что нет. Вздумай они свалить, могли бы это сделать гораздо раньше. Времени им более чем хватало. Незачем дожидаться поздней ночи, да и Эдванне не было смысла зазывать меня на разговор.
Дергаю дверь. Замок хороший, но мне он кажется старомодным. Из тех, которые открываются, если хорошенько надавить на дверь плечом. Отхожу к противоположной стене, делаю рывок к двери и наваливаюсь на нее здоровым плечом. Замок не выдерживает. Вхожу.
В прихожей горит свет. Дверь в гостиную приоткрыта. Застываю и прислушиваюсь. Тихо. Подхожу к двери и распахиваю ее настежь.
Что за чертовщина?
Первой я вижу Эдванну. Она вытянулась на бело-золотистом диване перед камином. В кресле, наклонившись вперед, сидит Серж. Его голова свесилась набок. В уголке рта вижу коричневое пятнышко. Такое же я видел у Родни. Лицо Сержа перекошено – смерть была мучительной. Правая рука свесилась с подлокотника кресла. На белом ковре валяется пистолет, выпавший из руки графа.
Подхожу ближе, останавливаюсь перед камином. Смотрю на обоих. Супруги Нароковы мертвы, и на этот счет у меня нет ни малейших сомнений. Слева от кресла Сержа валяется разбитый бокал. Похоже, выпал у него из руки. Замечаю другой бокал, на полу у дивана, где лежит Эдванна. Этот цел. Подхожу к ней и поворачиваю лицом к себе. На нижней губе такое пятно, как и у Сержа.
Выпрямляюсь. Закуриваю. Ну и поворот! Судя по всему, Эдванна не сумела убедить мужа. Похоже, супруги немного поговорили и решили вот таким быстрым способом выйти из игры. Подумав об этом, понимаю глупость предположения. С какой тогда стати Серж хватался за пистолет? Поднимаю оружие, держа его через носовой платок. Вынимаю обойму, принюхиваюсь. Обойма целехонька. Из пистолета не стреляли. Ну и дела!
К четырем часам утра возвращаюсь в отель. Настолько устал, что готов уснуть стоя, как лошадь. Похоже, с этой работенкой я и превращусь в лошадь. Ниточки, которые я едва нащупал, со смертью Нароковых оборвались.
Дежурный администратор подает конверт с шифрованной телеграммой, присланной в американское посольство в ответ на мой запрос. Поднимаюсь в номер и торопливо расшифровываю:
ФИНАНСОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ДЖЕРАЛЬДИНЫ ПЕРРИНЕР ПАРИЖЕ ПОЛНЫЙ НОЛЬ ТЧК ПОКИДАЯ НЬЮ-ЙОРК ОНА ИМЕЛА ОКОЛО ШЕСТИ ТЫСЯЧ ДОЛЛАРОВ ТЧК ОНА ЦЕЛИКОМ ЗАВИСИТ ДЕНЕГ УИЛЛИСА ПЕРРИНЕРА ТЧК ЛАРВИ РИЛЛУОТЕР НАХОДИТСЯ НЬЮ-ЙОРКЕ И НИЧЕГО НЕ ЗНАЕТ МЕСТОНАХОЖДЕНИИ СВОЕЙ ЖЕНЫ ТЧК ПАСПОРТНЫЙ ОТДЕЛ ВЫДАЛ ПАСПОРТ ХУАНЕЛЛЕ РИЛЛУОТЕР ПРОСЬБЕ И РЕКОМЕНДАЦИИ УИЛЛИСА ПЕРРИНЕРА ТЧК ПОЗВОЛЕНИЕ ХУАНЕЛЛЕ РИЛЛУОТЕР ПОКИНУТЬ ЮРИСДИКЦИЮ ФЕДЕРАЛЬНОГО СУДА ПРИ ОТСРОЧЕННОМ ПРИГОВОРЕ ВЫДАНО ПРОСЬБЕ И ПОД ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЮРИДИЧЕСКОЙ ФИРМЫ МОЛ ГАРРАУЭЙ И ЛЭЙНЕРС ПРЕДСТАВЛЯЮЩЕЙ ИНТЕРЕСЫ ПЕРРИНЕРА ТЧК ПРОДОЛЖАЙТЕ РАССЛЕДОВАНИЕ ТЧК ФОНДЫ И ПОМОЩЬ АМЕРИКАНСКОГО ПОСОЛЬСТВА ВАШЕМ РАСПОРЯЖЕНИИ ТЧК УДАЧИ ТЧК ДИРЕКТОР ФБР ТЧК
Жиденькие сведения, надо сказать. Единственное, что я выяснил, – собственных денег у Джеральдины в обрез. Пятьдесят тысяч, которыми она собиралась меня подкупить, принадлежали Сержу. Теперь они останутся у нее, но вряд ли этой суммы ей хватит надолго.
Похоже, Ларви Риллуотер действительно не знает, что его женушка усвистала на другой берег Атлантики.
Но больше всего меня цепляет другое: выходит, это Уиллис Перринер хлопотал о выдаче паспорта Хуанелле, а его юристы выбили ей разрешение покинуть Америку. Очень милая подробность. Хотел бы я знать, какую игру ведут все эти люди.
