сотней непонятных мне эмоций.
Глупому сердцу только это и надо было: оно пропустило удар и принялось биться звонким колокольчиком о рёбра, возвещая о проблемах с самообладанием.
– А вдруг ты снова встретишь истинную? Тогда я опять стану не нужна?
– Ты моя истинная, Лильен, – выдохнул он и затих, словно прежде боялся выдать эту информацию.
– Вот это новость… – нервно погладив шею, я опустила руки на колени, пытаясь успокоиться. – С каких пор?
– Я и сам многое не могу объяснить, ведь в нашем мире у драконов не было истинных. Мы как люди строили отношения, влюблялись. В этом мире Карита вручила нам дар, сообщила, что теперь мы сможем встретить истинную пару.
– Дар богини…
Вот о чём говорил Джонас!
– Признаюсь, мы сами не понимаем в полной мере, что это означает и как искать свою судьбу. Но твой образ в моей голове, твой запах сводит меня с ума. Я уверен, что нашёл свою истинную. Именно поэтому не могу отпустить.
– Та-дам, – замогильным тоном возвестила я. – Ты… не говорил.
– Всё происходило постепенно. Сначала я отметил, что твой запах начал звучать для меня особенно, потом он усилился, стал… моим личным наркотиком. А когда ты пропала, я был близок к безумию. Я золотой лорд, Лильен, на мне ответственность не только за мой клан, но и за весь новый мир. Я не имею права без причины рисковать своей жизнью, но унёсся по следу твоей крови без вещей и поддержки, лишь из робкой надежды на встречу с тобой. Голос разума не мог заглушить тягу к себе. Поэтому я плохо контролирую себя с тобой, чем ещё больше пугаю и отворачиваю от себя. Прошу, прояви терпение, – Аргос гулко сглотнул, ожидая моей реакции.
Было видно, что признания дались ему нелегко. Я оценила и откровенность, и желание прояснить непонятные мне моменты. Не растаяла сразу конфеткой на солнце, но, кажется, границы обороны сдвинулись.
– Мне сложно просто верить тебе, Аргос. Сначала ты хотел от меня избавиться, потом передумал, следом снова хотел избавиться уже из-за Люсьены, а теперь опять передумал?
– Понимаю, между нами пока нет доверия. Но я не обманываю тебя. Правда такова, что не в моих силах отказаться от истинной. Не беги от меня, Лильен.
– Бессмысленно, да? – сыронизировала я.
– В том числе, – натянуто улыбнулся он, явно с трудом подавив раздражение.
– Хорошо, дорогой супруг, – протянула я. – Мне надо это всё переварить. И для начала поесть, – и вновь вернула взгляд к тарелке.
Там был простой и понятный омлет, чего не скажешь о драконе. Предположим, я поверила ему, смирилась с тем, что надо строить ровные отношения с ним, нырять в омут любви с головой и всё такое, но вот интересно, «истинность» – это физиология или про души? Раз ему нравится запах, получается он без ума от тела? Только ему досталась не полная комплектация, душа Лильен, которая по характеристикам соответствовала его запросам, упорхнула в другой мир раньше получения информации о даре богини и не вернётся. А попаданка по имени Лиля никак не стыкуется характерами с деспотом по имени Аргос. И что же теперь делать? И главное, стоит ли признаваться? Вдруг он решит, что раз душа истинной уже не здесь, с подселенкой можно не считаться и сосредоточиться на телесных моментах. Как-то немного страшно…
– Раз мы говорим откровенно, есть кое-что очень важное. Я расскажу тебе об условиях спасения нашей расы. Это закрытая информация, которой нельзя делиться, чтобы не вызвать панику.
– Ну давай, удиви меня, – вздохнула я, принявшись спешно кромсать омлет и забрасывать аппетитные кусочки в рот.
Такими темпами совсем лишусь аппетита, а поесть нужно. Чувствую, Аргос ещё не раз потопчется по моим нервам со своими драконьими замашками. Так что надо набраться сил, чтобы… не отставать.
– Народ Альлириума отказался от своих создателей, Семи богов. Их как-то запечатали, прогнали, и все сотворённые ими миры остались без силы покровителей. Тогда к власти пришёл ложный бог, Трёхликий. Люди сами его выдумали. Но фантазия не могла поддерживать баланс миров, начались катаклизмы.
– Вот он что, – пробормотала я, запивая пирожок кофе. – Но ведь теперь всё завершилось. Катаклизмы прекратились.
– Нет, лишь приостановились. Боги собрали все силы на спасение своих первых созданий – драконов. Они могли сохранить жизнь только в самом последнем из сотворённых миров, Альлириуме, так как в нём ещё не истаяла божественная искра. Нам дали возможность спастись, открыли портал, но при условии освобождения пленённых богов. У нас всего год. Потом и Альлириум погибнет.
– Но ведь Солуа защищала меня. Ведь это она проявила силы в храме? Не ты устроил представление?
– Это была она. Возможности богов ограничены, то лишь малая толика их изначальной мощи.
– Так, ладно. А как спастись?
– Мы не знаем, – грустно улыбнулся Аргос. – Нам не дали разъяснений, не указали путь. Да и связались с нами впервые лишь месяц назад. Видимо, обессилили после создания для нас портала.
– Пойди туда, не знаю куда. Сделай то, не знаю что.
Аргос только тяжко вздохнул.
– Ты просто решил со мной поделиться, чтобы и у меня голова болела или…
– Мне нужна твоя помощь. Точнее, всем лордам. Как артефактора. Священники Трёхликого не понимают опасности, они видят в нас врагов, а в возвращении Семи – зло. Люсьена тому подтверждение. Враги узнали о нашей слабости, и нам необходима защита от ложных истинных.
– Нужно создать для всех лордов такие же ментальные артефакты? – догадалась я.
– Да, как можно скорее.
– Это несложно.
На душу накатило облегчение. Мир на грани катастрофы, но хоть у меня есть конкретные инструкции по его спасению. Нужно просто защитить спасителей.
– Значит, ты согласна?
– Конечно! Сегодня же засяду за работу, – заверила его я.
К счастью, на этом сложные темы закончились, мы отдали должное еде. Правда, после озвученных перспектив гибели вместе со всем миром кушать как-то расхотелось.
Мы завершили с завтраком. Аргос воплотил свои угрозы: обыскал меня. И мы дружной гурьбой, вместе с Джонасом, Маленой и десятком воинов клана отправились проверять барьер. Снова экспериментировали: пытались выйти за ворота поодиночке, в обнимку, даже бегом, проверили крепостные стены, разве что снова не стали взлетать, чтобы не превратиться в лепёшки. Вердикт был неутешительным, за ночь ничего не изменилось: мы не могли покинуть город.
– А Соласар очень даже ничего, – отметила я, когда мы двинулись обратно к таверне. – Красиво, чисто. Хорошо, что нас не забросило в деревушку на два дома.
– Это ты так себя уговариваешь? – шутливо поинтересовался Джонас.
Сегодня он был на удивление дёрганым и злым, на Малену
