Вблизи середины земли, повествует Младшая Эдда, был построен город, снискавший величайшую славу. "Этот град был много больше, чем другие, и построен со всем искусством и пышностью, которые были тогда доступны. Было там двенадцать государств, и был один верховный правитель. В каждое государство входило немало обширных земель. В городе было двенадцать правителей. Эти правители всеми присущими людям качествами превосходили других людей, когда-либо живших на земле".
А вот вполне земная родословная Одина из той же Младшей Эдды:
"Одного конунга в Трое звали Мунон или Меннон. Он был женат на дочери верховного конунга Приама, ее звали Троан. У них был сын по имени Трор, мы зовем его Тором, он воспитывался во Фракии у герцога по имени Лорикус. Когда ему минуло десять зим, он стал носить оружие своего отца. Он выделялся среди других людей красотой, как слоновая кость, врезанная в дуб. Волосы у него были краше золота. Двенадцати зим от роду он был уже в полной силе. В то время он поднимал с земли разом десять медвежьих шкур, и он убил Лорикуса герцога, своего воспитателя - и жену его Лору, или Глору, и завладел их государством Фракией. Мы зовем его государство Трудхейм. Потом он много странствовал, объездил полсвета и один победил всех берсерков, всех великанов, самого большого дракона и много зверей. В северной части света он повстречал прорицательницу по имени Сибилла - а мы зовем ее Сив - и женился на ней. Никто не ведает, откуда Сив родом. Она была прекраснейшей из женщин, волосы у нее были подобны золоту. Сына их звали Лориди, он походил на своего отца. У него был сын Эйнриди, а у него - Вингетор, у Вингетора - Вингенер, у Вингенера - Моди, у Моди - Маги, у Маги - Сескев, у Сескева - Бедвиг, у Бедвига - Атри, а мы зовем его Аннан, у Атри - Итрманн, у Итрманна Херемод, у Херемода - Скьяльдун, его мы зовем Скьельд, у Скьялдуна - Бьяв, мы зовем его Бьяр, у Бьява - Ят, у Ята - Гудольв, у Гудольва - Финн, у Финна - Фридлав, мы зовем его Фридлейв, а у того был сын Воден, а мы зовем его Один. Он славился мудростью и всеми совершенствами. Жену его звали Фригида, а мы зовем ее Фригг.
Одину и жене его было пророчество, и оно открыло ему, что его имя превознесут в северной части света и будут чтить превыше имен всех конунгов. Поэтому он вознамерился отправиться в путь..."
Одина и его люден прославляли и принимали за богов. И они пришли на север в страну саксов.
Но с течением времени одно сказание накладывалось на другое... И Снорри Стурлусон называет землей Одина и других асов территорию восточнее Дона, но не Фракию, не Tpoаду...
В приведенном отрывке из Младшей Эдды, начало которого лишь условно можно отнести к периоду Троянской войны, важно упоминание имени Мунон (Меннон). Это и есть, как представляется, то имя, которое вошло после книги фризов в легенды северных народов, с ним сопредельных - и в Эдду тоже. Вообще же значительные имена в истории нередко повторяются. Так было и с критским Миносом. История же Трои уходит своими корнями в глубину тысячелетий. Город существовал задолго до Троянской войны, и нет уверенности, тот ли Приам и тот ли Минно - Меннон (из книги фризов) названы в Эдде.
На полуострове Ютландия (Дания), совсем не так уж далеко от районов, населенных современными фризами, раскопали удивительный поселок. Сначала в слое торфа обнаружили пыльцу культурных растений - пшеницы и ячменя, крохотные угольки от сожженного леса (раньше лес выжигали и на этом месте сеяли хлеб). Затем археологи наткнулись на булыжную мостовую шириной около 3 метров. Что это? Если учесть, что ее возраст около четырех с половиной тысяч лет, можно понять недоумение ученых. И вот стали вырисовываться контуры поселка. По обе стороны от мостовой тянулись помещения - с каждой стороны они сливались как бы в один сплошной дом (Баркаэр), длиной 70 метров. А в каждом доме было по 26 комнат размером 6 х 3,6 метра (то есть по 21,6 квадратных метра). Это дом-поселок. А мостовая с обоих концов оканчивалась скорее всего воротами, и там держали скот.
Такие постройки не так давно были характерны и для фризов.
