за резкую боль. Наверняка клок волос выдрала, рыба несчастная, ведьма хвостатая, тварь продажная…Тем временем продажная тварь весело захрюкала и забулькала, и Вайда поняла, что ругается вслух. Позабыв, что порядочные лемурийки не произносят грубых слов, она продолжила высказывать все, что думает о Майре. Русалка пришла в восторг, ответила в самых непристойных выражениях, да еще и брызнула водой в лицо и поплыла прочь с гнусным хихиканьем. Разъяренная Вайда ринулась догонять. Весь путь до острова они совершили, ругаясь и одаривая друг друга брызгами, щипками и тычками. Вайда изо всех сил тянулась к рыжим космам врага и даже вздрогнула от неожиданности, услышав:
–Все. Остров.
На маленьком островке сидел Астим – живой, здоровый и в прекрасном расположении духа. Он жарил рыбу на костре и тихонько напевал.
–Эй, ты! – позвала Майра – Гля, кто со мной!
Астим вскочил на ноги, побежал по мелководью и помог Вайде выйти на сушу. То ли от счастья, то ли от усталости она не могла идти, и тогда он подхватил ее на руки и понес. Русалка с любопытством посматривала на лемурийцев. Вайда плакала и смеялась, что-то сбивчиво рассказывала и все дотрагивалась до Астима, словно не веря, что он настоящий, а не призрак. Астим успокаивал ее, в чем-то уверял, горячо клялся… Наконец, Майре порядком надоела их пылкая встреча и она ехидно крикнула:
–Эй, вы, на нересте! Я уплыла!
Астим опомнился и ответил ей:
–Спасибо тебе, что привела ко мне Вайду! – и, чтобы сгладить неловкость, предложил:
–Рыбки хочешь? Жареной?
Русалка презрительно скривилась:
–Сам жри. Вкусную рыбу огнем изгадил… – дальше следовала изощренная ругань.
–Опять ты ругаешься, – вздохнул Астим.
–Не учи меня. Свою учи, – ответила Майра и сообщнически подмигнула Вайде. Та покраснела.
Русалка махнула на прощание рукой и изо всех сил шлепнула хвостом по воде.
Астим рассказал Вайде, как вышел сухим из воды. Оказывается, Майра забеспокоилась, что друг не пришел на берег в обычное время, и утром решила вновь сплавать на побережье. Ей даже послышался голос Астима, прощавшегося с ней. На побережье она увидела толпу лемурийцев и спряталась за большим камнем. Лемурийцы рыли глубокую яму в обнажившемся во время отлива морском дне недалеко от берега. Зрелище было очень забавным: бесхвостые поминутно убегали на берег от волны, которая пугала их и размывала яму. Но услышав знакомое имя, русалка прекратила смеяться и обратилась в слух. Оказывается, бесхвостые собирались казнить Астима, закопав его во время отлива по шею в песке.
Майра поплыла в стаю быстрее играющего дельфина. Она переполошила всю стаю: убитые горем самки завизжали, разгневанные самцы забряцали оружием, перепуганные русалята заплакали. Дед Вождь повелительным жестом остановил общий визг и гам. Он вещал спокойно и рассудительно, его приказы были лаконичны и точны. Повинуясь деду Вождю, почти все самцы и молодые самки отправились за Майрой спасать Астима. Пожилым самкам вверили заботу о детях, сам Дед Вождь вместе с молодым самцом остались охранять стаю.
Русалки приплыли к месту казни, когда Астима уже закопали в песок. Виднелась только его голова, и она вещала лемурийцам о грядущей катастрофе, призывала забыть предрассудки, покинуть гибнущую Лемурию и, заручившись поддержкой русалок, плыть в Атлантиду. Но лемурийцы не верили Астиму. Потом поднялась высокая волна и покатилась на беспомощного Астима. На берегу выросла огненная стена. В следующий миг волна накрыла голову несчастного. Пламя на берегу тотчас погасло, Великий Жрец произнес что-то величественное и непонятное русалкам, лемурийцы воздели руки к небесам и разошлись, оглядываясь.
В волне, накрывшей Астима, пряталась Майра. В тот самый миг, когда вода закрыла Астима от его палачей, русалка зажала названному брату нос и прижалась своим ртом к его рту. Она дышала ему в рот, изо всех сил работая жабрами, а в это время остальные русалки откапывали Астима из песка, быстро, но осторожно орудуя металлическими кинжалами и гарпунами. Хина вынырнула на поверхность, вдохнула побольше воздуха и сменила Майру. Затем то же самое проделала Лира. Наконец, русалки откопали своего друга и вытолкнули на поверхность. Астим долго и тяжело дышал, не веря, что вновь видит солнце, слышит пение птиц, чувствует запах дыма и океана…Русалки-воины бесцеремонно схватили спасенного за волосы и стремительно поплыли прочь. На безопасном расстоянии их поджидали дельфины, так что остаток пути Астим проплыл на дельфиньей спине.
В стае долго не стихал ликующий визг. Астим долго благодарил своих спасителей, визжа по-русалочьи едва ли не громче всех. Дед Вождь веско произнес:
–Когда-то ты подарил нам металлические ножи и гарпуны. Теперь мы вырыли ими тебя из могилы. Ты наш друг и брат, Астим! Плыви с нами в Атлантиду!
Астим вежливо поклонился по-русалочьи, сложив руки на шее:
–Благодарю тебя, Дед Вождь, за подаренную жизнь и оказанную честь. Но я не могу оставить своих родных погибать вместе с Лемурией. Позволь мне вернуться и попытаться увести их с собой.
Дед Вождь покачал седой головой:
–Тебя могут схватить и убить. Мы можем помочь только в воде, а на суше мы бессильны. Как ты скроешься от преследований своих врагов?
Астим незамедлительно ответил:
–Я спрячусь на Драконьем острове. Лемурийцы не смогут до него добраться – для этого им пришлось бы плыть по воде. Там надежно спрятан мой корабль. Я доплыву до побережья Лемурии, прокрадусь в дома родителей и невесты и позову их с собой.
Дед Вождь вздохнул и присвистнул жабрами:
–Ты хороший сын и добрый друг. У тебя есть этот день и эта ночь. Больше ждать нельзя. Завтра на рассвете мы оправляемся в Большой Путь.
Майра вдруг решительно сунула сына на руки подруге и крикнула:
–Дед Вождь, я плыву вместе с ним! Я помогу ему! Визг поплывет со мной.
Дед Вождь нахмурился и хотел возразить, но не успел. Маврон сурово рявкнул, поигрывая кинжалом:
–И я!
Русалки и дельфин помогли Астиму доплыть до Драконьего острова. Майра отправилась на поиски Вайды, и они увенчались успехом.
–Вайда, ты поплывешь со мной на корабле в Атлантиду? – спросил Астим.
–Конечно, – не раздумывая, ответила девушка.
–Пожалуйста, помоги мне. Нам нужны сосуды для питьевой воды. Как хорошо, что ты из клана Гончаров! Хорошую глину ты найдешь сама, а печь для обжига я уже построил и зажег в ней огонь. А я поплыву на материк и постараюсь уговорить своих родителей и друзей плыть с нами.
–Нет, Астим, тебе нельзя возвращаться! Тебя схватят и казнят!
Вдруг чуть поодаль вспыхнуло и погасло пламя, затем огромный камень завис в воздухе и упал, подняв столб
