она взялась? Но вопреки логике отравление проходило, давая мне возможность восстановиться и заполниться своей родной энергией.
Когда боль и онемение прошли, я открыла глаза, чувствуя не только огромный прилив сил, но и облегчение от того, что я все-таки жива.
Очнулась моя персона в уютном помещении, и первым делом я увидела белый потолок и склонившееся ко мне незнакомое лицо мужчины. Осторожно поднявшись, я посмотрела на столпотворение магов.
Они все караулили меня?
Ладно, Лену и Кима увидеть было ожидаемо, но что тут забыл Керт, военачальник и Императрица Анна?
Оглядевшись, я поняла, что нахожусь далеко не в больничной палате. Это определенно была комната отдыха, с диваном, книжным шкафом, мягким ковром и светлыми стенами.
– Ты как себя чувствуешь? – первая заговорила подруга, присаживаясь рядом, чтобы взять мою руку и начать отсчитывать пульс.
– На удивление прекрасно, – пробормотала я.
– Ну, хорошо, тогда мы пойдем, – главнокомандующий кивнул и двинулся к выходу, за ним последовал Керт и незнакомец.
Анна же осталась стоять в проходе, продолжая прожигать меня своим сумасшедшим взглядом.
– Долго я тут пролежала?
– Нет, но ты бы знала, как нас всех испугала, – Ким склонился передо мной на корточки и бережно взял мою ладонь в свою.
– Мне надо в душ и срочно переодеться, – смутилась я, забирая грязную руку обратно. – Я догадываюсь о том, что вы мне скажите, Анна. Пожалуйста, дайте мне время отойти…
– Да, конечно, Дарьяна, – вот только женщина после этих слов не направилась обратно, она двинулась в мою сторону.
Вблизи я увидела, насколько сильно ее лицо было заплаканным. Сочувствие к ней не позволило мне отказать Анне, когда та склонилась, чтобы прижать меня к себе.
Ласково погладив меня по волосам, женщина всхлипнула и поцеловала мою макушку. Невольно я обняла ее в ответ и тут же услышала, как сильно и часто бьется в груди ее сердце. Неловко отстранившись, Анна искренне улыбнулась мне и моим друзьям, затем сразу покинула нашу компанию.
– Дара? – озадаченность подруги меня нисколько не удивила.
– Все потом, скажите, как Аргус?
– Да он бессмертный, – хмыкнул Ким.
– Так, ладно. Хоть ты и восстановлена, покой никто не отменял! Ким, выйди, я осмотрю Дару и отправлю отдыхать!
Попрощавшись с другом, Лена приступила к осмотру, а затем мы разошлись, чтобы я смогла сходить в душ и привести себя в порядок.
Под теплыми струями я пыталась упорядочить собственные мысли и разложить все по полочкам.
Итак, что же я решила?
Во-первых, я окончательно осознала, что сейчас настоящая кровопролитная война. Здесь не место слезам, жалости и другим каким-то жалким чувствам. И если первоначально я хотела добраться с войском до Фийска и там остаться с мамой, то теперь я знала, что не смогу бросить своих товарищей.
А, значит, это уже во-вторых. Я четко решила, что изменюсь. Я обязана стать жестче. Обязана заплатить долг Солне за то, что когда-то спасла меня. Обязана отомстить за нее. И я это сделаю любой ценой, даже ценой собственной смерти.
В-третьих, я хочу разобраться со своими настоящими корнями. Кто я? И почему глядя на Анну, я вдруг осознала, что она мне абсолютно чужой маг, даже несмотря на то, что все в голове складывалось в логичный пазл.
И, в-четвертых, мне необходимо затушить всю симпатию, возникшую в сторону Кима. Война не место для любви. Я не хочу снова жалеть себя, не хочу скучать. А потому я закроюсь ото всех, не позволив чувствам взять над собой вверх. И очень жаль, что в моем сердце сидит Лена…очень и очень жаль.
***
4 глава
Мститские войска двигались к Тимнерии. Мы к этому подготовились отлично, благодаря армии Темнид, мы теперь легко могли противостоять им, а еще, если брать в учет то, что хранилища больше нет, то мы их разобьем в пух и прах.
Каждый день мы тренировались в одном из стадионов города, оттачивая свои навыки и мастерство.
Город застыл в ожидании: давно все учебные и развлекательные учреждения закрылись, дабы предотвратить многие несчастные смерти, в случае, если Мститам все-таки удастся прорваться. Многих желавших эвакуировали к освобожденным Снежным.
В последний день перед битвой мы переселились с города на окраины. Это прекрасное место для битвы встретило нас благосклонно: наш отряд быстро нашел временное пристанище и смог разместиться в обрушенных каменных застарелых домах.
Погода стояла прекрасная, я это посчитала хорошим знаком и вышла на улицу, чтобы осмотреться. Меня сразу подметила Императрица и устремилась в мою сторону.
Разговора не избежать…поняла я.
Вздохнув, я остановилась. Хорошо, если хочет поговорить, то поговорим.
– Добрый день, – женщина остановилась, внимательно разглядывая меня.
Так близко с ней мне находиться еще не приходилось, и я искренне удивилась нашей с ней непохожестью абсолютно во всем, начиная с ее телосложения и заканчивая чертами лица.
А еще, когда она привела себя в порядок, то превратилась в настоящую красавицу: чуть сероватые волосы отливали на солнце, белоснежная кожа отличалась своей ухоженностью и ровностью. Только вот взгляд оставался каким-то смиренно-грустным.
– Здравствуйте, – ответила я, мало понимая в том, как мне с ней общаться.
– Нам нужно поговорить, Дарьяна, и желательно без свидетелей. Ты ведь хочешь знать о своем прошлом?
Я кивнула и устремилась за Анной. Мы остановились достаточно далеко от остальных, и я с нетерпением уставилась на нее.
– Дарьяна, кажется, ты моя родная дочь.
Поджав губы, я привалилась к холодному цементному столбу. Отклика в сердце к ней я не нашла, и от собственного равнодушия стало неловко.
И ведь вроде бы все было логично: я видящая; мне ровно двадцать, как раз столько лет назад она потеряла своего ребенка; мое имя, оно ведь наверняка, выбранное ею.
Тогда почему на душе так пусто?
– Вы уверены в этом? – прошептала куда-то в пустоту, так как не смогла посмотреть в глаза Анне, продолжая сверлить взглядом каменную пыль и обломки под собственными ногами.
Солнце пекло нещадно. И я задумалась об освежающем душе. Что лучше: правда или душ? Верно, душ…
– Ты видящая, девочка моя. Я еще в подземелье почувствовала тебя. Ошибки быть не может.
– Но как я тогда оказалась на Алесских землях? Как? – и вот тут наконец наши глаза встретились.
Женщина во мне что-то искала, и я кожей ощущала ее все большее разочарование.
– Ты бастард.
– Значит, Филипп не мой отец…это он от меня избавился?
– Дарьяна, я клянусь тьмой, что не знала! Видения, ты сама должна понимать, что они иногда живут своей жизнью! Я искренне верила в твою смерть во младенчестве и даже заподозрить