При раскопках дома-поселка, построенного примерно в 2500 году до н.э., нашли две заколки (фибулы) из меди - точно такие, какие были распространены в легендарной Трое в Малой Азии примерно в то же время, всего лет на двести ранее. Такие находки ученые обычно объясняют торговлей. На мой взгляд, некоторый сдвиг во времени и отдаленность побережья Ютландии и места постройки дома-поселка от Трои свидетельствуют не только в пользу торгового обмена, но и в пользу переселения людей на северо-запад. Это была одна из волн переселений. Затем они повторялись, когда маршрут был хорошо изучен. На мысль о переселении меня навело следующее: заколки троянского типа были обнаружены под полом дома-поселка вместе с янтарными бусинами. Это явная жертва богам при закладке здания. Так же поступали древние этруски. Процитирую Плутарха, главу, посвященную Ромулу:
"...Был вырыт ров, куда положили начатки всего, что считается по закону чистым, по своим свойствам - необходимым. В заключение каждый бросил туда горсть принесенной им с собой с родины земли, которую затем смешали. Ров этот по-латыни зовут так же, как и небо, - мундус. Он должен был служить как бы центром круга, который проведен как черта будущего города".
Эти строки относятся к основанию Рима. Весь обряд и все таинства точно соответствуют этрусской норме. Этрусков же позвал Ромул.
Но этруски некогда прибыли в Италию из Малой Азии, где, надо полагать, существовали те же правила. Могли ли ютландцы, создавшие дом-поселок явно по той же малоазийско-этрусской методике, положить в ров посторонние вещи, принятые ими из чужих рук, от торговцев? Это маловероятно. Все положенное должно быть "по закону чистым". Вспомним, что Ромул убил своего брата Рема только за то, что тот перепрыгнул через ров при закладке Вечного города. Ютландцы не смогли бы пожертвовать богам в таком важном случае вещи, пришедшие со стороны, из Трои, заколкам не нашлось бы места в священном рву. Но картина меняется, если эти медные вещи принесены из Трои переселенцами. Тогда это свои, "по закону чистые" предметы, и именно они должны быть помещены в ров как реликвии. Тем более, что к моменту прибытия на новое место жительства, в далекую Ютландию, переселенцы могли уже не иметь ни горсти родной земли. И по замыслу строителей медные вещицы должны были ее заменить. Подобает случаю и янтарный дар - солнечные камни найдены самими переселенцами и как нельзя более отвечают названию "начатки".
* * *
"Ура Линда Бук" создана (записана впервые) в Людверде (старое название Леувардена) в 3449 году после гибели Атлантиды, то есть очень давно. Возможно ли это?
Профессор Белградского университета Милое Васич в течение двадцати шести лет изучал неолитическую культуру, ведя раскопки на правом берегу Дуная, в месте, называемом Белый холм. Оно расположено всего в 15 километрах ниже впадения в Дунай Савы. Следы этой культуры Васич открыл еще в 1908 году. Нижние ее пласты относятся к середине V тысячелетия до н.э. Культурный слой достигает толщины девять с половиной метров. Среди останков разрушенных поселений Васич нашел во множестве орудия труда, оружие из камня, кости и рога, культовые сосуды, посуду, фигурки зверей, антропоморфные фигурки, ямы, погребения (Журавский В.А. Азбука неолита // Дорогами тысячелетий. М., 1988. С. 54).
Многие из сосудов расписаны орнаментами и знаками. Культура названа винчанской по местечку Винча, окраина которого выходит на кручу Белого холма.
Затем, уже в 1965 году, экспедиция Драгослава Срейовича обследовала террасу возле Лепенского вира (недалеко от места, где Дунай входит в Железные ворота). Найденные здесь памятники относятся к VII-V тысячелетиям до н.э. Они почти того же периода, что и города планеты, найденные в Малой Азии (Чатал-Гююк, Чайеню-Тепези). Жилища лепенцев построены по плану, найдены пластины и каменная плита с вырезанными на них знаками, монументальные каменные скульптуры, вытесанные из валунов. До начала 1980-х годов раскопано десять других поселений культуры Лепенского вира.
Профессор Радивое Пешич из Белграда обнаружил графемы, знаки для письма в винчанских находках. Он же систематизировал знаки и описал в своих работах 48 графем Лепенского вира. Буквенные знаки выбиты около жертвенников и на каменной плите лепенцев. Эта азбука древнее шумерской клинописи, возникшей в конце IV тысячелетия до н.э. Исследования Радивое Пешича показали, что лепенская азбука пришла к винчанцам, но позднее. Первый же период письменности, лепенский, начинается в VI тысячелетии до н.э. (В.А. Журавский. С. 58-59).
Знаки Лепенского письма, всего 48 графем, по Пешичу, разошлись затем по всему миру, их можно обнаружить и в этрусском письме. Греческий алфавит это еще один вариант лепенской же азбуки, он близок, как известно, к этрусскому, а оба - к финикийскому.
