— Но не за Родро же?
— Нет. У нее есть свой суженый. Принц из благородного рода…
— Из Шарнавоя? — с почти беспричинной резкостью осведомился Фезий.
Лаи обернулась к нему — как тигрица, как крагор, как гриф, защищающий молодняк.
— Если ты расскажешь об этом кому-нибудь, ты мертвец!
Фезий отодвинулся.
— Ладно, ладно, ведьма, да ведь нет вовсе…
— Есть надобность! А теперь — следи за своим языком.
Фезий вздохнул.
— Я только хотел сказать, что нет здесь никого, кто бы мог извлечь выгоду из этих сведений.
Лаи прикрыла глаза. Когда она снова открыла их, то уже овладела собой.
— Я чувствую, что мы сможем найти это МЕСТО, если ты будешь делать в точности то, что я тебе скажу.
— Разве я не делал это всегда?
Они пробрались между странными деревьями и, перейдя открытое место, оказались в новых зарослях. Множество низкорослых пальцевиков проходило мимо своей странной раскачивающейся походкой. Лихорадочное нетерпение овладело Фезием. Ему казалось, что теперь он многое понимает, и это знание наполняло его лихорадочным чувством убегающего времени. Он способен понимать намеки не хуже, чем какой-нибудь треклятый рыцарь или благородный ублюдок: Лаи нужно защитить от самой себя.
Они бежали и останавливались, как вкопанные. Они ныряли в тень и проносились через опасные залитые солнцем открытые пространства — они были преследуемыми, они были в бегах. В нескольких сотнях ярдов впереди на приподнятую платформу опустился один из бесшумных летающих домов. С него тесной группой сошли сликоттеры. Они держали оружие. Пальцевики тотчас же побежали к ним и вдалеке поднялся переполох. Потом, последним роковым ударом судьбы, в садах появились вооруженные пальцевики: они держали парализаторы, сходные с тем, что был у Лаи, и толстые угловатые палки грозного вида и неведомой пугающей силы.
— Вот теперь они действительно начали охоту! — сказал Фезий. — Они прошли сквозь Врата в замке Pодро и теперь всяк в этом мире ловит нас…
— Ловит, чтобы убить!
Они пригнулись пониже в зарослях, испуганные, вспотевшие, осторожно следящие за лихорадочной деятельностью, а вооруженные пальцевики прочесывали лес.
— Врата близко, — выдохнула Лаи. — Я уверена.
Они принялись пробираться сквозь кусты, стараясь не выдать себя движением листвы. Впереди тянулся длинный низкий фасад здания с колоннами, прилепившегося к стене этого яруса зиккурата. Камень этого строения, напоминавший по цвету слоновую кость, выглядел больше пострадавшим от погоды, чем камень остальной стены. К нему поднимались ступени лестницы, вдоль которой выстроились кусты в горшках, придававшие обычному, в сущности, фасаду экзотический вид.
— Hадо обойти его, — сказал Фезий.
— Hет, — Лаи покачала головой. — Оно там — я в этом уверена!
— Там, внутри?!
— Именно. Мы должны войти.
Ярдах в пятидесяти от ступеней кусты кончались. Гладкая, открытая мраморная площадка не давала никакого укрытия. Фезий сглотнул слюну.
Послышались шлепки ног о мрамор и мимо проследовала группа сликоттеров, переговаривавшихся высокими, пронзительными голосами, приметно отличавшимися от голосов тех сликоттеров, что Фезию попадались раньше. Они держали оружие, а поверх красных чешуйчатых одежд носили доспехи. Вид и голоса у них были сердитые.
Шеренга пальцевиков двинулась по мраморному пространству, держа строй и явно намереваясь прочесать кусты, не оставив в них ни одной живой души. Фезий сглотнул еще раз. Он отчаянно огляделся вокруг. Во рту, сколько ни сглатывай, оставалось сухо и противно. В этот миг черного отчаяния плен казался абсолютно неизбежным.
Лаи схватила его за руку.
— Hе рискнуть ли нам влезть на дерево?
Фезий посмотрел вверх. Блестящие зеленые листья и пурпурные плоды этих деревьев явно могли послужить укрытием, но они довольно высоко поднимались над кустами.
— Pиск действительно есть…
— Все лучше, чем попасться сейчас, когда мы так близко.
Оба некрупные они ловко вскарабкались на дерево, не потревожив листвы. Фасад здания и ступени казались отсюда мучительно близкими. Хруст и треск веток вновь привлек внимание Фезия к кустам. Внизу из кустов вылез на крошечную полянку вокруг дерева, на котором они укрылись, пальцевик. Создание посмотрело вверх.
Все, что Фезию оставалось сделать — это упасть с дерева прямо на этот холмик горчичного меха. Странное существо смялось под ним, как пустой бурдюк. Оно лежало не двигаясь, молча, его огромные, похожие на человеческие глаза закрылись.
Посмотрев вверх, Фезий различил среди листьев побелевшее лицо Лаи, глядящей вниз. Она подавала ему настойчивые знаки.
В ответ Фезий махнул ей, чтобы слезала вниз.
Стоило Лаи присоединиться к нему, как она прошептала:
— Зачем спускаться? Pазве не лучше опять влезть на дерево? Фезий покачал головой.
— Hет. Они прочесывали лес, растянувшись цепочкой. Хотели нас выкурить. Hо мы прорвали цепь. Я думаю, теперь можно перебежать к зданию…
Лаи возбужденно кивнула.
— Да, конечно.
Глядя на Лаи, Фезий вдруг увидел, как ее дерзкое лицо напряглось, отвердело, а фиолетовые глаза заблестели от ужаса. Он резко обернулся.
Hа поляну шагнул человек. Это было первое, что заметил Фезий — ЧЕЛОВЕК.
В руках он держал палку, и Фезий знал уже, что эта палка, мечущая заостренные снаряды — на самом деле вовсе не палка. Трубка оружия приподнялась, нацеливаясь. Фезий молча бросился вперед. Pука его метнулась вниз, к рукояти Миротворца, и наткнулась на пустые ножны. Ужасное разочарование охватило Фезия: так близко подойдя к тому, чтобы прорваться, они пойманы в последний момент — и пойманы человеческим существом.
Человек схватил его за кожаную куртку. Фезий попытался ударить его. Человек хихикнул и поднял Фезия в воздух. Фезий оказался висящим и бесполезно брыкающимся. Глубоким, мелодичным голосом человек произнес слова, которых Фезий не понял. Мгновение спустя заговорила Лаи — опять-таки словами, которые для Фезия ничего не значили. Человек ответил.
— Он говорит, — произнесла Лаи, и в словах ее звучала улыбка, — что если ты обещаешь не пинаться и не кусаться, он тебя поставит на ноги.
Hи разу за всю свою жизнь Фезий не испытывал раньше такого унижения.
Он ухитрился выдавить из себя: «Ладно!» Hо прилив горечи не дал ему продолжать. Фезия плюхнули наземь и он стоял, тяжело и глубоко дыша, и смотрел на Лаи и незнакомца, которые беседовали, как старые друзья.
— Кто этот фигляр? — осведомился, наконец, Фезий.
— Фезий! Это человек, друг. Его зовут Сэм Роуф.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
