Читаем без скачивания Очная ставка - Анна Клодзиньская

— Не знаю, рассказывал ли я тебе, что Урочище находится под наблюдением. Привлечены силы частично местного отделения, частично из района Прага-Север. Они действуют весьма осторожно, в форме лесников и в рабочих комбинезонах.

— Правильно. Но может пройти довольно много времени, прежде чем убийца появится на поляне. Да и, собственно говоря, зачем ему туда ехать? Чтобы подтвердить общепринятое мнение, что преступника влечет на место преступления? Не верь этому.

— И совсем не потому. Стефан, там что-то должно происходить, на этой поляне. Очень подходящее место для тайных встреч. А вдруг мы наткнемся на банду спекулянтов? — Помолчав, добавил: — Отправлюсь туда с проводником и собакой. Место, где убийца повырывал окровавленную траву, мы опять прикрыли ветками и камнями. Так что если он появится, то не должен заметить, что мы там побывали. Но, думаю, пес вынюхает то, чего не увидит человек. В ту ночь после нашего посещения Урочища шел дождь и смыл следы наших ног…

Щенсный говорил несвязно, разбрасывая мысли во времени и пространстве. Ему хотелось уже быть на поляне. И чтобы собака искала.

Глава 6

«Или убийца заметил, что за Урочищем наблюдают, или он не намеревался вновь приезжать на поляну…» — размышлял Щенсный. Выждав несколько дней, майор сел в своего «малыша» вместе с капралом, проводником и собакой по кличке Тропик. Мода на Шариков давно прошла. Они выехали на рассвете в понедельник, третьего августа; утром стоял туман, позже погода улучшилась и выглянуло солнце.

Наконец, с немалыми трудностями, они добрались по лесной дороге до поляны. Собака выскочила первой. Проводник вынул из сумки шапку и пару сандалий, принадлежавших Данелю Мрозику.

— Нет никаких доказательств, что бумажник, часы, документы и вообще все, принадлежавшее Мрозику и не найденное нами, осталось здесь, на поляне, — сказал майор проводнику. — Мы уже искали везде — в траве и под кустами… безрезультатно. И несмотря на это, хотелось бы попытаться еще раз, с собакой.

Капрал погладил пса по голове и, задумавшись, посмотрел на Урочище. Потом сказал:

— Если здесь что-то есть, Тропик найдет.

Он сунул собаке под нос шапку и сандалии. Довольно долго Тропик вдыхал и запоминал запах человека, носившего эти вещи.

— Ищи, Тропик!.. Ищи!.. Хорошая собака, умная собака… Постарайся!

Черным влажным носом пес сосредоточенно обнюхивал траву, кусты, пни, листья, камни. Он искал знакомый уже запах, но все еще не находил его ни в траве, ни на песке. Временами казалось, что след уже обнаружен, но он оказывался ложным. Поэтому Тропик возвращался к шапке и сандалиям, снова запоминал запах и искал.

Щенсный, присев на камень, курил и ждал. Капрал отцепил поводок, дав собаке полную свободу искать след, если его вообще можно было найти. Время летело. Приблизительно через час майор подумал: «Чепуха! Убийца забрал вещи Данеля с собой, утопил в Висле или…»

— Кажется, что-то есть! — воскликнул капрал и поспешил к собаке, которая нетерпеливо, даже с каким-то ожесточением, раскапывала землю. Щенсный тоже подбежал, и оба они склонились над Тропиком. Вскоре собака вытащила из ямки целлофановый пакет и торжественно положила перед капралом. Еще раз, для уверенности, обнюхала свою находку, чтобы убедиться, не ошиблась ли, и чихнула: какая-то травинка пощекотала ей нос.

— Хорошая собака! Умная собака, какая умная! — Подофицер ласково потрепал Тропика за ухом, почесал ему лоб.

Майор надел резиновые перчатки, взял пакет и понес в машину. Проводник с собакой шли следом с чувством, что хорошо, может, даже отлично выполнили задание. Капрал очень любил такие мгновения. Собака — тоже.

Чтобы развязать туго затянутый узел, потребовалось несколько минут. Наконец все содержимое пакета было разложено на сиденье «малыша»: паспорт, где на фотографии было запечатлено невозмутимое лицо молодого парня — Данеля Мрозика, служебное удостоверение, выданное фабрикой «Терпокс», пачка сигарет «Мальборо», посеребренная зажигалка, носовой платок, три ключа разнообразной формы, золотая «Омега»… Среди вещей обнаружились еще раздавленные солнцезащитные очки, несколько старых проездных билетов и серебряный медальон на цепочке.

Капрал внимательно посмотрел на фотографию в паспорте, вздохнул и спросил:

— Это тот, кого выловили из озера?

— Да.

