будет хорошо.
Вместе с одеяниями мы сбрасывали человеческий облик.
Я чувствовала привычное натяжение в грудной клетке, моя человеческая оболочка улетучивалась, растворялась, уступая более толстой коже драко.
Я устремила лицо вверх, в ночь, чувствуя, как напрягались скулы, кости растягивались и заострялись. Дыхание изменилось, стало более глубоким, я дернула носом и услышала хруст хрящей, в то время как по всей длине моей переносицы вырастали гребни. Мои конечности удлинялись и становились мягче. Мне нравилось это ощущение, словно я долго и сладко потягивалась после бесконечной поездки в автомобиле.
Крылья выросли за спиной, и я вздохнула, наслаждаясь моментом освобождения. Они с шелестом раскрылись и оказались немного длиннее спины. Я позволила своим жестким огненно-золотистым крыльям испробовать воздух и начала ими махать.
Высоко в небе я заметила рассеянные облака, словно дымка на фоне темного неба. Мне не терпелось рассечь их своими крыльями, почувствовать прохладу кожей. Я осмотрела свое тело. Моя кожа сияла, словно янтарь, освещенный солнцем. Взгляд упал на сестру, и у меня перехватило дыхание. Её радужная, серебристо-белая кожа была просто великолепна: она — луна, а я — солнце.
— Готова? — спросила я гулкой речью драко. Когда я полностью обращалась, то могла говорить только на этом языке, так как голосовые связки подвергались изменениям. И впервые Тамра была способна ответить мне на древнем языке наших праотцов, истинных драконов.
Её глаза — увеличенные радужки и темные вертикальные зрачки — посмотрели на меня.
— Да, — пророкотала она, и я знала, что этот момент она предвкушала всю свою жизнь.
Она плавно поднялась от земли. Я оттолкнулась кончиками пальцев во влажном воздухе, позволив Тамре взвиться выше, так, чтобы я могла с трепетом наблюдать за ней: серебристый жемчуг её кожи драко, тонкая паутинка крыльев, сверкавших, как пластинки блестящего льда.
Она сияла, как белая звезда в темноте ночи. Оглядываясь назад, позвала:
— Давай, я думала, ты быстрая. Покажи мне!
Я широко улыбалась, ветер подхватил меня, и я догнала её в стремительном вращении. Кажется, прошла вечность с тех пор, как я испытывала это в последний раз. Даже не чувствуя солнца на коже, это все равно чудесно — снова летать.
Тамра двигалась с осторожностью, с недоверчивостью относившись к своим возможностям и потокам воздуха, ревущим вокруг нас. Мы снизились в конец группы.
Остальные со свистом проносились мимо нас, их крики тонули в рёве ветра, в то время как они кружились, словно разноцветный вихрь: Эз переливалась оттенками голубого и розового цвета; мерцала бронзовая кожа моего приятеля — земляного драко. Я заметила Мириам, её тело приглушенного желто-коричневого цвета. Труднее всего заметить ониксов — их черно-фиолетовая кожа легко сливалась с ночным небом. Наверное, поэтому, исторически они считались самыми лучшими воинами. Никто не заметил бы их приближения.
Я замедлилась, увидев Корбина и Кассиана, которые неслись сквозь ночь на немыслимой скорости, было слышно, как неистово вокруг них свистел ветер, в то время как они дикими зигзагами гнали вперед, к какой-то, только им ведомой, финишной черте. Они петляли, ускоряясь, рядом друг с другом — вот-вот столкнутся. Я покачала головой. Просто глупые мальчишки, которые выделывались перед стаей... ну, или перед Тамрой. «Или перед тобой», — прошептал мой внутренний голос, но я быстро отбросила эту мысль яростным взмахом крыла.
Тамра снова крикнула.
— Давай, Джасинда!
