– Некромант? Это кто?
– Как кто?! – рассвирепел он. – Тот, кто на нас напал!
– Ааа, – протянула Номата, – вы так называете некромансера. Но я все же не понимаю, каким образом мертвое тело может ходить и подчиняться?
Демон молча положил ладонь на собственный лоб, опустил руку на глаза, помассировал пальцами виски, проделав столь странное действо, он глянул на желтоглазую девушку как на умалишенную:
– На нас напали зомби, так?
Номата кивнула.
– А если это так, – продолжил он, – то, как они могут ходить, если они мертвы?!!!
От вспышки его ярости Тад отшатнулся, а Номата внутренне задрожала, но все же нашла в себе силы ответить:
– Но зомби вполне живые люди. У них только разрушен разум, и они повинуются заклятьям-командам некромансеров.
– То есть они дебилы? – задумчиво спросил демон.
Не зная, стоит ли отвечать на вопрос, Номата рискнула:
– Не знаю кто такие дебилы, но сотворение зомби довольно трудоемкий процесс. Жертву сначала травят специальным ядом, от которого сердце почти перестает биться, а человек дышать, и кажется, что человек умер. Через несколько дней он приходит в себя, но поскольку его мозг почти полностью разрушен, он становится живой куклой в руках некромансера… Понятно? – тихонько спросила она, опасаясь новой вспышки демона.
– Понятно… – так же тихо ответил он, и повернулся к Таду. – Сюда движутся несколько отрядов, уходим с дороги.
Войдя в заросли, они быстро и молча стали углубляться в лес. Демон наверно прибывал в своей злобной прострации, Тад в эйфории и любовании к новообретенному оружию, и лишь одна Номата несчастливо обходила стволы елей, раздвигала ветки особо густого подлеска и задирала ноги в буреломах, с мыслями о установленной странности. Демон совсем не тот… демон! Конечно, может она и ошибается, но, скорее всего он не тот за кого себя выдает. Не зная как себе это объяснить, и оперируя лишь догадками, уже через несколько минут Номата пришла к выводу, что идущий впереди мужчина вовсе не Повелитель Демонов. Нет, он силен, очень силен – сжечь за секунды два десятка всадников, способен далеко не каждый. Но незнание простых истин, незнание основ магии говорит о… Нет, не о том, что он повысил свой статус в глазах слуг и назвался не архидемоном, а Повелителем, скорее это говорит о его чужеродности всему миру. Она вспомнила, как он обмолвился о том, что владел Империей, говорил что его изгнали… И она поняла кто он. От этой мысли внизу живота похолодело, а в груди раздался вопль сладкого ужаса. Она, Номата Кан-Дорис идет рядом с Князем демонов. Она в свите Князя!
Когда, спустя десяток минут после боя, я оглянулся на Номату, выражение ее золотых глаз мне донельзя не понравилось. «Смерть всем демонам» в них сменилось на: «Чего изволите мой обожаемый повелитель?» И подобного от Номаты я никак не ждал. Тем более, что причину столь резкой смены ко мне отношения понять не мог, и поэтому стал подозревать какую-то каверзу.
– Кстати, – произнес я, осматривая огромную поляну, затерявшуюся посреди густого леса, – твой друг Тасмай стянул сюда пару сотен зомби и десяток некромансеров. Каким-то образом они нас чувствуют, окружают и сейчас будут нас убивать…
– Лорд Тасмай вовсе не мой друг! – вспыхнула девушка, но тут же придала глазам выражение покорности: – Гос… господин, я его терпеть не могу.
– Какие будут приказы господин? – вмешался спокойный как удав Тад, отвлекая меня от нехороших подозрений по отношению к Номате. Да что задумала эта девочка, раз уж смерила гордость и стала называть господином?
– Никаких. Я все сделаю сам.
Не собираясь больше терять времени и убегать от назойливых преследователей, я решил заманить их в западню. В моем нутре было полтора десятка «похищенных» душ, и частью из них я решил воспользоваться. Не говоря больше ни слова, выдернул из себя четыре окутанных истинным пламенем духа, и, затратив половину запаса энергии, наделил их подобием плоти.
Под шокированные взгляды спутников, четыре жарящихся в огне фигуры, безмолвно выслушали мой приказ, и единым прыжком сиганули на верхушки столетних елей. Трава, где они находились секунду назад обуглилась, но не занялась пламенем и это внушило надежду, что дымящиеся иглы веток, где устроили засаду мои мартышки, не загорятся еще какое-то время.
Не обращая внимания на открывших рот слуг, я замаскировал их ауры под совершенно естественный фон, предварительно не забыв взять образцы. В чем-чем, а в аурах я очень хорошо навострился разбираться. То есть конечно менять или считывать у меня не получалось, но маскировал их на отлично… И выставляя ложные ауры под деревья со спрятавшимися на них огненными духами, намеревался проверить свою оценку на практике.
По поводу кретинов-зомби беспокоиться не приходилось, четыре духа разметают две сотни зомби быстрее, чем они произнесут «Ох» (или не произнесут?), другое дело пара десятков некромансеров. Кто их знает, насколько они сильны? Нельзя же мерить всех по тому неумехе, с которым расправилась Номата? Тем более мое тело все еще помнит раны, которые нанесли те четверо магов.
Закончив возню с аурами, я потянул своих спутников за ближайший бурелом, и надежно замаскировавшись сухими ветвями ельника, стал наблюдать за разворачивающимся действом.
– Ну что, делаем ставки кто победит, некромансеры или мои духи? – спросил я, как только на поляну въехал первый отряд зомби.
Спутники внимательно следя за ними, предпочли мне не отвечать.
Столетний лес оказался не таким уж густым, раз между стволами деревьев спокойно смогли проезжать колонны выпирающих на поляну всадников. Десяток за десятком кони-зомби с такими же зомбавастами наездниками неспешно выныривали из-за деревьев, окружая центр поляны с несколькими сиротливо стоящими там соснами. То, что от верхушек сосны шел черный дым как из трубы топящегося дома, их, по-видимому, не интересовало. У корней деревьев они видели указанные ауры, и теперь приближались вплотную, пытаясь обнаружить их источники.
Четыре огненных мазка бросились на них с тридцатиметровой высоты и, разметав основную кучу, устроили настоящую расправу над распавшимся строем. Почувствовав для своего передового отряда опасность, некромансеры выгнали на поляну все свои силы, и лавина конников выбросилась из-за деревьев, понеслась на помощь собратьям устроив в центре настоящую куч малу.
И все же плохо, что и кони и зомби какие-то «неживые». Ни один подмятый или куда-то летящий воин не кричит, не матюгается, не ржут сваленные агонизирующие лошади. И даже не слышен обычный звон клинков привычно сопровождающий каждую большую драку. «Скучно без звука, однако».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