— Молодой совсем… Такое симпатичное лицо. Неизвестно, кто его убил?

— Нет, — ответил майор. И поправил себя: — Еще нет.

На следующий день дежурный офицер управления сообщил Щенсному, что его разыскивает какой-то оперативный работник из района.

— Что ему надо? — спросил Щенсный раздраженно: он был очень занят.

— Не сказал. Оставил записку. — Офицер протянул небольшой листок, вырванный из блокнота. — Упомянул, что дело очень важное.

Майор пробежал глазами записку, задумался, потом связался с районным отделением, и через полчаса оперработник Томчак уже сидел в его комнате. Щенсный бросил нетерпеливо:

— Ну, так что вы хотели сказать?

— Ну, значит, находясь на службе, пошел я на автомобильную биржу. Я довольно часто бываю на улице Янишевской, рядом с аллеей Краковской, и знаю многих людей, которые обычно там крутятся. Как раз в то воскресенье мне попадались одни знакомые. И среди них молодой инженеришка: он помогает отцу в автомастерской на Воле и довольно часто заглядывает на биржу. Итак, стоим мы, беседуем, и вижу, что у его «Лады» почти совсем новенькие покрышки, а недавно были лысые как колено. Спрашиваю, где раздобыл, очень меня это заинтересовало. Он рассмеялся и рассказал мне историю — не поверите!

— Ну? — поторопил его Щенсный.

— Несколько дней назад, в понедельник, двадцать седьмого июля, инженер остался на ночь в мастерской, что-то там делал. Часов около двух ночи, может, немного позже, к мастерской подъехал польский «Фиат-125». Вышел какой-то тип и говорит: «Прошу поменять мне все четыре покрышки». Инженер ответил, чтобы тот не морочил ему голову — покрышки ни за какие деньги не достанешь. После чего неизвестный вытащил толстую пачку «зеленых» и повторил, что ему нужны новые покрышки. Ну, инженер не прочь был заиметь немного долларов. Тем более для своей «Лады» он только-только приобрел новенькие. А вы, товарищ майор, наверно, знаете, что покрышки с «Лады» подходят к польскому «Фиату-125». Тут он осмотрел фиатовские и никак не может понять: они совсем новые, как и у его «Лады». Тогда он говорит этому типу: «Послушайте, да у вас же совсем новые!» А тот отвечает, что это не его дело, ему нужны другие, и все.

— Интересно, — буркнул Щенсный.

— Вот именно. Мой знакомый подумал, что у клиента не все дома. Впрочем, он долго не задумывался. Поменял ему покрышки, а те, с «Фиата», поставил на свою машину, да еще и доллары получил.

— Сколько?

— Этого он уже не сказал, а мне было неудобно спрашивать. Странный клиент уехал. А инженер стал сомневаться, правильно ли поступил, дело ему теперь показалось нечистым. Но поскольку покрышки достать непросто, то он ездит на этих, «долларовых».

— И он вам, милиционеру, все это рассказал? — удивился майор.

Томчак улыбнулся:

— Он знает меня как механика. Прежде чем прийти в милицию, я работал в «Терпоксе».

— Где?! — воскликнул Щенсный.

— На фабрике «Терпокс», в Праге. Знаю, что вас интересует, но с Мрозиком я не был знаком. Мы попросту разошлись: он пришел на фабрику, когда я уже уволился и поступил в школу милиции. Инженеру же сказал так, мимоходом, что работаю автомехаником. Он даже предлагал одно время устроить меня на работу в своей мастерской. Ну, и когда я услышал эту историю, то вспомнил, что последний раз нам говорили на совещании. О Данеле Мрозике и о следах, оставленных «Фиатом». Марка машины и день убийства совпадают. Если, товарищ майор, этот тип сообразил, что в лесу и у озера остались следы от покрышек, и если в то время у него дома не нашлось запасных, а купить их действительно тяжело, то он попытался достать за доллары. Может, это была первая мастерская, которая встретилась ему на пути в тот вечер, а может, ему уже несколько раз отказывали продать за злотые.

— Правильно мыслишь, брат, — одобрил майор. — Значит, так. Сейчас же свяжешься с районом и от моего имени попросишь начальника прикомандировать тебя к нам. Договорились?

— Конечно!

— Теперь самое главное. Запомнил ли инженер номер машины? Не хотелось бы его настораживать. А может, поступим так? Пан механик… как вас зовут?

— Станислав.

— Пан Станислав Томчак, автомеханик, временно нетрудоустроен, завтра зайдет к инженеру и поступит к нему на работу, скажем, на полгода. В ходе совместной трудовой деятельности вам, пожалуй, будет нетрудно узнать более детальные подробности как о «Фиате», так и о его водителе. Внешность, во что он был одет и так далее. Инженер ведь мог кое-что заметить.