Быть может, Перринер убедил федеральные власти, что Хуанелла Риллуотер станет для дочери прекрасной компаньонкой в Париже? А это мысль. Может, здесь я нащупаю какую-нибудь ниточку. Вы-то, парни, как считаете?
Пытаюсь поставить себя на место Уиллиса Перринера. Он всерьез обеспокоен судьбой Бадди, а тут еще Джеральдина сбегает в Париж вслед за Сержем, которого Перринер начинает подозревать в похищении сына.
Естественно, старику не нравится, что его доченька теперь крутит с Сержем в Париже. Но он не в силах что-либо доказать и потому не может помешать. Тогда он пытается хотя бы ее защитить.
Уж не знаю каким образом, но он узнает о Хуанелле. Дескать, есть такая крутая дамочка, которая ничего не боится. Он знакомится с Хуанеллой и поручает ей отправиться в Париж присматривать за Джеральдиной.
Может, у Хуанеллы есть какой-то свой интерес, хотя не понимаю, зачем ей понадобилось сваливать из Нью-Йорка тайком, не сказав ни слова Ларви. С другой стороны, почему она должна откровенничать со мной обо всем?
Принимаю теплый душ и ложусь. Оставляю свет включенным, смотрю в потолок и пытаюсь распутать клубок загадок.
Естественно, первым номером стоит история Сержа и Эдванны. Есть в их самоубийстве что-то странное и бессмысленное. Я не согласен с Эруаром, которому я сразу же позвонил и попросил оприходовать два свеженьких трупа. По его мнению, это двойное самоубийство. Супруги поняли, во что вляпались, и предпочли самый легкий выход. На мое возражение насчет пистолета Сержа Эруар спокойно ответил, что выстрелов не было. Возможно, поначалу Серж намеревался застрелить Эдванну, а затем покончить с собой. Меня такое объяснение не устраивает, поскольку я успел составить собственную картину случившегося.
Когда я там появился, Серж сидел в кресле. На ковре лежал пистолет, выпавший у него из правой руки. Разбитый бокал – тот самый, из которого он выпил отраву, – валялся слева от кресла. Однако Эдванна лежала на диване так, словно прилегла отдохнуть. Ее бокал стоял на полу. Он не падал и не разбивался. Такое ощущение, что перед уходом в мир иной она собрала всю силу воли и встретила смерть спокойно.
Сдается мне, Эдванна пыталась убедить Сержа рассказать мне правду, однако тот упрямился. И тогда Нарокова решилась на крайний шаг, пригрозив мужу, что сама все расскажет. Серж рассердился, выхватил пистолет и наставил на жену. Дескать, вякнешь – застрелю.
И в тот момент Эдванна решается на обман. Говорит, что и дальше будет играть по его правилам, выполняя все требования. Потом предлагает успокоиться и выпить. Возможно, проклятый флакон, из которого она отравила Родни Уилкса, по-прежнему лежал у нее в сумочке, и там еще что-то оставалось. А может, в квартире Сержа была целая бутылочка с отравой, и Эдванна знала где. Словом, она идет к буфету, наливает два бокала, добавляет в каждый отравы и один подает мужу. Серж выпивает, и яд мгновенно начинает действовать. Он успевает выхватить пистолет, но рука не слушается, и пистолет падает. Следом падает и разбивается бокал. Убедившись, что муж мертв, Эдванна ложится на диван и сама выпивает порцию отравы.
Вообще-то, не так уж и важно, как они свели счеты с жизнью. Парочка злодеев ускользнула раньше, чем мы смогли взять их за жабры. И это чертовски неприятно.
Одно мне предельно ясно. Я вам уже говорил, что Эдванна Нарокова – дамочка не из пугливых. А тут вдруг занервничала. По той самой причине она и предложила сделку. Иначе не стала бы распушать хвост перед федералом. Если мое предположение верно и она отравила Сержа, а следом отравилась сама, значит она чего-то очень испугалась. Люди кончают с собой либо от сильного страха, либо от сильной злости. Бывает, что и от полной безнадеги. Опять-таки если я прав, то Серж вовсе не испугался. Он не собирался заключать со мной никаких сделок. Словом, что бы ни произошло между супругами, это напугало одну Эдванну, но не Сержа.
Еще бы знать, что́ это было! Я лежу, пускаю кольца дыма, хочу, чтобы левая рука перестала ныть. Гоняю мысли, как табун по прерии. Вопросов полным-полно. Ответов – ни черта.
Встаю, перебираюсь за стол, беру лист бумаги и начинаю по пунктам выписывать свои соображения.
1) Почему Эдванна вдруг испугалась и предложила мне сделку?
2) Если она была готова сотрудничать, почему это не устроило Сержа? Ведь обоим хватило выдержки провернуть похищение и отравить Родни Уилкса. Сдается мне, Серж знал, что это «слабительное» убьет Родни.
Эдванна трижды стреляла в меня, когда перед ней замаячила перспектива встречи с французской полицией. Словом, эту парочку трудно было напугать. Значит, произошло нечто, испугавшее Эдванну, но не Сержа.
3) Каков смысл странной записки, написанной Родни Уилксом на обороте конверта?
«Раньше семи. Тебе не разбавлять? И сколько?»
4) Почему Хуанелла Риллуотер, ничего не сказав мужу, вдруг
