Терпение Уила, наконец, лопнуло. Схватив Бланш на руки, он потащил ее в каюту. Только когда он со своей «ношей» скрылся в каюте, пираты начали вспоминать, из-за чего разгорелся этот сыр-бор. Ах, да! Появившаяся на палубе пленница обозвала столь обожаемый всеми корабль «проклятым корытом»! Затем она имела наглость бросить им в лицо, что они не пираты, а «отбросы общества». Это невыносимо! Ни один настоящий мужчина не потерпит таких оскорблений, надо что-то предпринять.
Уил Мидл придерживался такого же мнения. Какая наглость: так унизить его и команду! Ворвавшись в каюту, он бесцеремонно швырнул Бланш на кровать. Изловчившись, она пнула Уила ногой в живот. К счастью, он вовремя заметил ее маневр и успел увернуться, затем навалился на нее всем телом. Схватив Бланщ за руки, Уил завел их ей за голову.
– Я тебя предупреждал, ведьма, – задыхаясь, проговорил он, глядя Бланш прямо в глаза. – Я приказал тебе оставаться в каюте и держаться подальше от моих людей. Каждый из этих парней пролил немало чужой крови. Поверь, они жестоко отомстят женщине, посмевшей издеваться над ними. А я и пальцем не пошевелю ради спасения твоей драгоценной шкуры.
Жар его тела постепенно передался Бланш, наполняя ее до краев. Прямо над ней нависало точеное загорелое лицо Уила. Бланш чувствовала на своих щеках его дыхание, слышала биение его сердца, ощущала слабый запах миндаля. Она даже не сразу поняла: этот запах исходил именно от него.
– А скольких человек убил ты, Уил Мидл?
Вопрос застал Уила врасплох. Он был поглощен созерцанием нежной кожи Бланш и ее манящих полураскрытых губ.
– Лучше спроси… скольких женщин…
Но Бланш не успела этого сделать. В следующее мгновение Уил накрыл своими губами ее губы.
Бланш отчаянно замотала головой, пытаясь оторвать его от себя, но Уил следовал за каждым ее движением. В конце концов, она сдалась. Почувствовав, как обмякло тело Бланш, он перестал давить на ее губы, а начал целовать по-настоящему. Бланш вдруг захотелось чего-то еще, гораздо большего… Она приоткрыла губы, а Уил тут же принял это за приглашение, его язык соприкоснулся с ее языком. Бланш тотчас пришла в себя. Ей удалось, наконец, оторваться от его губ и прошептать:
– Скольких… женщин… капитан?
– Сотни… тысячи, – проговорил Уил заплетающимся языком, словно принял изрядную порцию рома.
Он и в самом деле опьянел от Бланш, от медовой сладости ее губ. Бланш была не в силах как-либо отреагировать на эти слова. Она никогда еще не испытывала ничего подобного и даже не подозревала, что такое возможно. Ей хотелось теснее прижаться к Уилу, вобрать его в себя без остатка, слиться с ним воедино.
Уил снова прильнул к ее губам. Он уже давно отпустил ее руки, и теперь они скользили по его твердым гладким плечам, перебирали густые жесткие волосы.
Эти легкие прикосновения разбудили в Уиле непреодолимое желание. Со стоном откинувшись на бок, он принялся нетерпеливо расшнуровывать лиф ее платья. Задыхаясь, девушка извивалась под его разгоряченным телом. Приподнявшись на локте, Уил ловким движением освободил ее груди и взял их в свои ладони, глядя на Бланш с нескрываемым вожделением. Ее медовые глаза подернулись дымкой желания, роскошные волосы в беспорядке разметались по подушке. Уил поцеловал один сосок, потом взял его в рот.
Бланш с головой окунулась в пучину наслаждения. Неожиданно ее пронзила мысль о «тысячах» других бывших до нее женщинах. Почувствовав холодок в груди, она слабыми руками оттолкнула плечи Уила:
– Пожалуйста, не надо…
Уил слегка откинулся назад, не сводя настойчивого взгляда с ее манящих губ. Он чувствовал, что Бланш тоже желает его, и вознамерился взять ее прямо сейчас. Но его внезапно остановила одна мысль…Он хочет эту ведьму?! Кажется, он совсем потерял голову!
Уил резко отпрянул от разгоряченного тела девушки и поднялся. Это произошло так стремительно, что у обоих слегка закружилась голова. К Уилу, наконец, вернулось самообладание. Ему хотелось лишь укротить ведьму Пристли, заставить подчиняться своим приказам. И вот Бланш лежит перед ним, сломленная его страстным натиском. Однако Уил не чувствовал себя победителем, прекрасно понимая, что и сам желает ее.
Из этой унизительной ситуации существовал только один выход.
– Хорошенько запомни этот урок, ведьма Пристли, – отчеканил Уил и окинул Бланш с ног до головы презрительным взглядом.
Бланш так и подпрыгнула, услышав эти слова. Урок?! Оказывается, Уил всего-навсего преподал ей урок. Как тогда, в магазине… Она торопливо зашнуровывала лиф платья, сгорая от стыда. Так ее еще никто не унижал.
– Вот пример того, что может произойти с пленницей на пиратском судне. Учись уважать других, ведьмочка, – добавил Уил, заметив, как смятение в глазах Бланш сменилось гневом.
– Ты не осмелишься обидеть меня, – с достоинством попыталась произнести Бланш. – Если Генри Торн узнает, что ты меня погубил, он…
– Погубил тебя? – хрипло засмеялся Уил. – Смешно, когда праздник плоти связывают с гибелью. Так может говорить только ханжа. В высшем свете девушка считается погубленной, если отдает свою девственность тому, кто недостаточно хорошо за нее заплатил. О, я совсем забыл, ты ведь тоже из «высшего общества», – с издевкой заметил Уил, затем посмотрел на ее кое-как спрятанную под платьем роскошную грудь, и его вдруг осенила ужасная догадка. – Господи, не хочешь ли ты сказать, что…
– Да.
Бланш залилась краской, вспомнив, как близко она подошла к тому, чтобы… Возможно, идея Генри Торна как раз и заключалась в том, чтобы ее обесчестили, а уж затем вернули ему. В таком случае она обрадовалась бы любой возможности выйти замуж и Торн мог бы помыкать ею как угодно. Содрогнувшись от этой мысли, Бланш уставилась на Уила испуганными глазами.
– Проклятье! – Уил внимательно посмотрел на сидящую перед ним девушку.
Господи, как же это сразу не пришло ему в голову?! Бланш с самого начала вела себя так, как… невинные девицы. О боже, она девственница, благопристойная девственница из высшего общества! Уил резко повернулся и вышел, с грохотом захлопнув дверь.
Бланш совсем сникла. Что он за человек, этот «погубитель женщин», размышляла она. «Сотни, может, тысячи…», – вспомнились ей слова Уила. Да, наверняка, так и есть. Еще немного, и она стала бы тысяча первой. Бланш потрогала вспухшие от поцелуев губы. Судя по всему, она находилась в большей опасности, чем ей это представлялось.
Уил появился на палубе в отвратительнейшем настроении. Громовым голосом он принялся отдавать приказы направо и налево. Вес подобострастно засуетились, гордясь тем, что у них такой грозный капитан. Выпустив пар, Уил остановился на носу корабля, подставив свежему ветру свое разгоряченное тело.
